Трейси Синклер - Звонок из Франции

Филип удивленно поднял бровь и посмотрел на Клодин.

— Насколько я помню, эта история была скорее приключенческой, чем кровавой.

— Я хочу знать, чем кончилось, — настаивал Робби.

— Я расскажу тебе вторую часть в следующий раз, — пообещала Клодин, а когда он начал протестовать, сказала: — Если я расскажу тебе, чем все завершилось сейчас, сказка закончится. А так тебе будет интереснее.

Клодин — настоящая современная Шахерезада. Она знает, как заинтересовать мужчину. Хотя в отношении Филипа ее методы, без сомнения, более изощренны, подумала Николь цинично.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Николь предполагала, что Клодин остановится у них, но, к счастью, родителям Клодин принадлежало имение, находящееся по соседству. Клодин, разумеется, присутствовала на всех вечеринках, устраиваемых в честь молодоженов, поэтому Николь ее часто видела.

Как-то Клодин удивила ее, нанеся неожиданный визит.

— Я подумала, что мы могли бы поехать пообедать куда-нибудь вдвоем, — сказала она. — Тут неподалеку есть одно очень уютное бистро. Мы могли бы посидеть там и получше узнать друг друга.

Николь подумала о том, что предпочла бы этому предложению нечто другое. Например, походить босиком по стеклу. Но она не сумела найти тактичный способ отказаться. Филип уже снова приступил к работе, а Робби был так занят своими делами, что она почти не видела его. Ей оставалось только принять приглашение Клодин как можно любезней.

Если у Клодин и был некий скрытый умысел, то он не сразу стал очевиден. Пока они ехали в бистро, Клодин болтала о всяких пустяках, вроде одежды и приемов.

Потом, когда сели за столик с видом на очаровательный маленький пруд, они принялись подробно обсуждать меню. Имя Филипа вообще не упоминалось до тех пор, пока они не сделали официанту заказ.

— Я уверена, все говорили вам, насколько удивлены тем, что Филип наконец женился, — сказала Клодин.

— Конечно, и я думаю, что больше всех удивлены вы, — ответила Николь таким же бесстрастным голосом.

— Я была просто в ярости! Никак не могла поверить, что он может совершить такой поступок так неожиданно. Филип и я всегда рассказывали друг другу все.

— Видимо, вас связывает крепкая дружба.

— Да, это так. Надеюсь, однако, что это не станет проблемой между нами.

— Я полагаю, что вы с Филипом все обсудили и уладили, — сказала Николь с неприязнью.

Неужели эта женщина надеялась, что она одобрит их отношения?

— Наша дружба важна нам обоим. Филип мне очень дорог. — Клодин помолчала. — Мне не нужно говорить вам, что он лакомый кусочек. Помимо того что он чертовски красив, Филип очень богат. Многие одинокие женщины в Париже мечтали о том, чтобы вступить с ним в брак.

— Почему же он выбрал меня! — спросила Николь нетвердым голосом. — Не это ли вас удивляет?

Если Филип не сказал Клодин правды о том, что их брак мнимый, она, разумеется, не намерена этого делать.

— Совсем нет. Я могу понять, почему он увлекся вами. Единственное, что я пытаюсь выяснить, — это любите ли вы его, — резко сказала Клодин.

— Вы полагаете, что я вышла за Филипа ради денег? Именно так считали он и его мать, когда моя сестра вышла замуж за Раймона. — Николь начала терять терпение. — Неужели существует женщина, которая достойна в глазах общественного мнения носить фамилию Галантуа?

— С вашей сестрой они действительно поступили ужасно. Я говорила Филипу об этом.

— Можно подумать, что это помогло, — пробормотала Николь.

— Справедливости ради могу сказать, что Филип не был категорично настроен против их с Раймоном брака. Он просто хотел, чтобы они подождали, пока не узнают друг друга получше.

Николь хмыкнула.

— Вам осталось сказать только, что его мать на самом деле человек с доброй и нежной душой.

Клодин засмеялась.

— Нет, ее, конечно, не назовешь приятной — или даже понимающей. Катрин не понимает, что надо дарить свою любовь, чтобы получать что-то взамен. Мне жаль ее.

— Вы очень сердобольны, — сказала Николь бесстрастным тоном.

— Я не могу осуждать ваше отношение к ней. Я всегда считала досадным обстоятельством то, что Катрин так и не узнала вашу сестру. Возможно, все сложилось бы по-другому. Сандра была такой очаровательной девушкой.

— Вы знали мою сестру? — удивленно спросила Николь.

— Я видела ее однажды. Мы с Раймоном были хорошими друзьями. Он привел ее ко мне после разрыва с Филипом и матерью. Мне кажется, ему надо было поговорить с кем-то сочувствующим. Я предложила попытаться примирить Раймона с его семьей, но он был слишком зол на них. Все это было очень печально. Филип испытывал адские муки, проклиная себя за то, что случилось.

— Филип не очень открытый человек, — холодно заметила Николь.

— Если вы так считаете, как вы могли выйти за него замуж? — Клодин прищурилась. — Чтобы отомстить?

Это был вопрос в лоб. Николь попыталась дать нужный ответ, тщательно подбирая слова:

— Я никогда не думала, что полюблю Филипа. Мы много конфликтовали вначале. Но влечение друг к другу мы испытывали с самой первой минуты.

— Да, я по собственному опыту знаю, что это такое, — тихо сказала Клодин. — Мужчина, который вам нужен, заставит вас забыть все причины, по которым вы не должны быть вместе.

Чувство безнадежности охватило Николь, когда она пристально посмотрела на красивую, уверенную в себе женщину, сидящую напротив. У Клодин было все — шарм, изысканные манеры, положение в обществе. Ничего удивительного, что Филип был влюблен в нее. Напрашивался логичный вопрос: что мешало им быть вместе?

Она прямо спросила у Клодин об этом:

— Почему вы и Филип не поженились?

— Чтобы разрушить тем самым нашу замечательную дружбу? — улыбнулась Клодин, и тут же ее лицо стало серьезным. — Так вы поэтому так сдержанны со мной? Вы думали, что мы с Филипом были любовниками?

— Это логическое умозаключение. Первый вопрос, который все ему задавали: знает ли Клодин, что вы поженились? А потом, когда мы встретились, вы были не слишком дружелюбно настроены.

— Я ничего не имела против вас персонально. Я только хотела быть уверенной, что вы вышли замуж за Филипа с добрыми намерениями. Я очень хочу, чтобы он был счастлив.

Николь была совершенно сбита с толку, Клодин столько раз давала понять, что любит Филипа. Неужели какая-то женщина может быть настолько неэгоистичной, чтобы отказаться от своего любовника и при этом желать ему счастья с кем-то еще? Или она и в самом деле говорила правду и они с Филипом были просто близкими друзьями?