Лаура Резник - Секрет успеха

На самом деле ей было не до смеха. Сердце Элли бешено билось, и то, что заставляло его трепетать, было так же неожиданно, как и странно. С трудом проглотив комок в горле, она спросила:

— Так где обещанная еда? Может, на Луне?

— За соседней стеной.

Они вошли в буфет и не поверили своим глазам.

— Здесь пусто! — зарыдала Элли.

— Извините, мисс. Все кончилось. Больше мы не работаем, — заявила женщина за стойкой.

— Неужели все съедено? Даже кусочка хлеба не осталось? — Элли была вне себя от ужаса. — Что же это за публика? Я-то думала, богатые имеют скромные аппетиты и хорошие манеры!

Женщина хихикнула, и Элли подумала, как наивны ее заявления. По правде говоря, этот уик-энд был первым подобным мероприятием в ее жизни. Откуда она могла знать о пристрастиях миллионеров?

— Может быть, сходим в кофейную? — спросил Чанс. — Здесь рядом. Я тоже проголодался.

— О, Чанс! Это ты! Я думал, мы никогда не увидимся, дружище!

Элли увидела высокого полного мужчину, спешащего к ним. Его угольно-черные волосы были настолько густыми, что огромная шевелюра казалась париком. Через мгновение он энергично тряс руку Чанса.

— Прекрасно! Ты дал это представление для детей! Какое благородное дело! Хорошо бы заснять его на пленку. Может, повторишь завтра, чтобы мы могли записать? — Его громовой голос был под стать внешности.

— Я не думаю…

— Разве есть какие-то затруднения?

— Вы собираетесь меня эксплуатировать?

— Эксплуатация! Ха! Ха! — мужчина рассмеялся, хотя Элли не понимала почему.

— Алисия, это Эмброуз Кеттеринг. Эмброуз, это Алисия Кэннон. Она будет выступать вместе со мной сегодня вечером.

— Только вечером. Я не постоянная партнерша Чанса, — скороговоркой вылетело у Элли. Она надеялась побыстрее отделаться от вопросов Кеттеринга. Почему-то он был ей неприятен.

Чанса передернуло, и теперь Элли поняла, как нелицеприятно звучит для него этот комментарий. Но не успела она добавить и слова, как вмешался Кеттеринг:

— Мисс Кэннон, тогда, может быть, ваше мнение наиболее объективно. Как вы находите имидж Чанса?

— Я думаю… думаю, он прекрасно выглядит. Но его талант заслуживает еще большего внимания.

— Определенно. Да, да, и я так думаю. Вы очень умная женщина, мисс Кэннон.

— Спасибо, но я…

— И я согласен, что этот имидж оптимален для сцены. — Кеттеринг сделал ударение на последнем слове. — Но ведь для телевидения нужно что-то другое? Как вы считаете?

— Нет, что вы. Он очень…

— Вы правы, вы правы, — дважды повторил Кеттеринг, кивая. — А когда вы правы, значит, вы правы. Так?

— Да, но я полагаю…

— Да, да! Это точно. Я согласен. Я имею в виду — зачем спорить с очевидными вещами, но… Телевидение — это вам не площадь Жирарделли. Не так ли, мисс Кэннон?

— Нет, но…

— Видишь, Чанс! Она согласна со мной. А я — с ней. А теперь, — он повернулся к Элли, — нам двоим надо заставить Чанса согласиться с нами.

Он взял ее под локоть и встал так, чтобы оба оказались напротив Чанса. Кеттеринг вел себя так, как будто был давним коллегой и товарищем Элли или конспиратором, получившим секретное задание переубедить упрямого фокусника.

— Посмотрите на него, Элли. Я могу звать вас просто Элли?

— М-м… — Она увидела, что Чанс стал пунцово-красным.

— Эти светлые волосы и контраст с черным. Черным… С черной кожаной одеждой. Ах да, кожей! — зарыдал Кеттеринг, будто только что сделал открытие. — Кожа смотрится перед камерой великолепно. Может, немного осветлить волосы, на пару оттенков. Увеличить контраст. Этакий пляжный юноша.

— Черная кожа? — Элли поморщилась. — Не думаю, что это подойдет, мистер Кеттеринг.

— Вы правы. Не могу не согласиться. Вы остроумная женщина, Элли. Но это лучшее эфирное время. Он будет соревноваться со зрелищными развлекательными шоу. Полицейские. Оружие. Пистолеты и ружья. Фрейдистский набор. Мы должны составить достойную конкуренцию. Нам нужно привлечь женскую аудиторию.

— А почему не тех зрителей, которым просто нравится магия? — недоумевала Элли.

— Остроумно! Весьма остроумно! Мне нравится. Но! Расширьте рамки мышления, и мы продолжим! Давайте вдумаемся, Элли. Будьте открыты. Итак, черная кожа, может быть, несколько металлических молний.

— Рамки мышления? Но я не часть его…

— О-о, мой друг Хельмут! — вдруг воскликнул Кеттеринг, увидев неподалеку Уилсона.

Уилсон странно поморщился.

— Но, мистер Кеттеринг… — начала было Элли.

— Забудь о нем. — Чанс выглядел усталым.

— Но он же… Это не… Я хочу сказать, ты же можешь заставить исчезнуть целого слона, а этот…

— О, как интересно! — взвизгнула Селин, внезапно появившаяся около Чанса. — Слона?

— Да, но, — Чанс смутился, — это не входит в программу ленча.

— Но вы же заготовили что-то на сегодня?

— Да, я понимаю, что вы уже дали выступление в детском приюте, — добавил Уилсон. — Но теперь, когда угощение съедено, а обслуживающий персонал занят, почему бы вам не порадовать нас своим искусством?

Чанс вопросительно заглянул Элли в глаза.

— Насчет ленча не беспокойся, — сказала она, — у меня пропал аппетит. — Она наклонилась к уху Чанса: — Иди и докажи этому Кеттерингу, что ты слишком хорош для дешевых трюков с одеванием в кожу, словно… словно один из дружков Вики.

Он посмотрел на нее с удивлением. Лишь минуту назад Элли пыталась доказать Кеттерингу, что связалась со второсортным искусством магии лишь временно.

— Хорошо. — Это было нетрудно. Чанс любил выступать больше всего на свете. Он никогда не говорил «нет», когда дело касалось любимого ремесла.

— Буду счастлив порадовать ваших гостей. — Он улыбнулся Уилсону.

Элли подумала, что со стороны Селин не было необходимости выражать благодарность Чансу поцелуем в щеку, однако миллионерша решила не упускать случая.

— Какое великолепное кольцо, мадам. — Чанс впился глазами в руку жены Уилсона. — Можно, я воспользуюсь им для небольшого эксперимента?

«Неужели нельзя найти для фокусов что-нибудь менее дорогостоящее?» — засомневалась Элли, но Селин не раздумывая сняла кольцо с пальца и протянула Чансу.

Вокруг тут же собралась толпа зевак. Чанс был очарователен — добрый открытый взгляд, дружелюбная улыбка, грациозные движения. Его шарм завораживал публику, заставляя хохотать над остроумными комментариями, восхищаться необыкновенной ловкостью движений и мальчишеским задором. Он объявил, что кольцо Селин сейчас исчезнет прямо в воздухе, чем вызвал заметное беспокойство мистера Уилсона.