Ким Ригерт - Соседка

Это потому, что она все еще не устроена, говорил себе Пол. Если бы он знал, что о ней заботятся, вздохнул бы свободнее. Если бы не сомневался, что Сесил Как-Его-Там будет хорошим мужем и отцом, он бы успокоился. Значит, необходимо это выяснить.

Он не развалится на части, если поговорит с ней еще раз. Пусть он никогда не звонил ей из мест, где шли военные действия, сейчас нужно было все расставить по местам!

Пол взглянул на часы. В Лондоне сейчас было четыре часа дня. Удачное время — когда утреннее недомогание будет давно позади, а этот Сесил, возможно, прийти еще не успеет.

Не раздумывая долго, он набрал номер. Длинные гудки звучали и звучали, а Джулия все не подходила. Помрачнев, Пол уже собрался положить трубку, когда на другом конце провода ответили.

— Алло?

— Это Пол, — отрывисто сказал он. — Ты только что пришла?

— Я… да. Я…

Пол немного подождал, затем спросил:

— Джулия, у тебя все в порядке?

— Все… прекрасно.

И снова тишина. Похоже, им предстоит еще одна бесполезная беседа. Но она заговорила.

— Я чувствую, как они шевелятся, Пол! — В ее голосе звучало возбуждение. — Я ходила сегодня к врачу. У них все нормально.

И Пол, повторив в уме ее слова, почувствовал, как его охватывает паника.

— Что ты сказала? Ты чувствуешь, как они шевелятся?

Джулия издала высокий, немного истеричный смешок.

— Да! У меня двойня!

Двойня?!

Пол был ошеломлен. Он звонил ей для того чтобы узнать, способен ли Сесил вырастить одного ребенка. А у нее, оказывается, двойня…

Он глубоко вдохнул, затем еще раз. Это не помогло. Голова кружилась, ему не хватало воздуху. Двое? У него мутился рассудок. Господи, куда Ты смотрел?! — взмолился Пол.

— Откуда ты знаешь? — хрипло спросил он, когда обрел дар речи.

— Я же сказала тебе, что была у врача. — Джулия, казалось, все еще не верила себе. — Слышно биение двух сердец, представляешь?

Пол не представлял. Пытался и не мог. Он открыл и закрыл рот, не зная, что сказать.

— Это удивительно. Просто удивительно… Пол? — позвала она, не слыша ответа.

— А? — только и смог выдавить он, оглядываясь, куда бы сесть.

— Пол, ты не… Нет, конечно же нет. — Радость и возбуждение покинули Джулию. Теперь ее голос был ровным и бесцветным. — Мне жаль…

А Полу было жаль, что он вообще позвонил.

— Ты… С тобой… все будет в порядке?

— Разумеется! — отрывисто и презрительно произнесла она.

— Ты уверена? Ты… хорошо себя чувствуешь?

— Прекрасно.

Теперь в ее голосе звучало раздражение.

— Что ж, хорошо. Хорошо, — повторил он, уже с большим энтузиазмом. — Рад это, слышать.

— Чего ты хотел?

— А? Да так, пустяки. — Не мог же он спросить, способен ли Сесил вырастить ее ребенка, теперь, когда речь об одном ребенке уже не шла! Да и вообще, кто решится взвалить себе на плечи такую ношу? — У меня просто появилась свободная минутка. Я в Индокитае, прилетел сюда три дня назад. И… решил тебе позвонить.

Джулия на это ничего не ответила. Поэтому он заставил себя продолжить:

— Ты поливаешь мой садик?

В былые времена такой вопрос был бы ни к чему. Это само собой разумелось.

— Я поливаю твои помидоры, Пол, — ровным тоном ответила она.

Последовала еще одна длинная пауза. Двойня? У нее двойня?! Пол все еще не мог в это поверить. Затем Джулия сказала:

— Кто-то стучит в дверь. Мне нужно идти. Сесил? — подумал Пол, но вслух не спросил.

— Ладно, тогда иди. — Двойня! Он перевел дыхание и тряхнул головой. — Береги себя, Джулия.

— Да, — сказала она и повесила трубку. Пол еще долго стоял перед телефоном, не двигаясь. Он пытался думать о том, что услышал, пытался свыкнуться с этим. Но тщетно. У Джулии будут два ребенка? Он, который избегал всяческих уз, обязательств, ответственности, вот-вот станет отцом двойни? Нет, это немыслимо!

Пол уставился на телефон. Может, он вовсе не поднимал трубку и не звонил ей? Может, все это ему только приснилось? Хотелось бы надеяться!

И он надеялся. Целых три недели надеялся. А также беспокоился и переживал. После Индокитая ему пришлось отправиться во Францию, чтобы получить недостающую информацию. Обычно его не тяготили подобные метания по всему свету. Раньше это не имело для него значения.

А теперь имело. Он был озабочен. Раздражен. Встревожен. Проклятье, только волнений и забот ему не хватало! Нужно вернуться домой и во всем разобраться. Позаботиться о том, чтобы все было хорошо — чтобы Джулии было хорошо.

Если он сможет этого достичь, то и у него все будет хорошо.

После Парижа редактор собирался снова послать его в Индокитай. Впервые Пол отказался и полетел домой. Он прибыл рано утром, выжатый как лимон и нуждающийся, как всегда в таких случаях, в горячем душе, холодном пиве и двадцати четырех часах сна.

Но он сразу же поднялся к Джулии. Она удивилась, открыв дверь и увидев его. Пол тоже был удивлен тем, как сильно она изменилась за время его отсутствия. Она была похожа на худенькую девочку, засунувшую пляжный мяч под безразмерную майку.

— Господи, да ты хоть что-нибудь ешь?!

— Что? Конечно, я ем… Куда ты идешь? Джулия вцепилась в его рукав, когда Пол вошел в квартиру и направился через гостиную прямиком в кухню.

Он рывком открыл холодильник. У нее были сыр, яйца, зелень, сладкий перец, кефир. Козья еда, с отвращением подумал Пол.

— Тебя ведь больше не тошнит по утрам?

— Нет, но…

— Прекрасно. Тогда я пойду и куплю бифштексы. Я скоро вернусь. — И он зашагал к двери.

— Пол! — Она пошла за ним. — Сейчас половина девятого утра! Что ты творишь? Ты не можешь врываться вот так и просто… просто…

Пол посмотрел на нее через плечо.

— Но я ведь уже ворвался, — мягко сказал он. — И мне плевать, который теперь час. Я вернусь. У тебя есть картошка?

— Нет, но…

— Я куплю.

Он пошел в продуктовый магазин поблизости и купил бифштексы и картошку. Пиво тоже купил. Он вернулся через час, даже не зайдя к себе, чтобы побриться и принять душ. Ничего, потерпит его и в таком виде.

Джулия не спешила открывать на его стук, и он не был уверен, сделает ли она это вообще. Он как раз обдумывал альтернативные варианты, когда дверь наконец отворилась.

— Это ни к чему, — сказала она, когда Пол с пакетом в руках прошагал мимо нее в кухню.

— А мне кажется, очень даже к чему, — ответил он. Пол знал, где что лежит в этой кухне, и быстро отыскал кастрюлю для картошки. — Накрой на стол, — распорядился он через плечо.

— Я уже завтракала.

— А я еще нет. Сделай мне одолжение.

Он проговорил это сквозь зубы и бросил на нее взгляд, который заставил Джулию повиноваться.

— Грубиян, — пробормотала она, расставляя тарелки.