Шэрон Фристоун - Ненависть и любовь

– А почему бы нам обоим не убраться отсюда? – предложил Карлос с кривой усмешкой. – Мы можем неплохо провести день. – При виде болезненной гримасы, появившейся на лице Стеллы, его совесть вновь дала о себе знать. Но это не удержало Карлоса от поцелуя.

– Перестань! – воскликнула она.

Поначалу Стелла пыталась сопротивляться, уклоняясь от его губ. Однако он был настойчив, на удивление нежен и не отставал до тех пор, пока не добился полной ее капитуляции.

Оторвавшись от губ Стеллы, он взял ее за подбородок и взглянул в раскрасневшееся лицо.

– Проведи этот день со мной. Тебе же этого хочется.

Ей действительно этого хотелось... Но, уловив в его голосе тень насмешки, она тотчас же вернулась к реальности.

– Мне надо работать. – Стелла решительно отстранилась. – Не забывай, что теперь я осталась одна. В конце концов, ты отныне тоже имеешь свои интересы в «Фокси», и чем усерднее я буду трудиться, тем большую прибыль ты получишь.

Карлос издевательски рассмеялся.

– Рад, что ты это понимаешь. Однако, учитывая мою особую заинтересованность в успехе твоего предприятия, первоочередность твоих дел теперь решаю я.

И он многозначительно покосился на диван в гостиной, виднеющийся сквозь открытую дверь холла.

– Мне нужно идти... У меня... назначена, встреча с новой закройщицей, – с ходу придумала она, направляясь к двери.

– Я пойду с тобой.

Крайне удивленная Стелла обернулась.

– Ты? Однако...

– Как ты только что заметила, у меня есть свой интерес в этом бизнесе.

Стелле ничего не оставалось, как с ходу придумать план действий. Пройдя по галерее, они оказались в соседнем доме, где только что нанятой молоденькой закройщице прошлось снова выслушивать лекцию о ее обязанностях. Совершенно неожиданно в разговор вмешался Карлос. Он настолько очаровал девушку, что та вскоре перестала обращать на Стеллу какое-либо внимание.

– Какого черта тебе понадобилось вмешиваться? – раздраженно бросила она, выходя на залитую солнечным светом улицу. – Я вполне в состоянии проинструктировать персонал. Совсем ни к чему лебезить перед этими женщинами.

Уловив в ее взгляде гневную искру, Карлос понимающе усмехнулся. Это возмутило Стеллу еще больше.

– Что в этом смешного?

Он обнял ее за плечи и притянул к себе.

– Ты ревнуешь, дорогая.

– Еще чего! Ты на редкость самодовольный тип! – вскипела Стелла.

После секундной паузы Карлос расхохотался.

– Что ж, самодовольный тип намного лучше, чем гад ползучий. Я расту в твоих глазах. Но почему бы тебе не признать очевидное, Стелла? Я ведь тоже не безгрешен.

Не успев выговорить эти слова, он понял, что совершил ошибку: она может подумать невесть что. Стелла обладала удивительной способностью заставлять его забывать, что она собой представляет, и это не нравилось Карлосу.

Хотя, какого черта! – подумал он. Неужели нельзя на один день забыть обо всем и просто насладиться жизнью... Сняв руку с ее плеча, Карлос обвел вокруг.

– Посмотри, Стелла. Светит солнце, мы с тобой вдвоем, о делах можно забыть. Перестань хмуриться и покажи мне свой город. Я бываю здесь наездом, по делам. А ведь Бостон довольно привлекательный город, с множеством достопримечательностей и с богатой историей. Мне же известно лишь о пресловутом Бостонском чаепитии тысяча семьсот семьдесят третьего года.

Его горящий взгляд гипнотизировал. Он протянул ей загорелую руку. Стелла с кривой усмешкой всмотрелась в его лицо. Но, похоже, Карлос действительно настроился на познавательную прогулку, что говорило в его пользу.

– Хорошо, – кивнула она, вздрагивая от его прикосновения как от электрического разряда. – Тогда первым делом мы пройдем по набережной. Ты не против?

– Разве я смею возражать столь красивой женщине, – улыбнулся он и взял Стеллу под руку.

Они долго любовались искрящимися на солнце водами Бостонского залива, медленно прогуливаясь. Стелла что-то машинально рассказывала. Но присутствие рядом этого мужчины волновало ее настолько сильно, что она не слышала ни своих слов, ни его ответов. В какой-то момент испытываемое ею напряжение стало поистине невыносимым, и от него закружилась голова. Стелла замолчала и изо всех сил вцепилась в руку Карлоса.

Взглянув на ее побледневшее лицо и по-своему истолковав ее состояние, он обнял Стеллу.

– Надо было предупредить меня, что ты устала.

Карлос не отпускал ее до тех пор, пока она не пришла в себя и не смогла благодарно улыбнуться ему.

Тут же красивое лицо его неуловимо изменилось. И на глазах у сотен людей, при свете дня он жадно поцеловал Стеллу.

– Карлос, – сказала она после того, как он отстранился, – на нас же смотрят.

– Ну и что? Ты моя женщина, – возразил он, тяжело дыша. – Хотя твоя правда, у меня нет привычки целоваться на людях. Но ты сводишь меня с ума. – Карлос оглянулся вокруг. – Пойдем отсюда, найдем какое-нибудь кафе и передохнем.

Они зашли в первое попавшее кафе, оказавшееся на редкость уютным. Несмотря на множество посетителей, им удалось отыскать свободный столик у окна, откуда открывался замечательный вид на город. Стелла предложила заказать кофе и знаменитый бостонский пирог с прослойками из крема и взбитых сливок.

Неизвестно, что послужило тому причиной, но она наслаждалась моментом. Карлос был прекрасным собеседником, он умел не только занимательно рассказывать, но и внимательно слушать, к тому же по обоюдному молчаливому согласию они избегали щекотливых тем. Умиротворенная Стелла допила кофе и с удивлением взглянула на Карлоса, знаком подзывающего официанта.

– Разве мы уже уходим? – спросила она. – Знаешь, я так давно не позволяла себе бездельничать, что сейчас чувствую себя туристом в собственном городе, и мне очень нравится наблюдать за тем, что творится вокруг.

А мне нравится наблюдать за тобой, подумал Карлос. Я еще не встречал женщины, которая волновала бы меня так, как ты.

– Да, уходим, – подтвердил он, поднимаясь.

– Ну что ж, тогда предлагаю посетить Музей изобразительных искусств. Его экспозиция считается одной из лучших в стране... – начала Стелла тоном заправского экскурсовода.

– Никаких музеев! – Крепко сжав ее руку, он окинул Стеллу жадным взглядом. – Разве интересно смотреть на древности, когда держишь в руках истинное произведение искусства, – произнес он с явным нетерпением. Едем ко мне!

Окружающие их люди куда-то исчезли. И Стелла словно утонула в бездонной глубине черных глаз Карлоса...

Еще утром ее возмутило бы слишком уж откровенно и беззастенчиво высказанное желание. Но сейчас, после неспешной прогулки и милой беседы за чашкой кофе, когда оказались забыты все взаимные обиды, она тоже не могла без вожделения вспоминать о чувственных губах Карлоса, о его обнаженном, мускулистом теле. Поэтому, когда, схватив за руку, он потянул Стеллу за собой, она и не подумала сопротивляться...