Труди Пактер - Экранные поцелуи

— Вы думаете, я справлюсь?

— Особенно с закрытыми глазами и перебинтованным лицом. Да, кстати, имейте в виду, что вам придется уехать по крайней мере на три месяца. Съемки будут вестись на натуре. Большую часть времени вы проведете на Бали.

Она улыбнулась под своими бинтами.

— Думаю, что это я как-нибудь переживу, — однако сомнения не покидали ее. — Десмонд, а почему вы так уверены в том, что я получу эту роль? Ведь режиссер или продюсер еще не видел пробы.

Агент встал, разгладил костюм.

— Скажем так: у меня есть полное взаимопонимание с продюсером.

Глава 6

Неряшливого вида человек подъехал на мотоцикле к стальным воротам виллы Клаудии Грэхэм. Нажал на кнопку и сообщил в переговорное устройство свое имя. Ворота открылись. Боб Делани подвел свою «хонду» к площадке перед домом, построенным в стиле испанского ранчо. Как и у всех прочих кинозвезд, этот дом будто бы стремился что-то доказать. Архитектор, похоже, не пожалел для этого ни сил, ни средств. Все здесь — от колонн из розового мрамора, окаймлявших переднюю веранду, и до тщательно ухоженных лужаек — говорило о том, что в этом доме обитает необыкновенно важная персона. Могущественная, влиятельная и знаменитая.

Среди всей этой роскоши Боб Делани выглядел совсем не к месту в своих выцветших голубых джинсах, кроссовках и майке с огромной надписью на груди «Нью-йоркские игроки». Мало того, он широко улыбался. Про такую улыбку обычно говорят «рот до ушей».

По-видимому, Клаудиа Грэхэм, появившаяся на ступенях веранды, в первый момент была захвачена врасплох. Она ожидала увидеть серьезно настроенного продюсера в темном официальном костюме.

Перед ней же стоял красивый улыбающийся человек, больше похожий на бездельника, какие слоняются по пляжу. Но самое поразительное заключалось в том, что он, как видно, чувствовал себя абсолютно непринужденно.

Клаудиа даже задержала дыхание и одарила его взглядом, каким обычно смотрят на диких зверей в зоопарке.

— Это вы Боб Делани?!

— Совершенно верно. — Он протянул руку. — А вы, как я полагаю, Клаудиа Грэхэм. Счастлив встретиться с вами… наконец.

Она взирала на него с явным неодобрением.

— Ну, хорошо. Пойдемте, выпьем чего-нибудь. Служанка накрыла столик у бассейна.

Она круто повернулась на каблуках и пошла вдоль веранды. Следуя за ней, Делани окинул ее внимательным взглядом. Не тем, каким мужчины обычно смотрят на хорошенькую женщину, — опытным взглядом профессионала. Фигура вполне соответствует рекламе. Она, вероятно, регулярно занимается специальными физическими упражнениями. Отсюда и аккуратный упругий зад, и высокая грудь, и абсолютно плоский живот, и спина, как у гимнастки. Все это как будто живет, переливается под плотно облегающим летним платьем. Он одобрительно кивнул. Его всегда восхищали женщины, умеющие держать себя в форме.

Подошли к большому овальному бассейну. Клаудиа опустилась в плетеное кресло и указала Бобу на другое такое же, рядом. Выглядела она лучше, чем он предполагал. Врач, подправлявший ей лицо, без сомнения, знал свое дело. Если когда-то ей и испортили глаза, сейчас от этого не осталось ни малейшего следа. Перед ним сидела женщина в возрасте где-то за тридцать, с белой, как алебастр, кожей и взглядом сфинкса. В ее зеленых, чуть-чуть раскосых глазах, в маленьком курносом носике было что-то кошачье. Боб взглянул на ее волосы и снова остался доволен. Темные, густые, они обрамляли лицо тугими завитками и спускались на шею. Она подойдет. Прекрасно подойдет. Теперь остается лишь убедить ее в этом.

Она кинула на него быстрый взгляд из-под густых черных ресниц:

— На что это вы смотрите?

В ответ он улыбнулся. Откинулся на спинку кресла.

— Я смотрел на бутылку шампанского, которую вы так предусмотрительно поставили на лед. Я вот думаю, очень ли вы расстроитесь, если вместо шампанского я попрошу принести пива.

Помимо воли, она почувствовала, что этот человек ее занимает.

— Но почему? Вы что, не пьете шампанское, мистер Делани? Уверяю вас, это самое лучшее.

— Да, я вижу, шампанское великолепное. Но для меня в такое время дня это слишком. Если не возражаете, я предпочел бы «Шлитц». Надеюсь, у вас в холодильнике найдется «Шлитц»?

Клаудиа сделала знак горничной-филиппинке, суетившейся у бара.

— Принеси гостю пива. — Потом она обернулась к Делани: — Вы всегда ведете себя подобным образом во время деловых встреч?

— Это зависит от того, с кем у меня встреча. Если, например, с кем-нибудь из сотрудников студии, тогда, конечно, нет. Эти люди никогда не выходят за рамки условностей. Все свои дни они проводят за письменным столом, с канцелярскими скрепками и секретаршами. Если я не стану соблюдать их правила, мне не будут доверять. Но вы-то другое дело. Вы же не прикованы к рабочему столу. Вы натура артистическая, созидательная. У вас талант. Я решил, что вы достаточно яркая личность и вполне сможете оценить меня таким, каков я есть.

Теперь она улыбалась и, казалось, полностью расслабилась. Вид этого большого потного человека, жадно поглощающего пиво, придал ей уверенности в себе. Ведь она всю жизнь чувствовала на себе осуждающие взгляды таких же тупых догматиков с их тупой догматической моралью. Этот Делани совсем на них не похож. А главное, ему, по-видимому, абсолютно на всех наплевать.

Она решила прощупать почву.

— Жизель сказала мне, что вы хотите поговорить со мной о фильме для «Магнум».

— Совершенно верно, хочу поговорить о фильме. Но только в том случае, если вы собираетесь вернуться к работе. Если же нет, допью пиво, и мы с вами распрощаемся.

Какой крутой. Она-то ожидала, что он будет вести себя как смирный котенок. Но у этого котенка, как видно, острые зубы, и, похоже, он знает, как ими пользоваться.

— Возможно, это представит для меня интерес. Но, предупреждаю, если я и соглашусь с вами работать, то на определенных условиях.

Боб усмехнулся про себя. Кажется, рыбка клюнула. Трюк с образом пляжного бездельника сработал отлично. Теперь главное — постараться не выйти из этого образа.

— Не могу сказать заранее, как я отнесусь к вашим условиям. Но вы все-таки их изложите.

Клаудиа поджала губы.

— Условие первое: тщательно подобрать оператора. Неумелый оператор способен загубить актрису. Условие второе: я должна просматривать все дубли. Каждый день после сьемок. И третье условие: у меня должно быть право вето. Если какие-то кадры мне не понравятся, вы не будете их использовать.

Боб сделал большой глоток. Помолчал.

— Не слишком ли? К чему все эти условия?