Букет фрезий (СИ) - Елена Елина

я от нее не откажусь. Но она ничего не хотела слушать, только прогоняла. И тогда я решил уйти. Пусть подумает, успокоится, придет в себя. Надо съездить в тот роддом еще раз. Здесь точно какая-то ошибка, и я буду в это верить.

Я гнал машину всю ночь и к утру был в Нижнем. Первым делом купил новый телефон, позвонил Елене, но она по-прежнему не отвечала на звонки. Найти Ольгу было трудно, однако, у меня получилось. Она дала мне телефон детектива, что добыл эти сведения. Он подтвердил все факты из той папки. Мы вместе снова побывали в роддоме, в котором я родился. И с каждым нашим шагом, с каждой подтвержденной деталью, я все больше впадал в отчаяние — все говорило, даже кричало — Елена моя сестра. Мы всю ночь проговорили с дедом, я показал ему фото Елены на телефоне. И когда он заявил, что у нее глаза нашей матери, я окончательно поверил. Поверил, что мы никогда не будем вместе. Я не смогу принять ее как сестру. Она слишком глубоко сидит в моем сердце и мыслях. Быть рядом и не касаться? Видеть и не целовать? Это выше моих человеческих возможностей.

Я вернулся к себе и постарался загрузить себя тренировками. Но тут вмешался тренер, сказав, что труп ему не нужен. И на игру меня не пустил, велев сначала прийти в себя. А если меня нет, то куда мне возвращаться? Тогда я решил 'выбить клин клином'. Пошел в ночной клуб и снял первую попавшуюся девушку. А то, что у нее оказались длинные темные волосы и глаза цвета горького шоколада — так это простое совпадение…

Мы выпили по паре коктейлей, пошли танцевать. Брюнетка сама жалась ко мне всем своим роскошным телом, и я целовал ее, ощущая себя при этом деревянной запрограммированной куклой. Все действия и составляющие были правильными, но результата не получалось. Перед глазами то и дело всплывало лицо Елены. Оно же мне снилось каждую ночь. И только во сне я мог быть рядом с ней. Целовать, не испытывая угрызений совести.

Резко разорвав поцелуй, отвернулся от брюнетки и пошел к выходу. Мне здесь ничего и никто не поможет. Поеду к Елене, надо убедиться, что у нее все в порядке, увидеть ее хоть издалека. Посмотреть, вернулась ли она в нормальную жизнь. Мы не виделись почти десять дней, на звонки она не отвечала. Я каждый вечер включал скайп, и смотрел на ее зеленый огонек. Но нажать кнопку 'Звонок' так и не решился.

Подъехав к ее дому, увидел темные окна. Опять сидит в темноте или и правда где-то пропадает? Может на работе? Спустя несколько минут ответ явился сам — к дому подъехала машина, из которой сначала показался Глеб, а следом и Елена. Я не верил своим глазам — они не могут быть вместе! Я выскочил из машины и подлетел к парочке, идущей в сторону подъезда.

— Привет! — я вложил в это слово всю свою злость. — Что он здесь делает?

— Провожает меня домой, — радость в ее глазах мелькнула и сменилась спокойным равнодушием. — А что здесь делаешь ты?

Ну а что я мог ответить? Что с того вечера не могу нормально спать? Что в каждой девушке ищу ее черты? Что даже игра перестала радовать? Что не могу принять ее как сестру! Не могу!

— Смотрю, как быстро ты нашла мне замену. Недолго твоя постель пустовала, — обида и боль говорили за меня. Как трудно было говорить это ехидным тоном и делать безразличный вид. По лицу девушки было заметно, мои слова обидели ее. Ничего, я переживу. Я не готов пожелать ей счастья с другим.

— А тебе не трудно было найти замену, — Елена смотрела куда-то в сторону. — Он даже целуется лучше, чем ты.

И тут я не выдержал. Одним шагом оказался возле нее и поцеловал. Жадно, требовательно, яростно преодолевая ее сопротивление, заставляя языки сплестись в неистовом танце. По телу сразу разлилась жаркая волна. И Елена не смогла противиться моему напору. Спустя мгновение, она запустила руки в мои волосы и сильнее притянула к себе. А спустя еще одно, девушка уперлась мне в грудь ладошками, отстраняя, разрывая поцелуй, тяжело дыша.

— Не надо, — еле слышно сказала она, — не надо…

Я сделал шаг назад и повернулся к Глебу.

— Что, нравится донашивать вещи старшего брата? — на губах все еще горел поцелуй. — Я бросил, ты подобрал?

Я намеренно провоцировал блондина. Если это отвадит его от Елены, пусть. Но это не сработало. Глеб лишь самодовольно усмехнулся.

— Просто скажи, что не смог ее добиться, — он сально заулыбался. — Ты не переживай, родственник, уж теперь-то она в надежных руках. А раз уж ты назвался мне старшим братом, я тебя даже на свадьбу приглашу.

Я почти не слышал его речи, мозг выхватывал лишь 'родственник', 'брат'… Это и стало последней каплей. Безысходность, гнев, обида застили глаза, набрасывая пелену, вызывая помутнения рассудка… Кулаки сами нашел свою цель. Удар, другой, чей-то крик 'Остановись!'…

Именно он вернул меня в реальность. Словно в замедленной съемке мне открылась окружающая действительность: Глеб навзничь лежит на снегу, рядом на коленях Елена, ее руки в крови, и снег рядом закапан алым… Я в ужасе уставился на свои руки: костяшки сбиты и тоже покрыты кровью. И тихий шепот: 'Глеб, очнись, Глеб…'

Я сдулся, словно проткнутый воздушный шарик. Не оглядываясь, сгорбив спину, едва переставляя налившиеся вдруг свинцом ноги, пошел к своей машине. Откуда-то взявшиеся зеваки молча уступали мне дорогу. На автопилоте завел мотор и куда-то поехал. Бесцельно катался по городу, не разбирая дороги. Гнал на красный, не обращая внимания ни на что. На секунду блеснули фары, визг тормозов и все вокруг залил белый яркий свет.

Елена

Руслан ушел, но легче не стало. Я встала, вылила оставшийся чай в раковину и машинально вымыла чашку. Стараясь не наступить на осколки телефона, напоминающие осколки моей жизни, ушла в спальню. Легла на кровать и поняла, что заснуть не смогу. Здесь, казалось, все напоминает о нем. О той ночи. Единственной