Кэтлин О'рейли - Клуб одиноких сердец

Адам отвечал также невозмутимо:

— Почему бы и нет?

— Я перешлю тебе сообщение по электронной почте. В приложении есть карта с точным указанием места тренировки.

И он, и она знали, что пора ехать на работу. Но оба молча сидели, устремив взгляды вперед, и никуда не торопились. Молчание затянулось и становилось неловким.

— Не возражаешь, если я тебя поцелую? — прервал тишину Адам.

— Что? Извини, я не расслышала, — переспросила она, услышав каждое слово. Ей хотелось заставить его повторить свою просьбу, чтобы запомнить каждый звук, уловить все нюансы голоса.

— Я обещал, что обед будет безобидным мероприятием, и старался сдержать свое обещание. Но я ужасно хочу тебя поцеловать.

— Это не нарушает условий заключенного нами пари. Я же говорила, что любые прелюдии допустимы. Исключен только секс. — Высказавшись, она сделала вид, будто обдумывает его предложение. Хорошо, будь по-твоему.

Адам наклонился вперед.

— Я рад, что ты это сказала.

Поцелуй длился долго. Никогда еще Джессика не чувствовала такой поразительной ненасытности.

Поцелуи Адама были страстными, пьянящими, и это хмельное безрассудство приносило удивительное удовлетворение.

Джессика всегда мечтала верховодить и в любви, быть завоевательницей мужских сердец, но в объятиях Адама она была покорной и ничего не могла с собой поделать.

Страсть безудержно захватывала обоих.

— Джессика, у тебя еще есть выбор. Или мы немедленно отправляемся к тебе. Или могу предложить свой гостиничный номер. И ни о каких прелюдиях больше не говорим, а просто занимаемся любовью. Или же возвращаемся на работу, и я не подхожу к тебе до тех пор, пока ко мне вновь не вернется самообладание.

И тут Джессика поняла, к чему были все эти разговоры: они касались только пари. У нее действительно был выбор. И, чтобы выиграть спор, она должна была немедленно приказать ему завести машину и отвезти ее на работу.

Или все-таки сдаться?

Он нежно уложит ее на ее собственную кровать, и она будет наблюдать, как обнажается перед ней во всей красоте его превосходное тело. А после этого… да, что будет после этого?

А после этого, утолив жажду, она будет лежать в той же кровати в лучах позорного поражения.

Джессика чихнула. И поскольку Господь обладал уникальным чувством юмора, то она чихнула еще раз.

Руки ее медленно сползли с плеч Адама. Она отодвинулась, и ее гордая осанка без слов говорила о сделанном ею выборе.

Если бы он проявил настойчивость, то, наверное, уговорил бы ее сдаться. Сбил бы с пути истинного, совратил и затащил в постель. Джессика предвидела, как через семь дней и одиннадцать часов она заставит его понять, что именно значит для нее этот сладостный вкус победы.

Они по-прежнему молчали. Адам включил радио, на волнах которого исполнялись блюзы. И звуки рыдающей электрогитары заполнили салон.

Джессика прислонилась к спинке сиденья и вслушивалась в звук мотора машины мощностью в триста двадцать лошадиных сил. Этот призывный рокот вселял оптимизм. Возможно, все еще изменится к лучшему. И все у нее будет. И работа, и машина, и неуклонный карьерный рост, и победа за победой. Все, включая Адама.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Вбежав в свой кабинет, Джессика опрометью бросилась к компьютеру.

«Мики, ты еще в чате?»

Подруга отозвалась мгновенно: «Конечно. Жду-не дождусь твоего возвращения. Ну, рассказывай».

Джессика снова застучала по клавишам: «Я или по уши влюбилась, или не могу справиться со своей сексуальной тягой к этому человеку».

«Значит ли это, что хоть одна из названных тобой причин, послужила поводом к безоговорочной капитуляции?»

«Нет!»

«И что тебя все-таки сдержало?»

«Сам он и сдержал. Он ведет себя как истинный джентльмен».

«Так я услышу наконец подробности? Или мне не выпадет сегодня такого счастья?»

«Он пригласил меня в тот потрясающий французский ресторанчик, что открыли на Арлингтонских горах. Это такое уединенное местечко для влюбленных!»

Мики невозмутимо ответила: «И что дальше?»

Джессика: «Что дальше? Дальше мы обедали».

Разочарование Мики росло с каждой последующей строчкой: «Ну, и?»

«Потом я заказала себе десерт».

Мики нервно застучала рукой по столу: «Прости, у меня неотложное дело по работе».

Джессика откровенно написала: «Мы целовались в его машине!»

«Целовались? Звучит так старомодно, словно на дворе добрые семидесятые».

Джессика рассмеялась в ответ: «Хе-хе-хе!»

Мики многозначительно молчала, театрально выдерживая паузу.

И Джессике ничего не оставалось, как пойти на уступки и сменить тон на менее дерзкий: «Ты же придешь сегодня вечером на стадион?»

«Возможно, что и нет».

«Как это, нет? Почему? Там будет и Адам».

«Тогда я точно не приду».

Джессика не отступала: «Я хочу, чтобы вы познакомились. Интересно, какое впечатление он произведет на тебя. Мне небезразлично мнение моих ближайших подруг».

«Зачем оно тебе? Ты переспишь с ним и без нашего мнения. В этом нет никаких сомнений».

Джессика была озадачена: «Как ты догадалась?»

Мики открыла личный портативный компьютер:

«Кассандра поставила сорок долларов на Адама, Бет только десять долларов на тебя. Моя ставка самая высокая. И я готова биться сотней долларов за то, что ты скоро сдашься. Я абсолютно не рискую.

Так оно и будет».

Джессика недовольно запыхтела: «Сначала я должна выиграть пари».

И с видом умудренного опытом старца Мики поделилась сокровенным: «Ничего у тебя из этого не получится, подруга. И не такие проигрывали. Что ты так переживаешь?»

Джессика не без сожаления призналась: «Впервые в жизни мне ужасно хочется проиграть».

Мики опустила голову прямо на клавиатуру.

«Я приду. И сделаю это только по одной-единственной причине: мне больше нечем заняться, лучших предложений не поступало».

Джессика была довольна — у нее были самые верные в мире друзья.

Адама не удивило, что Джессике удалось перенести тренировку с маленькой спортивной площадки в Роузленде на огромный стадион на территории комплекса, принадлежащего чикагскому университету. Размах ее активности впечатлял, эти беговые дорожки были лучшими в городе.

После работы он заехал в гостиницу. Облачившись в тренировочные штаны и футболку, он погрузил в багажник упаковку пластиковых бутылок с минеральной водой и апельсины. Это задание он выполнял по поручению Джессики.

Он вышел из машины, взял воду и апельсины и направился к стадиону. Джессика, как и положено тренеру, явилась раньше всех. На ней были облегающие лосины ярко красного цвета. Ее неотразимый вид будоражил кровь. Увидев Адама, она замахала ему рукой, в которой сжимала тренерский свисток.