Арлин Джеймс - Невеста в хрустальном башмачке

— Я сама не хотела общаться с ним, — настаивала Джиллиан.

— Он верит, что я настраиваю Джиллиан против него, — продолжала Камилла, не обращая внимания на ее слова. — Говорит, что я настроила Джиллиан против него, и хочет наказать меня. Так что в действительности никто не лгал. Он угрожает мне и преследует только меня.

— Стихотворение, написанное в кухне, — промолвил Зак мягко, — было адресовано не вам. Это любовные стихи, обращенные к ней, — он кивнул на Джиллиан, — и разрисованное окно тоже предназначалось для нее. — Внезапно его голову пронзила резкая боль. Он прижал пальцы к вискам, чувствуя, как в них пульсирует кровь.

— Это она виновата! — закричала Джерри, тыча пальцем в Джиллиан.

— Заткнитесь! — буркнул Зак, массируя виски и уговаривая голову не болеть.

— Она не такая милая наивная девочка, какой ты всегда хотела ее видеть, — обратилась Джерри к Камилле. — Это ее вина, говорю тебе!

— Достаточно, мама! — жестко произнесла Камилла. Она гордо подняла голову, как бы бросая вызов миру.

В этом жесте Зак увидел незащищенность и неуверенность маленькой девочки, чей отец отказался от нее и ее матери ради любви к другой женщине. Ей легче было верить, что она была мишенью для Эйберсена. Она не могла вынести правды о том, что бывший любовник предпочел ей невинную младшую сестру. Впервые Зак почувствовал жалость к этой женщине.

— Мне надо идти, — сказал он, смотря в сторону.

— А новый код? — дрогнувшим голосом спросила Камилла.

Код. Пять цифр. Он попробовал их придумать, но в конце концов взял самое знакомое число.

— Используйте этот: девять, два, семь, шесть, семь. Запомнили? Девять, двадцать семь, шестьдесят семь. Я сообщу в охрану по дороге домой.

— Девять, два, семь, шесть, семь, — повторила Камилла. Она презрительно улыбнулась. — Ваш день рождения?

— Да. Но Эйберсен его не знает. — Он не мог глядеть на Джиллиан, не мог видеть ее лицо, залитое слезами, и не мог с этим ничего поделать. — Я позвоню, — пробормотал он, повернулся и вышел, с неловкостью понимая, что, вероятно, это был самый трусливый поступок в его жизни. Она солгала, и боль от ее лжи подсказала ему, насколько близко он был к тому, чтобы отдать ей свое сердце.

Джиллиан услышала стук захлопнувшейся двери и поняла, что испытывает один из самых тяжелых моментов в жизни. Почему она солгала? Почему не рассказала все с самого начала? Она стремилась сделать так, как хотела Камилла, защитить ее эмоционально и физически, сделать все ради ее блага. Однако глаза Камиллы были жестче и холоднее, чем когда-либо.

— Ну, — произнесла она, подтверждая все худшие страхи Джиллиан, — на этот раз ты действительно это сделала. Сомневаюсь, что он теперь будет на нас работать.

Джиллиан вытерла лицо рукой и покачала головой.

— Зак не такой. Он действительно добрый. Он придет, если мы будем нуждаться в нем.

Камилла презрительно хмыкнула:

— Господи, Джилли, ты в самом деле такая наивная? То, что он с тобой спал, не значит, что он является принцем из сказки. Это означает совсем противоположное. У него теперь есть преимущество перед тобой. Нам повезет, если мы когда-нибудь услышим о нем снова! Он выставит нам счет, и на этом все кончится!

— Но он не получил никакого преимущества!

— Получил, уж не сомневайся! — фыркнула Джерри.

Джиллиан чувствовала, как маленький ледяной комок поднимается из груди и заполняет ее целиком. Она села на кровати.

— Фактически вы правы, — сказала она решительно. — Не он пришел ко мне, а я. И он отказался от меня. — Надломившийся голос выдал ее неуверенность.

— Я так и знала! — закричала Джерри. — Она сама бегала за ним! Она хотела его!

Голос Камиллы, когда та наконец заговорила, был холоден как лед.

— Это правда, Джиллиан? Ты сама пришла к нему?

Джиллиан сглотнула. Глубокая печаль затопила ее.

— Я просила его заняться со мной любовью. Он отказался.

— Ты точно так же хотела и Янсена! — злобно произнесла Джерри. — Ты хотела покорить его.

— Нет! — вскинула голову Джиллиан и посмотрела сестре прямо в глаза. — Я никогда не обнадеживала Янсена. Он преследовал меня, а я старалась избегать его. Я никогда не хотела быть с ним. Никогда, и ты это знаешь.

— Знаю? — спросила Камилла, и последняя надежда Джиллиан на понимание испарилась. — Ты, должно быть, сделала что-то, — резко сказала она. — Теперь я ясно это вижу. Он никогда бы не предпочел тебя. Это бессмысленно, но я не могла поверить, что ты предала меня.

— Предала? — воскликнула Джиллиан. — Так вот что ты думаешь?

Да, это было так. Она видела горькую правду в глазах Камиллы.

— Мой бог, — прошептала Джиллиан. — Ты действительно скорее поверишь в то, что я украла его, чем в то, что он мог предпочесть тебе кого-то еще! Неужели ты такая эгоистичная?

— Не будь идиоткой! — фыркнула Камилла.

— Как ты осмеливаешься так говорить! — подхватила Джерри.

Джиллиан прикрыла глаза, понимая, что ее мир рухнул. Она больше не могла подхлестывать себя, думая, что ее усилия стать тихой, услужливой и бесцветной помогут завоевать любовь Камиллы. Ее просто использовали, не Зак и даже не Янсен. По крайней мере они делали это не так, как ее собственная сестра. Ее больно укололо, что Зак оказался прав во всем. Он раскусил Камиллу с самого начала, и ее, Джиллиан, тоже. С первого взгляда он понял, насколько она одинока и жалка. Она бы посмеялась, если бы это не было так печально.

Она медленно поднялась с кушетки.

— Я уйду прямо сейчас, — сказала она тихо.

— Уйдешь? — повторила Камилла. — И куда, скажи на милость?

— Не знаю, — ответила Джиллиан. — Это неважно.

Она обошла Джерри и Камиллу, ноги ее, казалось, несли вес вдвое больше, чем обычно. Но сейчас ей нельзя было даже пошатнуться. Она теперь была не беспомощным ребенком, а взрослой женщиной, или по крайней мере так себя чувствовала. То, что произошло ночью, подтверждало это. Она никогда не предлагала себя Янсену, несмотря на убежденность в этом Камиллы, и никогда бы не предложила, неважно, насколько бы одинокой и отчаявшейся ни была. Единственный мужчина, к которому она бы бросилась в объятия, был настолько порядочным, что отказался от нее. Да, пришло время уходить, и она будет даже рада этому.

Джиллиан застонала и повернулась на хромоногом диванчике, пытаясь устроиться поудобнее.

— И как долго ты будешь так мучиться? — раздался голос Денизы, и Джиллиан приоткрыла глаза. Яркий свет заливал комнату, и она снова плотно сжала веки.

— Я найду себе комнату, — произнесла она подавленно.