Дженис Спрингер - Только ради тебя

Кокетничаем, пока жены нет? Сейчас я испорчу тебе праздник, злорадно подумала Ребекка и направилась прямо к Алексу.

— Здравствуй, дорогой. — Она обняла его за талию и нежно заглянула в глаза. — Твоя кошечка выздоровела. Ты рад?

Алекс так удивился, что начал заикаться:

— Ты... а... Привет, милая. — Наконец он взял себя в руки. — Тебе уже лучше?

Женщина, с которой он разговаривал, недовольно посмотрела на Ребекку и отошла в сторону. Алекс, оставшись без свидетелей, тут же зашипел:

— Как ты здесь оказалась? Кто тебя вообще сюда пропустил?

— А ты думал, что тебе удастся от меня отделаться? — так же злобно спросила Ребекка.

Со стороны же казалось, что воркует влюбленная пара: Ребекка всем телом прижималась к Алексу, а он, близко наклонившись к ней, что-то шептал на ушко. В действительности же Алекс так сжал Ребекку в своих железных объятиях, что та с трудом сдерживалась, чтобы не закричать от боли. В отместку она изо всех сил вцепилась ногтями в его руку.

— Убери когти, кошечка, — выдохнул Алекс.

— Прекрати ломать мне кости, урод, — сверкнув глазами, ответила Ребекка.

Он немного ослабил хватку, но в продолжение разговора его хрупкая противница то и дело оказывалась словно в тисках. Однако и она не давала себя в обиду, тут же выпуская коготки.

— Зачем ты явилась сюда? — Ребекка чувствовала на своей щеке горячее от ярости дыхание Алекса.

— Угадай с трех раз: может быть, мне стало скучно и я решила развеяться на морской прогулке? Или захотела поскорее увидеть тебя? А может, я здесь просто потому, что выполняю свою работу?

— Ты еще умудряешься шутить?

— А почему нет? Ты же у нас известный клоун, почему бы и мне не подурачиться, муженек?

— Я тебя сейчас же домой отправлю.

— Рискни, тебе придется выбросить меня за борт. Мы уже отчалили.

— Я с превеликим удовольствием это сделаю.

Если бы в это время к ним не подошел официант, разносивший напитки, вполне возможно, Алекс исполнил бы свои намерения относительно Ребекки.

— На, выпей и успокойся, — сказала она, протягивая ему стакан.

— Я спокоен, — рыкнул Алекс.

— Я вижу, — невозмутимо подтвердила Ребекка.

Людей на борту было немного — всего человек пятнадцать, включая обслуживающий персонал. Брэкхам пока не появлялся.

— Ты видел главного виновника торжества? — спросила Ребекка.

Алекс помолчал, видимо раздумывая — нагрубить Ребекке или нет. Однако потом, решив, что теперь ему никуда не деться, ответил:

— Видел. Мне кажется, у нас могут быть проблемы.

— Какие?

— Видишь ли, нам действительно нужно было подумать о том, что он мог запомнить нас на приеме у Фермонта.

— Вряд ли. Брэкхам все время держался особняком, к тому же там было такое количество народу, что едва ли он выделил нас из толпы. Хотя тебе, наверное, лестно было бы сознавать, что ты такая незаурядная личность.

— Не в этом дело. — Алекс с трудом сдерживал ярость: он был зол на себя, оттого что пытается вежливо себя вести со своей настырной напарницей, и на Ребекку, оттого что та даже не пыталась этого сделать по отношению к нему. — Я старался не попадаться в тот вечер ему на глаза. Чувствовал, что светиться не нужно. Но здесь еще и Томпсон, а он, как раз, наоборот, шнырял тогда всюду и со всеми знакомился.

— Ну, думаю, что он самый безобидный из всех здесь присутствующих.

— Я на твоем месте не был бы так уверен в этом, — возразил Алекс.

Вскоре всех гостей пригласили в общую каюту. Здесь Ребекка наконец увидела мистера Брэкхама. Как и на рауте у Фермонта, он был в смокинге и с тросточкой.

— Дамы и господа! — сказал Брэкхам, чуть поклонившись, и улыбнулся. — Мы здесь собрались для того, чтобы обсудить наши дела и конечно же отдохнуть. Ибо нет ничего скучнее деловых совещаний в душных кабинетах. Я бы хотел сейчас пригласить всех пайщиков к себе, в мой, так сказать, корабельный кабинет. Выпить по стакану хорошего виски и заодно поговорить о делах. Большинство из собравшихся пришли со своими женами или, — он сделал почти неуловимую паузу, и уголки его губ поползли верх, — подругами. Милые дамы, располагайтесь. Дышите свежим морским воздухом, наслаждайтесь кулинарными изысками моего повара, в общем — отдыхайте. Я, с вашего позволения, заберу ненадолго мужчин. Обещаю, что скоро мы к вам присоединимся.

Сказав это, Брэкхам сделал знак рукой, и все мужчины последовали за ним. Ребекка тут же ухватила за рукав Алекса.

— Я с тобой.

— Ты же слышала, — скорчив недовольную мину, сказал он. — Дамы остаются наслаждаться жизнью.

— Я хочу послушать, что он скажет. Давай, объясним, что мы все дела ведем вместе, а следовательно, я тоже должна присутствовать.

— Хочешь, чтобы меня считали подкаблучником?

— Как ты меня достал со своим мужским самолюбием!

— Я не возьму тебя с собой. — Алекс решительно стряхнул с себя руку Ребекки. — Оставайся в дамском обществе, выясняй обстановку. У тебя это лучше получится. И не спорь!

Он быстро пошел вслед за уходящими пайщиками, оставив ее злиться в одиночестве. Ребекка тут же приняла решение: раз уж ее так решительно отшили, то нужно провести время с пользой и познакомиться с кем-нибудь из женщин. Она подошла к пышногрудой брюнетке, которая задумчиво жевала бутерброд.

— Извините, вы тут тоже с мужем? — спросила у нее Ребекка.

Брюнетка, не переставая жевать, окинула ее оценивающим взором и, только рассмотрев с ног до головы — так, что она уже начала чувствовать себя выставленной на витрину, — ответила:

— Нет, я с любовником.

— Ах, — растерявшись, произнесла Ребекка и тут же постаралась реабилитироваться: — Ну, честно говоря, Алекс мне тоже никакой не муж. Алекс — это тот мужчина, с которым я сюда пришла. Мы вообще-то, скорее, деловые партнеры. В том смысле, что я его всюду сопровождаю в качестве спутницы.

Брюнетка понимающе кивнула.

— Я тоже. Честно говоря, становится скучно. Мой любовник всегда на каких-нибудь переговорах, как сейчас вот, например. А мне остается только ждать его по нескольку часов и умирать от скуки.

— А как зовут вашего... спутника? — спросила Ребекка.

— Оливер. Оливер Томпсон. Может, вспомните: такой маленький толстяк с красной мордой.

Вот так попала! Надо же какие совпадения. А ты ему, видно, не очень-то симпатизируешь, подумала Ребекка, но вслух сказала:

— Да, видела. А мой парень — это такой высокий боров с вечно недовольным выражением лица.

— Я его сразу заметила, — с удовлетворением сказала брюнетка. — Красавец-мужчина. Повезло тебе. — Она с некоторой завистью посмотрела на Ребекку. — И сразу видно, что он в тебе души не чает. Вы так ворковали там, на палубе.