Порочные соседи для булочки - Бетти Алая

наплела, что они со Стасом уже шли под венец, а тут ворвалась я с криком: «Неееет!».

Как в дурацких мексиканских сериалах.

Пока Стас и бабушенция устраивают зрительную дуэль, я решаю вмешаться в ситуацию. Может, у меня получится помочь своему мужчине?

— Хотите кофе и десертик? — улыбаюсь, заталкивая обиду куда подальше.

— У вас тут толстухи-официантки, — презрительно фыркает девчонка, — мне вредно даже смотреть на них. Ба, пошли отсюда…

— А я бы перекусила, — хмыкает бабушенция, — а тебе бы лучше помолчать, Леся. Мы вчера с тобой серьезно говорили… не вынуждай меня выносить сор из избы. Вы…

Она обращается ко мне. Внимательно осматривает, щурится.

— У вас есть хоть что-нибудь в меню, что не вызывает диабет и лишний вес?

— Диетическое меню, — продолжаю улыбаться, — к вашим услугам.

— Стас, составишь нам компанию? — бабулька снимает пальто. — Это касается и тебя тоже. Вопрос очень важный. Леся вчера почему-то промолчала…

Да-да, на улице плюс двадцать семь, а врач-онколог с мировым именем ходит в ярко-красном пальто. И о чем там ее внученция промолчала?

— Изольда Альбертовна, я очень рад, что вы решили обдумать моё предложение, — скрипит зубами мужчина.

— Я здесь не ради тебя, — фыркает она, — ну, ведите нас к столику.

Беру менюшку, затем бодро топаю к самому лучшему столику. Хорошо, что мы еще не открылись, вкусные местечки все свободны.

У меня словно крылья за спиной вырастают. Потому что сейчас я могу сама обратиться к этой женщине. Она хоть резковата и очень ошибается на мой счет, всё же врач.

Они дают клятву Гиппократа. И должны помогать другим. А моей маме нужна помощь.

— Итак, — она достает очки из сумочки, начинает рассматривать меню, — милочка. Это вы называете диетическое?

— Самое что ни на есть, — беру меню из рук Изольды Альбертовны и переворачиваю, — тут даже есть салат с брокколи. И паровые котлетки.

Противная бабка решила придраться, даже не заглянув в меню. Она смотрит на меня, затем утыкается носом в книжечку.

— Я ничего не буду, — капризная внучка швыряет менюшку на середину стола.

— Леся, возьми меню и выбери, — голос бабульки, словно ледяная стрела, — тебе нужно хорошо питаться в твоём положении.

Это в каком таком положении? Девушка фыркает и тоже утыкается носом в меню.

— Изольда Альбертовна, — Стас складывает руки на груди, — к чему этот спектакль? Что за положение и что происходит? У меня куча дел, нужно еще помочь моей женщине вытащить ее мать из лап каких-то мошенников.

— Кхм, — она прокашливается, — Леся.

— Баа…

— Леся, о чём мы с тобой говорили? Ты должна признаться…

Замираю. Стас прожигает взглядом эту девчонку.

— Я… — мнется она, и на миг вместо стервозной сучки я вижу испуганную молодую девушку.

Но быстро вспоминаю, что она планирует увести моего мужчину. Так что никакой жалости!

— Она беременна, Стас. От тебя. Вчера еще я этого не знала…, но у моей внучки уже которое утро тошнота. Я сопоставила факты, прикинула и поняла, что она ждет ребенка. И она сегодня призналась. Ты должен взять ответственность.

Повисает тишина. Густая, вязкая. Кажется, что я слышу, как капает кран на кухне у Жанны.

— ЧТО, БЛЯДЬ?! — вскакивает Назаров. — Вы совсем уже умом тронулись, дамочки? Какая беременность? Я тебя, Леська, три года не видел!

— Так вы же месяц назад вместе ездили на выходные за город, — глаза бабушенции ползут куда-то на лоб.

Мы с Матвеем переглядываемся.

— С кем ты ездила, Олеся? — голос старушки режет, словно лезвие.

— Я… — пищит она, вся съеживается.

— Точно не со мной, — бросает Стас жестко.

