Мишель Селмер - Великое чудо любви

— Но ты даже ничего толком не посмотрел.

— Какая разница. Ведь это твой подарок, Тесс.

Девушка улыбнулась. Это были самые приятные слова, которые он ей когда-либо говорил.

— Как прошел поход к врачу? — спросил Бен.

— Спасибо, хорошо. — Тесс понимала, что ему неприятен этот разговор, поэтому перевела его в другое русло: — Ты сейчас должен идти работать?

— Не обязательно. — Оттолкнувшись от двери, он медленно направился к ней. — Полагаю, поход по магазинам утомил тебя.

— Совсем нет.

— А мне кажется — да. Ты выглядишь очень усталой.

О боже. Он снова хочет ее!

Тесс усмехнулась в ответ на его хищную улыбку.

— Пожалуй, ты прав, я действительно утомилась, бегая от прилавка к прилавку.

— И я так думаю.

Отбросив свое полотенце, Бен быстро освободил ее от одежды.

Целый день они ничего не делали.

Только занимались любовью, обедали, смотрели фильмы и снова занимались любовью. Казалось, они никак не могли насытиться друг другом.

— Наверное, мне уже нужно идти, — сказала Тесс Бену, когда стрелки часов перевалили за двенадцать.

Ей не хотелось, чтобы он чувствовал себя неловко, если она заночует в его спальне.

Однако Бен властно прижал ее к себе.

— Нет. Я хочу, чтобы ты осталась.

Это было то, что Тесс хотела услышать больше всего на свете.

Закрыв глаза, она прильнула к нему.

Даже если завтра все закончится, у них будет эта прекрасная ночь.

Прошло две недели. Каждую ночь Тесс проводила в объятиях Бена и просыпалась рядом с ним — теплая, нежная, податливая.

Однажды утром Бен понял, что оказался лицом к лицу перед огромной проблемой. Он влюблялся в Тесс.

Бен мечтал жениться на ней и вести спокойную и счастливую жизнь. Лишь одно останавливало его. Ребенок, которого он не хотел.

Конечно, он понимал, что поступает как последняя скотина, не желая видеть собственного ребенка, но ничего не мог с собой поделать. Его сердце не примет этого малыша…

— У вас есть свободная минута?

Обернувшись, Бен увидел стоящую в дверях миссис Смит.

Теперь он перестал закрывать двери на ключ, да и окна тоже не занавешивал шторами. Он заново учился жить.

— Да. Проходите.

Зажав в руке какую-то газету, миссис Смит хмуро вошла в кабинет.

— Простите Бенджамин, но, кажется у вас появились проблемы.

От этих слов Бен едва не рассмеялся. Да у него был целый ворох проблем.

— Неужели есть что-то, о чем я еще не знаю?

— Я ходила в магазин и на прилавке увидела вот это.

Она протянула ему газету.

Прочитав заголовок, он грязно выругался.

— Думаю, этого следовало ожидать.

— На другой странице еще больше.

Бен пробежал глазами несколько строк и застыл.

— Дьявол.

— Я полагаю, вы еще не включали телевизор?

— Еще не успел. Вы хотите сказать…

— По крайней мере, двадцать каналов, в основном местных и несколько кабельных. Сплетни быстро распространяются.

Проклятье.

Ему было наплевать на себя. Но вот Тесс…

— Я должен предупредить Тесс.

Схватив газету и проклиная все на свете, он выскочил из кабинета. По пути выглянул в окно и громко чертыхнулся.

Девушка сидела на кушетке в библиотеке и читала книгу. Завидев вошедшего Бена, она широко улыбнулась:

— Привет.

— Нам нужно поговорить.

Тесс обеспокоено нахмурила лоб.

— Хорошо. В чем дело?

— У нас появилась проблема.

По правде сказать, их у них и так достаточно много, подумала Тесс. Но, похоже, он не шутит. Бен вручил ей газету.

— Что это? — спросила Тесс.

Но, едва взглянув на газету, она сильно побледнела.

На первой полосе жирный заголовок гласил: «Вдовец — миллионер завел беременную любовницу!» А внизу красовалась ее фотография, сделанная в тот момент, когда она выходила из кабинета своего врача.

Значит, ей тогда ничего не показалось. За ней действительно следили.

— На других страницах есть продолжение, — произнес Бен.

Развернув газету, Тесс увидела еще несколько фотографий. На одних — она в магазине и возле его дома, а на других — Бен на похоронах своей жены.

Не выдержав, она захлопнула газету.

— Замечательно!

— Есть еще кое-что.

— Еще?!

— Журналисты дежурят перед домом.

О, это уже намного хуже.

С губ девушки слетело проклятие.

— По закону они не могут войти сюда, но это их редко когда останавливает, — сказал Бен.

— И как же нам быть?

Он пожал плечами.

— Мы ничего не можем сделать. Только ждать. И ты не должна гулять в саду или подходить к окну, если не хочешь общаться с ними или видеть свои фотографии в газетах.

— Как долго?

— Этого я не могу сказать. Вероятно, пока этот скандал не забудется в связи с каким-нибудь новым громким делом.

— Прости меня.

— Тебя? Ты ни в чем не виновата. Это я должен просить у тебя прощения.

Тесс вздохнула. Любопытство взяло верх над отвращением и она снова открыла газету.

— Плохо одно: все, что здесь написано, является правдой. По крайней мере, частично. Я — твоя любовница. И я беременна.

— Тесс, мы оба знаем, что ты мне больше чем любовница.

Закрыв газету, она протянула ее Бену.

— Все, больше не могу смотреть на это.

— Вероятно, все станет намного хуже, — предупредил ее Бен.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Бен оказался прав. Все стало намного хуже.

Сутками, не смолкая звонил телефон. А перед домом, как снежный ком, росла толпа репортеров.

По телевизору нескончаемым потоком шли репортажи о Тесс и Бене, распространяющие грязные слухи о них.

Для Тесс было настоящим ударом узнать, что ее мать за десять тысяч долларов дала интервью о ней. Но самым грустным было то, что девяносто процентов этого интервью было ложью.

— Мы можем предъявить им иск за клевету, — предложил Бен, услышав, как ее мать и отчим описали ее, как малолетнюю проститутку.

Но Тесс не думала, что это поможет.

Правда здесь никого не интересовала. А деньги не вернут ей честное имя.

Они с Беном обедали в столовой, когда позвонили во входную дверь.

— Эти стервятники совсем обнаглели, — теряя терпение, процедил сквозь зубы Бен.

Из кухни появилась миссис Смит.

— Хотите, чтобы я открыла?

Бен раздраженно бросил салфетку на стол.

— Нет. Думаю, настало время высказать им все, что я думаю о них.

Тесс сжалась, остро осознавая свою вину за создавшуюся ситуацию. Ведь репортеров интересовал не Бен, а она и ее ребенок.