После развода. Хирург, не возвращайся! - Анна Раф

Когда прихожу в себя, за окнами уже погасло солнце.

Костя всё так же сидит около меня. к моим венам подключена капельница, а рядом с моей кушеткой стоит крошечная пластиковая кроватка, в которой тихо посапывает мой Сашенька.

– Проснулась, – тихо произносит Костя, взволнованно глядя на меня. – Как ты?

– Что… Что случилось? Я не помню, как уснула… Сколько я спала? Когда принесли Сашеньку?

– Не так давно. – тепло улыбается Костя, глядя на своего сына. – Ты крепко спала, я решил тебя не будить.

– Где Таня? – голос звучит испуганно и неуверенно. – Что с ней?

– Она хотела отравить тебя сильным препаратом, который в случае неправильного применения вызывает сильные перебои в работе сердце. Сейчас Таня в реанимации. У неё началась сильнейшая аритмия и… – вздыхает Костя. – В общем неясно, придёт ли она в себя.

С ума сойти.

С одной стороны – нас связывает много счастливых лет, когда мы были подругами. Но с другой… Она сама призналась, что хотела меня убить. Меня и моего неродившегося ребёнка.

Так что, можно сказать, что сама судьба наказала мерзавку за все её грехи. Бумеранг прилетел в самый нужный момент.

– Я всё слышал. Она пыталась сбить тебя, – сдавленно произносит Темников. – Я…

– Зачем ты пришёл, Кость? – отворачиваюсь. Мне больно видеть своего мужа, который так жестоко со мной обошёлся.

– Чтобы во всём признаться и извиниться, Насть. Хотя я знаю, что не заслуживаю прощения. Я повёл себя, как последняя скотина.

– Это да, – горько ухмыляюсь. – Хорошо, что ты это осознал.

– У нас с Беловой ничего не было. Я повёл себя, как полный кретин. Насть… Я не прошу тебя меня простить. Знаю, что это, скорее всего, невозможно. Но… Я просто хочу быть рядом. С тобой и маленьким. С Машей.

От упоминания имени дочери моё материнское сердце разрывается на части.

– Как она? – поднимаю на бывшего мужа глаза, в которых стоят слёзы.

– Скучает по тебе. Очень. И очень себя винит.

– И я по ней скучаю… – поджимаю губы.

– Позволишь мне быть рядом с тобой? Просто не прогоняй меня, пожалуйста. Я всё сделаю ради того, чтобы ты и малыш были счастливы.

– Саша. Его зовут Саша.

– Сашенька… – с огромной любовью произносит Темников, глядя на маленький спящий комочек. – Спасибо тебе… За то, что ты и малыш живы. Я так виноват перед вами… Если бы я не… То ничего бы этого не было.

– Не было бы. Я подумаю, Кость. Мне нужно время.

– Столько, сколько скажешь. Я буду рядом несмотря ни на что.

Вошедшая медсестра просит Темникова покинуть палату.

Я остаюсь один на один со своими мыслями.

Не знаю, смогу ли простить мужчину, который вырвал моё сердце и растоптал его ногами. Не знаю, как сложится наша дальнейшая жизнь, но…

Я дам ему шанс. Ведь на искупление своих грехов право имеет каждый.

Не уверена, сможем ли мы снова общаться, как муж и жена, как мужчина и женщина. Во мне сломано то чувство уверенности, которое было раньше.

Но как отец и мать мы общаться обязаны. Ведь Костя был прекрасным отцом для Маши. И для Саши он будет таким же папой.

Будет дальше – покажет время.

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Три года спустя

– Мама, лакуска! – Саша, бегающий босиком по песчаному пляжу, несётся ко мне со счастливым воплем.

В его ручках сверкает небольшая ракушка. Такая, в которой можно услышать морской шум, если прислонить к уху.

– Какая красивая, Саша! – восхищаюсь я.

– Класивая, – гордо кивает сыночек.

– Где ты её нашёл? – обнимаю своего уже такого большого. но всё ещё такого маленького сынишку.

Сейчас по нему не скажешь, что он родился недоношенным. Обычный ребёнок, живущий свою счастливую активную и насыщенную жизнь.

– Папа дал… – показывает пухлым пальчиком куда-то в сторону.

Я вижу Костю, идущего к нам, одетого в белую свободную рубашку и льняные шорты.

Невольно прикусываю губу.

За прошедшие годы он очень изменился, как и изменились наши с ним отношения.

Поначалу мы общались чисто формально. По вопросам детей, моего здоровья. Костя ни разу не переходил черту дозволенного. Он знал, что то хрупкое равновесие. Царящее между нами спокойствие и тихий мир может разрушится в любой момент, поэтому, он просто был рядом, как и обещал. Закрывал все наши потребности. Делал всё по дому, а когда не успевал – нанимал няню, клининг и не пренебрегал услугами домашнего повара.

Тогда-то я и поняла, что в том, если в твоём доме готовит и убирается кто-то посторонний – это совсем не страшно. Я осознала, что, будь я мудрее, согласилась бы на предложение Кости облегчить ведение быта. Тогда бы я не была такой уставшей и злой. Так что… Если вдуматься – в нашем разладе отчасти была виновата и я.

– Какой молодец папа… – шепчу, вглядываясь в Темникова, который идёт к нам навстречу.

Телефон начинает разрываться от входящего звонка.

– Кто там? – любопытничает Сашенька. – Маса?

– Да, Машуня звонит, – улыбаюсь и отвечаю на звонок. – привет, дочка.

– Мам! Я на бюджет прошла! На стоматологию! представляешь! – дочь звонит по видеосвязи. На её лице – слёзы искреннего счастья.

Сердце пропускает удар.

– Моя девочка… Я так тобой горжусь! – произношу и чуть ли не плачу сама.

– Что такое? – к нам со спины подходит Костя. – Машунь, ты чего зарёванная?

– На бюджет поступила… На стоматологию… Мам, пап… Спасибо вам большое! Вы… Вы самые лучшие!

– Мы очень тобой гордимся, доченька, – с любовью в голосе произносит Темников.

– Маса молодец! – Сашка явно ничего не понял, но из солидарности с родителями тоже решил похвалить любимую старшую сестру.

– Спасибо, – плачет дочка. – Ладно, я побежала! Пока-пока!

Машунька отключается, Сашка с заливистым смехом начинает бегать по прибрежной линии,