Маргарет Уэй - Джорджия и магнат

В пятницу детская площадка была переполнена. Джорджия увидела среди гостей своего дядю и Адама Кэзуэлла, который, правда, передав ей Леона, тут же исчез, чтобы вернуться к своей симфонии, что повергло Линка в глубокое недоумение.

— И что он за отец? — сокрушался Линк.

— Он любит мальчика.

— Недостаточно любит. И потом, мне совсем не нравится, как он домогается тебя. Разве он не может просто вообразить свою морскую богиню?

— Ну, это всего лишь вопрос творчества, — мягко заметила Джорджия. — Не беспокойся.

Линк нахмурился.

— Я думаю о том, что он способен пожелать большего, чем только созерцать тебя. Тебе совершенно не нужна подобная история.

Это было правдой. Джорджия хотела помочь Леону, но не навредит ли она в результате? Сейчас Леон относился к ней с Линком как к добрым тете и дяде. Но поскольку ребенок был многого лишен в своей жизни, то, когда вернется домой, он будет по ним очень скучать. Джорджии хотелось поговорить с матерью Леона. Почему она его забросила? Уж она-то не могла не знать, насколько ее муж поглощен самим собой. Адам даже себе, не говоря уже о сыне, не мог устроить отдых. Он, казалось, не замечал, что находится на прекрасном тропическом острове. А ведь свою симфонию он писал именно о море! О населенном фантастическими существами подводном царстве, в котором правит морская богиня. Сначала Джорджия считала, что он приехал сюда, чтобы запастись впечатлениями. Но нет. Адам приехал на Сансет затем, чтобы усесться за рояль и предоставить добросердечным людям заботиться о своем сыне.

Для семилетнего мальчика Леон держался на сцене просто великолепно. Он подошел к пианино, поклонился, уселся поудобнее и обернулся к аудитории, подбадривающе улыбавшейся ему. Джорджия подумала, что никто из присутствующих, за исключением нее и Линка, не знал, насколько талантлив мальчик. Как организатор концерта, она сидела в первом ряду, между дядей и Линком. Леон взглянул на нее и обворожительно улыбнулся. Она кивнула, ощущая материнское волнение.

Напрасно она волновалась. За полчаса Леон продемонстрировал весь спектр своих возможностей. Поражала сила его тонких рух, но еще более удивительными были музыкальность и певучий тон исполнения. Вначале он сыграл произведение, подготовленное специально для этого вечера, а затем — еще несколько, написанных для него отцом.

Дуэт Леона и Джорджии вызвал бурю восторга. К удивлению девушки, и ей и Леону подарили по букету цветов, перевязанных шелковой лентой. Как Джорджия узнала позже, это организовал Линк.

— Классно, парень, — сказал мальчик лет восьми, поднявшийся поздравить Леона. — Я никогда особо не уважал игру на пианино, но это было круто.

После концерта Джорджия и Линк пригласили Леона на чай, где мальчик набросился на шоколадное печенье, пирожные и манговое мороженое.

— Здорово, — сказал он, облизывая испачканные губы.

Линк протянул ему бумажную салфетку.

— Мы рады, что тебе понравилось, Леон. Но нет никакого сомнения, что если ты не остановишься, то можешь заболеть.

— Это самые лучшие каникулы за всю мою жизнь! — Леон вскочил и обнял сначала Джорджию, а потом Линка, который с любовью прижал к себе мальчика. На глаза Джорджии навернулись слезы. За такое короткое время Леон стал им по-настоящему дорог.

Когда они собрались уходить, к их столу подошел Адам Кэзуэлл. Под его глазами залегли тени, выражение лица было мрачным.

— Ну и как все прошло? — Он уселся на стул, не сомневаясь, что ему рады.

— Я им понравился, папа. — Леон встал, чтобы обнять отца.

— Замечательно, Леон! — Адам так тепло улыбнулся сыну, что Джорджия даже переменила свое мнение о нем.

— Особенно всем понравился наш с Джорджи дуэт.

— Дуэт? С Джорджией? — На лице Адама было написано недоумение. — Разве вы играли дуэтом?

— Я же говорила вам, Адам, — напомнила ему Джорджия.

— Господи, я, наверное, прослушал. Я бы обязательно пришел, если бы знал.

— Вы имеете в виду, посмотреть на Джорджию? — усмехнулся Линк.

— Я не знал, что она играет.

— Папе надо говорить обо всем два раза, Джорджи, — серьезно объяснил Леон. — Когда он работает, то ничего вокруг не слышит.

— Сейчас я полностью проснулся, Леон, спасибо, — сказал Адам, откидывая завязанные в хвост волосы.

— А как продвигается новое сочинение? — поинтересовался Линк.

— О, прекрасно! Джорджия была настоящей находкой.

— Какая такая находка? — Леон вопросительно посмотрел на Линка.

— Ну, это когда в мозгу наступает прояснение, — объяснил Линк с иронией в голосе. — Подсказка свыше. Мне говорили, что большинство произведений вы посвятили своей жене, — добавил Линк, обращаясь к Адаму.

Тот жестом подозвал официантку.

— Да. Но это было в лучшие времена, — грустно сказал он. — Вы ко мне присоединитесь?

Линк посмотрел на Джорджию с недовольным выражением лица.

— Я — нет.

— А вы составите мне компанию, Джорджия? — попросил ее Адам.

— Ну, если только на несколько минут.

Линк поднялся и помог Леону выбраться из-за стола.

— Пошли, юный друг. Погоняем по пляжу мяч, подождем Джорджию.

— Здорово! — крикнул Леон. Он был на седьмом небе. — Ты с нами, пап?

— Нет, сынок. Это не моя сцена. Я благодарен вам, Линк, за то, что вы занимаетесь с моим сыном. Спасибо.

— Гонять мяч его вообще-то должен учить отец.

— В этих делах я совсем профан, — сказал Адам с грустной улыбкой. — Правда.

Джорджии наконец удалось поймать взгляд Линка.

— Я думаю, вы вдвоем неплохо проведете время. Я не буду долго задерживаться.

— Хорошо. — Линк помахал им рукой, и они с Леоном ушли.

— Кажется, Линк меня не одобряет, — сказал Адам, оставшись вдвоем с Джорджией.

— Ну что вы! — соврала она.

— Он принадлежит к людям, которыми я всегда восхищался. Но мне никогда не стать таким. Люди вроде него нравятся и мужчинам, и женщинам. Рядом с ним я себя чувствую полным ничтожеством.

— Зачем вы так говорите? — возразила Джорджия. Из вежливости. Но в душе полностью с ним соглашаясь.

— Он хорошо сложен. Наверное, он спортсмен?

— Линк еще и великолепный архитектор, — сдержанно ответила она.

— Правда? А я думал, он только гостиничным бизнесом занимается.

— Ну да. Он правая рука отца и его наследник, но еще он проектирует отели. Например, новый отель — «Линкольн» в Перте — его работа.

Адам удивленно уставился на нее.

— Невероятно. Он ни разу не упомянул об этом.

— Наверное, он здесь пытается забыть о делах. Он же в отпуске.

— Вы в этом уверены? — Адам пристально посмотрел на нее.