Предатель. На осколках лжи - Наталия Анатольевна Доманчук

Давид ее окликнет. Они не виделись десять лет! Неужели ему не интересно узнать, как она жила, чем занималась, были ли у нее другие мужчины?

Но Гуревич ее не окликнул, и по щекам девушки предательски потекли слезы.

– И к чему нам сырость в доме? – поставив руки в боки, спросила Изабелла Владленовна, когда увидела Дашу.

– Он такой… отрешенный, – вздохнула девушка.

– Да, – согласилась тетушка, – и ты, наверное, уже в своей милой головке решила, шо он тебя разлюбил, да?

Даша удивленно посмотрела на женщину. Как ей постоянно удается угадывать ее мысли?

– Думаете, что это не так?

– Уверена! Просто он очень расстроен своим… положением. Мужчины очень щепетильны в этих вопросах.

– Я понимаю, – согласилась Даша, но от этого согласия ей все равно лучше не стало. – Спокойной ночи.

Тетушка подошла ближе, обняла девушку и прижала к себе:

– Чуть-чуть терпения, – прошептала она ей на ухо.

Даша вернулась в свою комнату, еще немного поплакала и не заметила, как заснула. Но почти сразу проснулась с невероятным желанием прямо сейчас обнять любимого мужчину! А если он будет возражать – закрыть ему рот поцелуем!

Накинув на себя легкий халатик, она решительно прошла в спальню Давида, нырнула к нему под одеяло и крепко прижалась к его груди.

– А я все жду и жду, – прошептал ей на ухо Гуревич и обнял, – все жду и жду, а ты все не идешь и не идешь. Чуть не заснул в ожидании.

Морозова вдохнула наконец-то самый родной запах на свете, зажмурилась от счастья, но не удержалась от упрека:

– А намекнуть не мог?

– Намекнуть? Что жду? Так я давно тебя жду, лет десять точно, неужели ты этого не чувствовала? – он поцеловал девушку в лоб и заметил: – Вы с Полинкой одинаково пахнете.

– Чем это, интересно, – заискивающе посмотрела на него Даша.

– Счастьем, – улыбаясь, ответил Давид, – моим персональным счастьем.

Эпилог

Спустя пять лет

– Полина, посмотри, пожалуйста, не проснулся ли Максим, – попросила Даша дочку.

– Почему опять я? – недовольно топнула ножкой девочка. – Это ваш сын, а не мой! У меня еще куча дел.

– Интересно, каких это? – на кухне показалась Изабелла Владленовна. – Продавать вайфай рабочим?

Девочку было не сломить. Она прищурилась и выдала:

– Бабуля, раз тебе нечем заняться, то и смотри за своим внуком. Я вообще-то просила сестру, но мне аист почему-то принес брата!

На кухне показался Давид с малышом на руках. Спину он держал излишне прямо, но сын явно не чувствовал никаких неудобств и улыбался.

– Разбудили все-таки? – расстроилась Даша.

– Нет, я подошел, а он улыбается и машет мне ручками, – мужчина поцеловал сына в висок. – Ну что, вы скоро тут заканчиваете? Помочь?

– Иди развлекай гостей, я торт на блюдо выложу и приду.

– Я говорил, что лучше нанять официантов, – завел свою песню Давид, – а ты все: я сама, я сама! Так весь вечер на кухне и проведешь!

Даша не стала спорить с мужем, махнула рукой и полезла в ящик за лопаткой для торта.

Когда Давид с сыном вышли из кухни, женщина строго спросила у дочери:

– А что это за тема с продажей вайфая?

Та закатила глаза:

– Ой, да боже мой! – и быстренько выскользнула из кухни.

Изабелла Владленовна достала из шкафа стопку тарелок и ответила за нее:

– Те рабочие, которые бассейн строят, попросили у нее пароль от вайфая, а она сказала, шо скажет только за питьсот рублей.

Даша прыснула, но потом вздохнула:

– Вот зачем ей деньги, а?

– Да не в деньгах дело! Давид в детстве продавал друзьям палочки от съеденного эскимо.

Дарья чуть торт не выронила:

– Как это? А зачем?

– Просто палочек собралось много, даже не могу знать, по какой причине, спроси у него сама, но точно помню, шо Гера очень нервничал по этому поводу, повел его в магазин игрушек и сказал, шо он может себе купить все, что хочет – без всяких сомнительных бизнес-затей.

– А он попросил десять порций эскимо, да? – предположила Даша.

Изабелла Владленовна посмотрела на нее из-под очков, подошла и обняла:

– Как хорошо, когда жена чувствует своего мужа! Какая я радая, Даша!

– А я как рада, – откликнулась женщина, – что у моего мужа такая прекрасная тетя! Вот бы вы еще переехали в Москву, а то видимся раз в полгода.

Тетушка вздохнула. Понятно, что она никак не могла оставить своего старенького мужа одного, а тот все никак не мог оставить свой бизнес в Штатах.

Женщины в унисон вздохнули и так же одновременно оторвались друг от друга. Даша подхватила торт с лопаткой и приборами, а Изабелла Владленовна стопку – десертных тарелок.

Сегодня у Давида день рождения, и они пригласили только самых лучших друзей. Таких оказалось немного: Максим, Аркадий – бывший заместитель из компании отца, Дашина мама с мужем и Аглая с женихом – наконец-то нашла того самого, но носом все равно еще крутит.

Дом, в котором они сейчас живут, Гуревичи купили год назад, но только сейчас решили на заднем дворе сделать крытый бассейн. Именно этим рабочим Полина и пыталась продать вайфай.

Три года после несчастного случая Давид не мог встать на ноги. Бывали сложные дни, иногда даже месяцы, когда он отчаивался и уже не верил в то, что когда-то сможет ходить, но Даша помогала ему преодолевать эти рубежи отчаяния, и они шаг за шагом шли к цели.

От безысходности Гуревич даже поехал в Израиль, в клинику реабилитации, провел там три месяца и понял, что так, как дома – ему нигде не будет. Наверное, в основном из-за Полины, по которой скучал, и из-за Даши, которую не мог обнимать ночами.

После приезда он как будто воспрял и с новой силой бросился в бой. Трехчасовые тренировки поменял на пятичасовые, много тренировался на брусьях, через пару месяцев встал и почти сразу начал ходить с ходунками. Это был настоящий прорыв, который и дал свои плоды. Год назад Гуревич прошел свои первые три метра.

Но даже на сегодняшний день он не чувствовал себя полностью здоровым человеком: по вечерам ему сложно, ломило все тело, болела спина, только он уже знал, что самое страшное позади.

Максим с помощью связей Изабеллы Владленовны вернул все состояние Генриха Владленовича другу. Коган больше не пытался угрожать Давиду и его семье и попробовал решить проблему мирным способом, на что Изабелла Владленовна сказала:

– Мы с террористами не ведем переговоров.

Но все же наказывать Когана и отбирать уже его состояние они не решились. На том, чтобы остановиться, настаивал Давид, хотя тетя хотела “обобрать его как липку”.

– Мне самому будет спокойно, когда я буду чист перед своей совестью.

– Может, еще пойдешь и ноги ему помоешь? – возмущалась тетушка, но согласилась с племянником, хоть и не сразу.

Регине же Давид оставил дом и небольшую компенсацию.

Бывшая супруга приходила после их развода всего однажды: зашла в квартиру, в которой когда-то жила, брезгливо посмотрела на Дашу с дочкой и спросила