Маргарет Уэй - Добиться своего

Шарли помчалась, как выпущенная стрела, навстречу Нику, который подхватил ее и закружил над землей. Сюзанна спустилась по небольшой каменной лестнице и вышла на подъездную дорожку. Слава богу, женщины по имени Адрианна среди гостей не оказалось.

Ник подошел к Сюзи, взял за руку, а потом наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Пойди и поздоровайся с гостями. Они просто сгорают от нетерпения познакомиться с тобой.

Он почувствовал легкую дрожь в ее руке и крепче сжал ей ладонь. На Сюзанне было цветастое вышитое платье в бирюзовых тонах, которое превращало ее глаза в сверкающие драгоценные камни. Аристократичная красота любимой ослепляла Ника до болезненных судорог в горле.

Биби с благоговейным восторгом разглядывала огромную усадьбу, сады, холмы и золотисто-зеленые виноградники. Увидев Сюзанну, направлявшуюся к ней под руку с Ником, она подумала: вот самая прекрасная пара на свете. Ей не требовались уверения Ника, что Сюзи — женщина всей его жизни, это и без того было ясно. Но оставалось слишком много тайн, которые давали повод для размышлений. Например, почему маленькая девочка, так похожая на свою мать, чем-то напоминает Ника?

Благодаря дружескому отношению гостей, Сюзанна расцвела от радости. Почти все, за исключением Биби и почтенного пожилого профессора, были молодыми людьми ее возраста, в их обществе она чувствовала себя легко и свободно. Сюзанна еще не оправилась от семейных трагедий, оставивших глубокие рубцы на ее сердце, и сейчас с удовольствием видела вокруг себя улыбающиеся, доброжелательные лица.

— Ты произвела фурор, — прошептал Ник, обнимая Сюзи за плечи, когда они все направлялись в дом. — Я был уверен, что так оно и будет.

Гостей удобно разместили в усадьбе. Биби выделили прекрасную комнату с видом на розарии. Ноэлю Геддесу, вдовцу на шестом десятке, который когда-то был одним из наставников Ника, отвели комнату по соседству. У Сюзанны сложилось впечатление, что Ник способствует романтическим отношениям между Биби и Ноэлем. Она и сама заметила, как светилось лицо Биби каждый раз, когда к ней обращался Ноэль. Что ж, пусть им сопутствует удача. Жизнь без любви — ничто.

— Как замечательно! — твердила Шарли, взволнованно перебегая из одной комнаты в другую. Здорово, что у нас так много гостей.

— Какая у вас прелестная дочурка! — Биби отвлеклась от розария, которым восхищенно любовалась, и улыбнулась Сюзанне. — Очень похожа на вас, и вся такая яркая, словно только что сошла с картинки. Она обещала сыграть для меня на пианино перед ужином.

— Надеюсь, вы не будете разочарованы, — улыбнулась Сюзанна в ответ. — Но я не позволю Шарли допекать вас, Биби.

— О, что вы! Я обожаю детей, — проговорила Биби. — Правда, замужем никогда не была. Мне делали несколько раз предложения, но…

— Ник говорил, что у вас мама — инвалид, — сочувственно произнесла Сюзанна.

Биби опустила взгляд на свои руки.

— И я очень люблю ее. Только благодаря Нику наша жизнь стала легче. Я считаю, что совершила самый правильный шаг в жизни, когда решилась бросить надежную, но ничего не обещающую работу и последовать за Ником. Он гений. Более того, у него добрейшее сердце.

Улыбка со странным налетом печали коснулась губ Сюзанны. Биби почувствовала себя и очарованной, и сбитой с толку. С самого первого момента, как она увидела Сюзанну и Ника вместе, Биби была уверена, что они предназначены друг другу. Но как могла эта прекрасная молодая женщина с разрывающей сердце улыбкой, столь явно неравнодушная к Нику, выйти замуж за кого-то другого?

Сюзанна устроила обед в виде фуршета. Гости свободно передвигались по широкой крытой террасе, выходившей на освещаемый прожектором бассейн, накладывали груды вкусной еды на тарелки и рассаживались за круглыми столиками или на встроенных мягких скамеечках вокруг бассейна несколькими ступеньками ниже. Вскоре по всей округе слышались веселые голоса и льющаяся из дома музыка.

Шарли от души радовалась тому, что ей позволили быть среди взрослых, но в восемь часов Сюзанна взяла ее за руку и под хор «Спокойной ночи, Шарли, крепко спи» увела девочку.

— Ты тоже пойдешь со мной, ладно? — попросила Шарли Ника, когда они столкнулись в холле.

— Показывай дорогу! — Ник галантно подал ей руку, чем сильно рассмешил малышку. Она прыснула, закрыв ладошками рот, и тогда он подхватил ее на руки.

— Я хочу, чтобы ты остался здесь навсегда, сказала Шарли. — Ты первый, кто несет меня на руках в спальню. Так делала только мама, когда я была совсем маленькой.

— Да, только мне несколько тяжеловато, — Ник притворился, что шатается.

— А вот папа иногда просто забывал обо мне, — продолжала Шарли.

Ник пристально посмотрел на растерянную Сюзанну, но ничего не сказал до тех пор, пока не уложил Шарли в кровать.

В пустом коридоре он взял Сюзанну за руку и развернул лицом к себе.

— Итак, Мартин знал?

Сюзанна попыталась сделать шаг назад, но он прислонил ее к стене. Лампа, висящая над головой, залила золотистым светом ее лицо.

— Нет. Просто он не умел показывать своих чувств.

— Даже когда сходил с ума из-за тебя? — Ник с отвращением скривил губы. — Даже когда хотел втоптать меня в грязь? Неужели ты такая трусиха, что не можешь сказать мне правду?

— Не стоит начинать выяснение отношений сейчас, когда дом полон твоих друзей.

— Мне все равно. Шарлотте, похоже, было нелегко.

— Это не так. Мой отец очень заботился о ней. Он любил ее до самой последней минуты. Даже когда узнал, что Шарли — твоя дочь.

— Тем лучше для него, раз ему пришлось предстать перед Творцом, — процедил Ник сквозь зубы. — Но я говорю о Мартине. Он вычеркнул из своей жизни мою дочь?

— Я не хочу говорить об этом сейчас, — возразила Сюзанна, чувствуя, как нервно бьется на шее жилка. Как ни странно, глубоко внутри вспыхнуло томление по Нику.

— Потому что боишься?

— Еще бы, ведь ты держишь пистолет у моего виска. Не будь так жесток со мной.

— Если кто и был жесток, то это ты, Сюзанна.

— Прекрати, Ник!

— Почему?

Глядя на Сюзанну, Ник в который раз поразился, до чего же она хороша. Хрупкая, но экспансивная, умеет за себя постоять. Спина прямая, густые блестящие волосы падают на плечи. Перед ужином она переоделась и теперь была в свободном платье насыщенного розового цвета.

— Я не хочу, чтобы ты наказывал меня таким образом.

— Тогда что могло бы стать компенсацией за всю ту боль, которую ты мне причинила? — колко заметил он. — Могу я прийти к тебе в спальню позже? Стянуть с тебя это платье? Могу я целовать твое прекрасное тело до тех пор, пока ты не начнешь умолять меня заняться с тобой любовью?