Ты под запретом. Жених моей сестры - Таня Ульянова
Оказавшись на улице, я наконец позволила себе глоток свежего воздуха. Мне казалось внутри все горит огнем. От страха. От волнения. И впервые поймала себя на мысли, что этот страх не за себя. Ладонь инстинктивно легла на живот.
Я вдруг посмотрела по сторонам, и поняла что стою перед аптекой. Стояла так минут пять, не решаясь войти.
Казалось, стоит сделать шаг — и мир изменится навсегда. Но, всё же зашла, купила тест, не поднимая глаз на фармацевта, и почти бегом вышла обратно на улицу.
Дома я положила коробочку на стол.
И не открыла.
Ходила по комнате, заваривала чай, который так и не выпила, садилась на кровать и снова вставала. Сердце билось неровно, в голове — тысячи мыслей, ни одной ясной.
А если да?
А если нет?
Я боялась обоих ответов.
Если нет — останется пустота и боль, с которой придется жить дальше.
Если да — все изменится окончательно.
— Я не готова… — прошептала я, глядя на коробку, словно та могла меня услышать.
Я убрала тест в ящик стола, как будто спрятала не предмет, а собственный страх, перед тем, что все равно придется узнать. Я боялась последствий.
“Не сегодня… ”, — пообещала себе. — Я сделаю это не сегодня.
***
Игорь.
До свадьбы оставался один день.
Попивая кофе, смотрел, как в чехол убирают костюм.
Белые рубашку. Галстук. Запонки, выбранные Леной с особым вниманием. Всё было готово. Слишком готово. Все, кроме меня. Я не был готов. Не с ней. Не с Леной. Рядом с собой я видел только Вику.
А вот Лена наоборот, сияла. Она контролировала все, чтоб завтра все прошло идеально.
До свадьбы оставались считанные часы.
Я ловил себя на том, что думаю не о завтрашнем дне, не о клятвах, не о будущем. Мысли снова и снова возвращались к одной женщине.
К Вике. К моей Вике. К моей девочке… К моей любимой девочке.
Я вспоминал её взгляд. Тепло её рук. Ту ночь, которая стала для меня откровением и проклятием одновременно.
Если бы всё было иначе…
Лена суетилась рядом, обсуждала гостей, рассадку, цветы. Она была счастлива — и в этом счастье не было места моим сомнениям.
В какой-то момент, задумался о том, что стоит взять и рассказать Лене обо всем. О том что люблю другую. Пусть это будет сейчас. Пусть накануне свадьбы. Пусть она потом ненавидит меня за это, но это будет честно.
Но вдруг вспомнил заплаканные глаза Вики, ее страх последствий, если я расскажу Лене все. И понял, что если расскажу, Вика не простит меня.
— Игорь, ты меня вообще слушаешь? — окликнула обернувшись ко мне.
— Да, — автоматически ответил я.
Явно удовлетворившись моим ответом, Лена довольно вышла из комнаты, больше ничего не сказав.
Но это была неправда.
Я думал о том, что делаю самую большую ошибку в жизни — и не знаю, как её остановить.
Встав с кресла, я взял свой стакан с виски, и подошел к окну, делая один большой глоток.
Я смотрел в окно, на вечерний город, и впервые за долгое время почувствовал, что задыхаюсь от безысходности.
— Игорь, ты в порядке? — послышался за спиной встревоженный голос Евы.
Отрицательно покачав головой, я поставил виски на подоконник, тяжело вздыхая.
— Нет, Ев, не в порядке… — честно признался сестре. — Я не хочу этой чертовой свадьбы. Мне нужна Вика. Моя Вика.
Подойдя ко мне, сестра обняла меня со спины.
— Так может стоит все отменить? Игорь, ты не должен быть с той, с которой не счастлив… — Ева говорила твердо, уверено, по взрослому. — Вы должны быть вместе с Викой. У вас любовь, настоящая.
Ева говорила правильные вещи. Взрослые, умные. А я…
А я готовился сказать «да» женщине, которую больше не любил.
Глава 31
Вика.
День свадьбы
Я сидела на краю ванны, сжимая в пальцах тонкую пластиковую полоску. Руки дрожали, сердце колотилось так словно я пробежала стометровку.
Секунды тянулись мучительно долго. Я боялась поднять глаза, боялась увидеть то, что уже чувствовала всем телом, каждой клеткой, но все же посмотрела на тест.
Две полоски.
Чёткие. Не оставляющие сомнений.
Воздух будто закончился. Я прижала ладонь к губам, чтобы не закричать, не разрыдаться вслух. Потом медленно, осторожно положила руку ниже — туда, где ещё ничего не было видно, но уже начиналась новая жизнь. Я прижала ладонь к животу бережно, осторожно, боясь сделать лишнее движение.
— Привет… — прошептала я едва слышно. — Привет, малыш…
Мой ребёнок.
От Игоря.
Наш с ним ребенок.
Плод нашей с Игорем любви.
Точнее то что мне осталось от этой любви.
Слёзы катились по щекам, но в них было не только отчаяние — в них было что-то теплое, живое, настоящее. То, что нельзя было отнять.
Я уже любила этого малыша. Он еще был незаметен, но я любила его уже так сильно, что это чувство нельзя было описать словами.
Я уже знала:
Я никому не расскажу.
Ни Игорю.
Ни Лене.
Ни семье.
Это будет моя тайна. Моя ошибка, которая подарила мне сердечко которое уже билось внутри меня. И моя любовь. Самая чистая. Самая искренняя и самая что ни есть настоящая.
Я встала, посмотрела на свое отражение — бледное, с потухшими глазами, но с новой, и светлой силой внутри.
— Я справлюсь, малыш, — тихо проговорила я, держа ладонь на животе. — Я буду жить, ради тебя. Я сделаю все, чтобы ты был счастлив. Я очень сильно тебя люблю…
***
Свадьба была идеальной.
Белые цветы. Музыка. Улыбки. Поздравления. Счастливые лица гостей. Всё так, как должно быть в самый важный день жизни.
Лена сияла.
На ней было платье мечты, и она действительно выглядела самой счастливой. Она ловила каждый взгляд, каждое слово, каждое «горько», словно подтверждение своей победы. Словно подтверждая что сегодня ее день.
Игорь стоял рядом с ней. Только счастливым он не
