Новая жизнь - Ирина Суздалева

после его смерти, произошло какое-то событие, которое заставило ее саму скрываться. Что это было за событие нигде не упоминается.

Услышав этот, разговор я вздрогнула. Уж слишком сильно описание жизни этой девушки, напоминало мою прошлую жизнь.

– Что с тобой? – спросила Марина.

Она мне еще что-то рассказывала, но я не слушала.

– Все в порядке, продолжай, – ответила я, а сама дальше сконцентрировалась на разговоре, который вели мужчины.

– И даже журналисты не сделали ни одного ее снимка? – спросил Пастырь.

– Почему же не сделали. Сделали, – с обессиленным вздохом произнес Байт. – Но только все фото либо со спины, либо охрана закрывает ее от объективов камер. Ее лица нет ни на одно фотографии, и поверь мне, я пересмотрел их не мало.

– А искать ее там, где охрана, ты не пытался, – предложил Шот.

– Я, по-твоему, совсем идиот? – обиделся Байт. – Охрана улетела вместе с ее братом, но самой Юлии там не было.

От неожиданности и шока, я уронила стакан, который на тот момент держала в руках.

«Конечно же, он разбился. Как могло быть иначе», – подумала я.

Все взгляды в комнате направились ко мне.

– Извините, – пробормотала я, присела на корточки и уже потянулась за осколками, как вдруг…

– Даже не думай, до них дотронутся, – услышала я резкие слова Пастыря.

Моя рука замерла в паре миллиметров от стекла.

– Что? – переспросила я от неожиданности данного высказывания.

– Я не хочу, чтобы ты поранилась, – произнес он, подходя ко мне со спины.

Его голос звучал одновременно и резко и мягко. Такое странное сочетание интонаций привело меня в еще больший шок, чем до этого.

– Марина, принеси щетку и совок, – обратился он к сестре и протянул мне руку.

Я все еще не могла произнести ни слова, но все же вложила свою руку в его протянутую ладонь. Он помог мне подняться. Встав на ноги, я подняла голову и заглянула в его глаза. В них не было никаких эмоций, но все же моя кожа покрылась мурашками.

– Держи, – прозвучал возле нас голос девушки. Я еле сдержала свой порыв отпрыгнуть подальше от Пастыря. И что-то мне подсказывало, что даже если бы я попыталась это сделать, то ничего бы не получилось. Мне бы просто не дали это провернуть.

Он еще несколько секунд смотрел мне в глаза, прежде чем отпустить мою руку и забрал у сестры щетку с совком. Присев на корточки, он, осторожно, начал сметать щеткой осколки в совок.

– Я бы могла сама это сделать, – с ноткой недовольства в голосе, сказала я, когда ко мне вернул дар речи.

От Пастыря не последовало ответа, и он все также осторожно сметал осколки. А я не стала больше спорить, прекрасно понимая, что это бесполезно.

Поэтому я отошла в сторону и занялась, расстановкой бутылок по местам, которые мы с Мариной использовали для моего обучения.

Не прошло и несколько минут, как я услышала, что открылась входная дверь.

– Ну, что соскучились по мне? – спросила девушка со светлыми волосами. Одета она была в черный топик, который оголял живот, и красную юбку, почти ничего не прикрывавшую. А также на ней были чулки в сеточку и сапоги на шпильке. Из верхней одежды на нее было накинуто черное зимнее пальто, которое девушка даже не потрудилась застегнуть. А сейчас зима! За ней шла другая девушка, тоже со светлыми волосами. Хотя одета она была скромнее. На ней-то пальто было застегнуто, а шею она обернула темно синем шарфом. Пальто кстати было бежевого цвета, но также теплое. На ногах были надеты сапоги без каблука и черные джинсы.

– Конечно, детка. Как по тебе можно не соскучиться? – прямо промурлыкал Джек.

Она соблазнительно улыбнулась, делая шаг в его направлении, но остановилась, как только услышала голос Пастыря:

– Как мы могли по тебе не соскучиться? – спросил он, но в отличие от Джека его голос был злым. – Тебя не было почти неделю. Марина и Алиса отдувались за тебя все это время, когда ты где-то там развлекалась. А сейчас ты заявляешься в мой бар и ведешь себя, как ни в чем не бывало. Да еще ты соизволила явиться в таком виде. Как ты собираешься обслуживать столики на таких каблуках?

– А я и не собираюсь столики обслуживать? – нахально заявила девушка. – Я сегодня постою за стойкой.

– О, а вот этого ты не дождешься. У нас тут произошли кадровые изменения, пока ты где-то шлялась и трахалась с кем попало. Хотя нет, я думаю, знаю, где ты была. Что Дикий Билл со своими дружками опять тебя вы***л несколько раз и отправил домой? Можешь не отвечать, я и так знаю ответ, – с ноткой самодовольства и ухмылкой на лице произнес он. – Так, о чем это я. Ах, да кадровые изменения. Так вот теперь моя сестра и Лия стоят за стойкой, а ты и Алиса обслуживаете столики. Если что-то не устраивает, все знают, где дверь.

– И кто же такая Лия? – зло произнесла, как я поняла, Кайла.

Пастырь подошел ко мне, как всегда, взял меня за руку, и тихонько сжал ее.

– Девушки познакомьтесь это Лия. Лия – это Кристина и Алиса, они тоже работают в баре. Или кто-то уже не работает?

Алиса кивнула мне в приветствии. А Кристина зло посмотрела.

– И с какой стати, «свежее мясо», заняло место за стойкой, когда им обычно даже работать, здесь не позволено? – заявила эта стерва.

Я вся напряглась уже готовясь ей ответить, как почувствовала, что сильная рука Пастыря сжала мою.

– Она не «свежее мясо». И если я услышу, что ты еще раз назовешь ее так при мне или за моей спиной, вылетишь от сюда без вопросов. Тебе все понятно? – прорычал он так зло, что даже мне стало не по себе.

В комнате воцарилось молчание. Удивленные взгляды в этой комнате были у всех, и направлены они были на Пастыря и меня.

– Я что-то не понятно сказал? Мне повторить? – еще злее прорычал мужчина возле меня. А в противовес его злому тону, рука мужчины очень нежно сжимала мою ладонь.

– Я все поняла, – наконец очнулась от шока Кристина.

– Это касается всех, – громче произнес Пастырь и все в этой комнате закивали как болванчики.

– Еще раз повторяю для непонятливых: Лия и Марина стоят за барной стойкой, а Алиса и Кристина обслуживают столики. И никаких возражений, и изменений. Я надеюсь все понятно? – сказав эти слова, он отпустил мою руку.

Пастырь подошел к месту, где оставил совок с уже собранным разбитым стеклом, поднял его