Горелое озеро - Евгения Федотова

Неужели сейчас он наконец-то увидит отца? Пусть больного, пусть даже безумного, только живого… Не желая показывать волнения, он до боли сжал костяшки пальцев и прошел в палату.

Глава двенадцатая

Алина приехала поздно вечером. Максима еще не было дома. Нахмурилась, прошла в комнату. Они не виделись уже больше двух недель. «Мог бы и пораньше сегодня вернуться, – с обидой подумала она, – мне еле-еле удалось вырваться, а он все еще торчит на своей работе. Как будто не мог перенести свои дела!» Но увидев на диване подарочную коробку, перевязанную алым бантом, удивленно подняла брови и быстрыми движениями стала разворачивать подарок. Это был изысканный набор дорогого белья известной французской марки. И еще подарочная карта в любимый Алиной салон красоты, который находился недалеко от дома Максима. Обида растаяла.

Поздно вечером, когда модные разноцветные бокалы из муранского стекла были пусты, а тонкое белоснежное белье лежало на полу возле дивана, Алина спросила Максима:

– У меня тебя и так непозволительно мало, может быть, ты не будешь работать в те дни, когда я приезжаю?

Максим поцеловал ее макушку.

– Малыш, ну ты ведь сама понимаешь, что свой бизнес всегда более непредсказуем, чем офисная работа. Mindberry быстро и успешно растет, все время появляются новые задачи. Как ни странно, мужчины идут к нам очень активно. И фокус, похоже, действительно смещается в сторону бизнес-консалтинга. Личные проблемы оказались не самой актуальной темой для обсуждения. Больше всего наших клиентов интересует бизнес-стратегия с учетом психологических особенностей менеджерской команды. Некоторые пытаются выяснить слабые стороны конкурентов и в зависимости от анализа планируют свои дальнейшие шаги. В общем, надо переориентироваться на коучинг или менторство. Тем более клиенты оказались даже более состоятельными, чем я ожидал. Здесь нужна просто ювелирная работа. Конечно, и времени, и нервов это отнимает достаточно. Но игра точно стоит свеч. К тому же с ростом бизнеса появляется необходимость в правильном финансовом планировании, оптимизации налогов. У меня и раньше был плотный график, но теперь у меня однозначно не хватит времени. Я сейчас в поисках зама с финансовым образованием, плюс нужен эйчар минимум на полставки и бухгалтер на постоянку. В общем, я совсем зашиваюсь…

– Слушай, – с готовностью предложила Алина, приподнявшись на локте, – а хочешь, я буду у тебя бухгалтерию вести? Все равно я собираюсь закончить работу у Эдика. Мне кажется, это как-то неправильно – продолжать заниматься его делами после того, как мы развелись.

– Ну не знаю… Я думаю, ты зря так горячишься. Вы же почти не пересекаетесь по работе, да и ты там всю кухню прекрасно знаешь. Не надо заново ни во что вникать и тратить время. В крайнем случае можно и удаленно работать. А вот нам с тобой точно не стоит дебет с кредитом сводить. Как ты сама видишь, рабочие отношения с личными лучше не смешивать. У нас ведь есть с тобой и поинтереснее занятия, да, малыш?

Максим потерся подбородком со свежепробивающейся щетиной об округлое плечо Алины и одними губами прикусил ее за шею.

– Кстати, между прочим, в этом году из-за работы я пропустил свой отпуск. Мне кажется, что это надо бы как-то исправить.

– Я бы очень хотела… – мечтательно протянула Алина, – но как? Я же не могу детей сейчас оставить, и к тому же уже осень…

– Да ладно! Осень только началась. Полно мест, где сейчас просто отличная погода. Я вообще жару терпеть не могу. И уж на неделю мы точно сможем вырваться. Мне кажется, что ваша украинская бабушка уже очень долго отдыхает. Пора бы вернуться и посидеть немного с внуками.

– Легко сказать… Ладно, давай попробую с ней поговорить. Сережка как-то опять разнервничался. Я ведь тебе рассказывала, что ему показалось, что он узнал то место, где пропал его дедушка.

– Блин, Алина, ну я же тебе как врач говорил: оставьте ребенка в покое. Вы его доломаете просто. Все, забыли эту историю. В конце концов, это же просто дед. Не надо культивировать у ребенка комплекс ответственности. И о себе, Алин, тоже не стоит забывать. Отдых – это восполнение ресурса. Ты ведь помнишь, до чего ты себя довела своей самоотверженностью?

– Да я бы с радостью куда-нибудь поехала, – вздохнула Алина. – Летняя поездка в Испанию для меня была не отдыхом, а настоящим стрессом. Имитация радости ради детей. А ты, кстати, хочешь в какое-то конкретное место?

– Слушай, ничего определенного… Я вообще только что об отпуске задумался. А давай знаешь как сделаем, чтобы интереснее было? Я буду крутить карту, а ты закроешь глаза. Куда попадешь пальцем, туда и едем! Идет?

Глаза у Алины заискрились. С Максимом все получалось как-то необычно легко и интересно. Просто человек-праздник. А еще умный, ироничный и решительный. Без вечной рефлексии и затаенной грусти в глазах.

Алина присела, прикрыв грудь одеялом, и зажмурилась. Через пару секунд она уже кричала от восторга:

– Исландия! Мамочки, Исландия!!!

* * *

На кровати, мерно раскачиваясь взад-вперед, сидел большеголовый лысый человек лет сорока пяти с выпуклыми глазами под отечными веками. Он безразлично посмотрел на вошедших и сплюнул на пол.

– Ну вот, Рябов Николай Михайлович, в прошлом охранник ювелирного салона. Получил в драке железной арматурой по голове. Открытая черепно-мозговая травма. Хирурги спасли только жизнь, а вот личность у них, увы, сохранить не получилось. За годы, проведенные у нас в больнице, динамика почти несущественная. Я думаю, что если бы родные не поспешили от него избавиться, а потратились бы своевременно на операции и реабилитацию, то картина была бы не такой печальной. А это, собственно говоря, медкарта нашего Николая Михайловича с его фотографией и историей. Можете сравнить. Ну, теперь вы удовлетворены? А насчет геолога… У нас действительно есть восьмидесятилетний дедушка с деменцией. Его, кстати, исправно навещают дочь и внуки. Про кого там еще вам Николка рассказывал? Про шахматистов, кажется? Шахматисты-любители тоже присутствуют. Их, мне кажется, человек пять-семь наберется. Да и сами санитары не прочь иногда поиграть. Про дальнобойщика не скажу, откуда Коля взял почву для фантазий. Полагаю, что он насмотрелся на фуры за время своих походов из монастыря и обратно. В общем, думаю, что нам надо идти: не стоит беспокоить пациента. Видите, он волнуется.

Сидящий на кровати Николай Михайлович прекратил раскачиваться и стал яростно хватать бумажные листы газет,