Маргарет Уэй - Свадебное бланманже

— Очень, — кивнула она. — Такое чувство, что стоишь на самом краю утеса.

— Опасное чувство, — заметил он.

— Завораживающее, — уточнила Леона.

— Если тебя так завораживают опасности, то почему бы тебе не рискнуть? — спросил Бойд Бланшар.

— Я только это и делаю со вчерашнего вечера, — шепотом ответила девушка.

— Сделай еще одну маленькую попытку, — посоветовал он, взяв ее за руку. — Предлагаю экскурсию по квартире. Уверен, тебе понравится.

— Мне уже нравится, — отозвалась Леона. — А Хлоя здесь бывала? Оставалась с тобой на ночь?

— Хлоя? А кто это? — нахально спросил Бойд и получил неодобрительный взгляд Леоны.

— Прости, — произнесла она, остановившись, — я не останусь. Мне завтра на работу. Я должна ехать домой! — И решительно повернулась в сторону выхода.

— Хорошо, Лео, тогда я не против переночевать у тебя, — ответил Бойд.

— Нет, ты меня не понял, — взволнованно возразила она.

— Ничего не говори, Леона. Молчи… — остановил ее он. — Просто согласись провести эту ночь вместе.

— И добровольно отказаться от душевного спокойствия, отдав себя в твое распоряжение?

— Ты достаточно взрослый человек, чтобы перестать быть настолько пугливой, — похоже, Бойд был задет за живое.

— Меня пугаешь ты. Ты небрежен со своими женщинами, что без смущения демонстрируешь. Я не хочу, чтобы ты разбил сердце и мне.

— Я готов сделать для тебя исключение, Леона, — пошутил он.

— Могу ли я этому верить? Должна ли?

— Милая моя Леона, никто тебе не даст ответов на эти вопросы. Просто прими, что все решено. И не борись со мной, — шептал он ей на ухо, увлекая в спальню. — Шаг за шагом, пуговка за пуговкой, и мы станем одним целым.

— Бойд…

— Молчи, — вновь прошептал он, поймав ее губы своими губами. — Я так давно хотел избавить тебя от всего лишнего.

— А мне нравится, как ты одеваешься. — Пытаясь вернуть его в русло безопасной темы, Леона понимала, что сопротивление бесполезно.

— Просто тебе еще не приходилось видеть, как я раздеваюсь, — пошутил он. — Ты ведь уже взрослая девочка? Тебе есть с чем сравнивать? — осторожно спросил Бойд, заглядывая в ее зеленые глаза.

— Да, я спала с Марком Тайлером, — откровенно призналась Леона.

— О, я догадывался! — отозвался Бойд. — Марк боготворит тебя. Как я его понимаю!..

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Следующим утром Леона исхитрилась оказаться на работе вовремя, хоть это было и непросто. В состоянии эйфории, буквально не помня себя, чего никогда прежде с ней не бывало, она успела утром заехать домой, чтобы надеть свой лучший жакет от Гуччи. Именно этого требовало ее настроение.

— О, Лео! — не смогла скрыть восторга ее ассистентка Салли. — Беатрис уже у себя. Она сказала, что хочет тебя видеть, как только ты появишься.

— А по какому поводу, мадам Колдуэлл не сказала? — настороженно поинтересовалась Лео, к которой в одночасье вернулись все неприятные переживания вчерашнего дня.

— Лео, не думаешь же ты, что Беатрис станет вдруг докладывать мне, — округлив глаза, произнесла ассистентка. — Но выглядела она, я скажу… — многозначительно покачала головой Салли.

— Ну говори же, — нетерпеливо подстегнула ее коллега.

— Как мне показалось, выглядела она обеспокоенной. Но я не думаю, что тебе следует принимать это на свой счет, поскольку Беатрис беспокоит многое. Она же у нас истинный творец, созидатель прекрасного…

Леона уже не слушала болтовню своей ассистентки, она положила сумочку на рабочий стол, безотчетно оправила на себе жакет и прическу и, кашлянув, произнесла:

— В таком случае я иду к ней.

— Я уже говорила, что ты сегодня восхитительно выглядишь?! — как могла, попыталась подбодрить ее милая помощница.

— Спасибо, Салли. Только, боюсь, мне это не поможет, — скептически пробормотала Леона.

— Что-то случилось? — девушка мгновенно заразилась ее беспокойством.

— Может быть, мне так только кажется, Салли. Посмотрим, — проговорила Леона и с прямой спиной, твердо чеканя шаг, направилась к кабинету своей начальницы.

Она остановилась перед дверью кабинета Беатрис Колдуэлл, перевела дыхание, дотронулась до ручки и осторожно толкнула ее.

— Доброе утро, Беатрис, — приветливо поздоровалась Леона.

Минуя формальности, Беатрис Колдуэлл указала ей на кресло и заняла место за своим рабочим столом.

— Садись, Лео, — сухо проговорила начальница.

— Что-то случилось, Беатрис? — предпочла не затягивать пытку Леона.

— Даже не знаю, как ответить на твой вопрос, дорогая, — начала та. — Если и случилось, то не теперь, а много раньше. Мне просто трудно уразуметь для себя одну вещь.

— Я тоже пока ничего не понимаю, — ровным голосом ответила Леона, не выказывая своего недоумения и усаживаясь поудобнее, поскольку, как она догадалась, предстоял долгий разговор.

— Мы знакомы уже много лет, Лео. И мне казалось, что я знаю о тебе если не все, то почти все. Как, собственно, и ты обо мне. И что же получается? — недовольным тоном обратилась к ней начальница.

— А что получается? — вынуждена была вновь задать уточняющий вопрос ее референт.

— У тебя, оказывается, роман, да не с кем-нибудь, а с сыном босса. Я даже не знаю, как к этому относиться… Я, конечно, сама не прочь закрутить с таким красавцем, хоть и годы уже не те. Это все понятно, молодость, физиология, может быть, вы даже созданы друг для друга. Но именно твоя скрытность меня в этом деле тревожит больше всего, дорогая. Ты мой референт, моя правая рука, наши отношения должны быть основаны на доверии, или у тебя на этот счет иное мнение?

— Беатрис, я не вполне понимаю, к чему вообще этот разговор, да и как вообще вам стало доподлинно известно то, что для меня самой еще под большим вопросом? — удивление и растерянность Леоны были настолько искренними, что взгляд начальницы слегка было потеплел, но через минуту в глазах снова зажглись холодные огоньки.

— То есть ты хочешь сказать, что встречаешься с сыном босса, спишь с сыном босса и при этом не уверена, есть ли у вас с ним роман? — четко сформулировав все занимавшие ее вопросы, с недоумением глянула на подчиненную Беатрис. — Это по меньшей мере забавно. Но я бы не стала любопытничать, если бы на месте Бойда был любой другой молодой человек, а на месте моего референта — другая девушка. Но именно этот случай требует разъяснений.

— Беатрис, я вас искренне люблю и уважаю и почти разделяю ваше беспокойство. Но, к сожалению, мне совершенно нечего сказать. Если бы у меня была возможность потребовать от кого-нибудь разъяснений, я бы это сделала, но небеса безмолвствуют, — патетически заключила Леона.