Карен Смит - Добьюсь твоей любви

Мария понимала, что он хотел давать и получать удовольствие. Так или иначе, она должна быть равной с ним. Так или иначе, она должна показать ему, что его фантазии были и ее фантазиями, и она должна удовлетворять его. