Элизабет Харбисон - Тайный наследник

Студенты начали наперебой благодарить немного растерявшегося Николаса. Потом они о чем-то пошептались, и девушка, что показала Меган статью в газете, загадочно улыбаясь, спросила:

— Можно нам немного подышать свежим воздухом, мисс Стюарт?

— Конечно, конечно! — поспешно согласилась Меган, чувствуя, что решающий разговор с Николасом начнется с минуты на минуту.

— Если мы вам вдруг понадобимся, вы знаете, где нас найти… — пряча улыбки, сообщили студенты, гурьбой покидая библиотеку.

В зале остался только Уильям. Николас внимательно посмотрел на него, потом перевел взгляд на Меган. Она почувствовала, как к горлу подкатывает комок. Как он смотрит на меня! Я никогда раньше не видела у него такого взгляда!.. — пронеслось в голове.

Николас снова посмотрел на Уильяма.

Вот сейчас он задаст ей вопрос, которого она так успешно избегала все это время! Меган с трудом перевела дыхание.

— Как ты здесь оказался, Николас? Я не ждала тебя… — выдавила она.

Ничего умнее не придумала!

— Разумеется, не ждала, мы ведь договорились, что меня здесь не будет…

Меган почувствовала, как между ними пробежала искра.

— Что случилось, Ник?.. — тихо поинтересовалась она, делая несколько шагов ему навстречу.

Он не ответил, снова посмотрел на Уильяма и указал на висевшую в углу картину. Меган так волновалась, что не заметила, как в библиотеку вернулась Андреа Пендал. Девушка просто из любопытства проследила за рукой Николаса и подошла к портрету. Несколько минут в библиотеке царило полное молчание.

— О, боже, мисс Стюарт, ваш сын удивительно похож на мальчика на портрете! — раздался восторженный голос Андреа.

— Что?! — воскликнула Меган, пряча глаза.

— Посмотрите сами: этот мальчик — копия вашего сына, один в один!

Привлеченные восклицаниями Андреа, в библиотеку начали возвращаться студенты, раздались удивленные голоса:

— О, боже, это правда!

— Невероятно!

— Надо же! Как это возможно?

— Мистика какая-то!

Меган стояла посреди библиотеки, боясь пошевелиться.

Происходящее казалось ей сном, но, увы, это была реальность, и ей следовало что-то срочно предпринять…

Меган медленно подошла к портрету. Мальчик лет десяти в костюме середины XIX века сидел на пони, гордо выпрямившись и поглаживая своего «скакуна» по холке. У юного наездника были светло-русые волосы и голубые глаза, в которых горел озорной огонек. Тот же овал лица, те же глаза, нос, губы! Они так похожи! Вылитый Уильям! И все же… Мальчик похож еще на кого-то. На кого же? Это невероятно: в нем есть что-то и от Николаса! Она сделала несколько шагов назад и повернулась, закрывая картину от Уильяма, которому не терпелось увидеть, из-за чего, собственно, весь этот шум.

Теперь Меган знала, почему у Николаса такое странное выражение лица. Он уже догадывался о ее тайне! Невозможно, чтобы совершенно посторонний ребенок так удивительно походил на его прадеда! Меган опустила глаза, не зная, что ей теперь делать, что говорить. Николас тем временем поставил саквояж на пол и направился к Уильяму. Затаив дыхание, она смотрела, как между ними сокращается расстояние: двадцать шагов, что их разделяли, казались ей сейчас двадцатью километрами…

— Еще раз здравствуй. Тебе здесь нравится? — поинтересовался Николас, пожимая мальчику руку.

— У вас очень красивое поместье, — вежливо ответил Уильям и, слегка смутившись, продолжил: — Только заняться здесь нечем… для ребенка, я имею в виду.

— В этом я с тобой полностью согласен, — улыбнулся Николас и, после небольшой паузы, спросил: — Сколько тебе лет, приятель?

— Десять.

Нервы у Меган были напряжены до предела. Николас даже не взглянул в ее сторону (пусть хоть с раздражением или укоризной), глубоко вдохнул и, стараясь взять себя в руки, улыбнулся:

— Десять? Я так и думал. А когда у тебя день рождения?

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Как ты могла скрывать это от меня?!

С момента, как все открылось, прошло около получаса. Студенты, понимая, что назревает серьезный разговор, который их не касается, ушли в парк, прихватив с собой и Уильяма.

— Я пыталась рассказать тебе, Ник, но… — начала Меган, глядя в окно. Смотреть Николасу в глаза было бы настоящей пыткой, поэтому она стояла к нему спиной.

— И когда же? — недоверчиво сощурился он. — Ты вообще собиралась рассказать мне о сыне?! Ведь прошло десять лет!

— Я написала тебе письмо… — Меган набралась мужества и посмотрела ему в глаза. Неожиданно она почувствовала уверенность. — Я написала тебе сразу, как узнала, что беременна.

Николас побледнел, и Меган поняла, что он получил ее письмо.

— Там ничего не говорилось о том, что ты ждешь от меня ребенка, — возразил он.

— Ты думаешь, об этом так просто написать? — Она начинала злиться. — По-твоему, я должна была сообщить обо всем открытым текстом: «Виконт Хеннингтонский, я, Меган Стюарт, жду от вас ребенка»?! А если бы письмо прочел кто-то посторонний, твой отец, например… или еще хуже, невеста… Я знаю, такое часто случается…

— Ни тот, ни другая не могли этого сделать, поверь мне…

— Допустим, но я-то не могла знать этого наверняка! — Меган пожала плечами. — Кроме того, я не была уверена, что письмо вообще до тебя дошло, а написать второе не решилась…

— А я не понял твоего намека… Как я мог догадаться, что под «незаконченным делом» ты подразумеваешь ребенка? Я думал, ты просто сердишься на меня за то, что я не дал нашей любви еще один шанс.

— Так почему же ты не постарался выяснить?! — возмутилась Меган. — Разве это было так уж сложно? Чего тебе стоило набрать мой номер и спросить, что конкретно я имею в виду? — Она уже не пыталась скрыть раздражение. — Ты же хорошо меня знаешь: после того, что между нами произошло, я не стала бы писать тебе без крайней необходимости!

— Могла бы попробовать еще раз… — парировал Николас.

— Мне было только девятнадцать лет, и я уже ждала ребенка! Я не знала, как рассказать обо всем родителям, которые так гордились моим благоразумием, моими нравственными принципами! — Меган судорожно вздохнула. — К счастью, они все поняли и, как могли, помогали мне. Я закончила колледж, устроилась на работу, сделала неплохую карьеру. Мы с малышом чувствовали себя в безопасности…

— И все же, почему ты не рассказала мне о рождении сына, скажем, через пару лет? — с болью в голосе поинтересовался Николас. — Я бы с радостью заботился о вас обоих…

Разумеется, в финансовом отношении Николас был бы просто незаменим (одни подгузники сколько стоили), но она ни за что не признается ему в этом.