— Олеся, — цедит Изольда Альбертовна, — с кем. Ты. Ездила. За. Город?

— Я беременна! — выдает она. — Но не от Стаса…, а сказала, что от Стаса… просто ты, ба, не поняла бы. А Стас хороший, он бы и отцом стал…

— Навешала мне лапши на уши! Обманула! — возмущается бабуленция. — А я его вразумить пыталась! К совести взывала! А её-то нет у тебя! Позор, Олеся! Как я теперь буду его матери в глаза то смотреть?! Значит так, мне, пожалуйста, этот вот салат и ваши котлетки. А десерты какие есть?

— ПП нету, — спокойно отвечаю, — только те, что вызывают диабет и лишний вес.

— Есть торт с заварным кремом? Мне срочно нужна глюкоза! — бабуля явно пребывает в шоковом состоянии.

— Конечно. Вам какой? Фруктовый, ягодный, шоколадный, с карамелью? Наша Жанна так готовит, пальчики оближешь! — рекламирую нашего супер-повара.

— Несите, а потом я хочу с вами поговорить. Если хотите, наедине…

— У меня нет секретов от Стаса и Матвея, кстати, я Стеша, — представляюсь.

— Изольда Альбертовна, — вздыхает она, — а это непутевое чудо — моя внучка.

— Очень приятно, — ухожу под одобрительными взглядами моих мужчин.

Когда они заканчивают трапезничать, бабуля подзывает меня. Мужчины о чем-то беседуют с Изольдой Альбертовной. Рада, что всё разрешилось и оказалось лишь желанием Леси куда-то приткнуть малыша.

Но ребеночка жалко, конечно.

— Всё было очень вкусно. Это ваше кафе, Стеша? Стасик сказал, вы тут всем заправляете?

— Частично, — сажусь напротив, игнорируя злобный взгляд Леси.

— Прекрасное место, — голос старушки уже куда мягче, — и вы управляетесь тут и за мамой приглядываете? Не тяжело?

— Тяжело, но я стараюсь. Мама…

— Знаю. Я готова посмотреть анализы и в качестве компенсации за выходки моей несносной внучки взяться за лечение вашей мамы, Стеша. Вы правда ждете ребеночка от Стасика?

— ДА! — гаркает мужчина, а я вздыхаю.

— Да, — соглашаюсь, вызвав у своего любимого дикий восторг.

— Я поняла. Стас, Стефания, мне очень жаль. Я приношу свои глубокие извинения за неподобающее поведение, — чеканит Изольда Альбертовна.

— А если они не дадут мне анализы? Они имеют на это право или нет? — тихо спрашиваю.

— Имеют или нет, Маратик вам поможет, — к нам гордой походкой подплывает Любочка, на ее губах играет хитрая улыбка, а в руках она держит кожаный ремень.

— Ты куда Марата дела? — обалдеваю. — Люба, верни его немедленно! Если он в Ростове…

— В каком Ростове? Марат слегка утомился, — хихикает она, — я оставила его в служебной комнате. Можете забрать.

— Вы же не…

— Тсс, — Любочка мне подмигивает, затем уходит в сторону кухни.

Ничего не понятно, но очень интересно!

Мужчины уходят в служебную комнату за Маратом, а я тихо обалдеваю от ситуации. Еще вчера была готова лезть в петлю (образно конечно!), а сегодня сама Изольда Альбертовна приехала в моё кафе.

— Я могу идти, ба? — хнычет Леся.

— Куда ты пойдешь, недоразумение? — вздыхает бабуленция. — Сиди. Думай о своём поведении. Грудь выросла, а мозги нет. Эх, где я ошиблась, а?

Мужчины возвращаются. Марат весь пунцовый и злой, как черт. Держится за брюки, на которых, кажется, еще недавно был ремень.

— Где эта толстуха?! — рычит. — Я ей сейчас покажу! Куда она делась?!

— Да успокойся ты, — фыркает Стас, — скажи лучше, сможешь, если что, помочь нам с этой больничкой?

— Смогу! — беснуется, — где она?! ГДЕ ЛЮБА, БЛЯДЬ?!

— Молодой человек, не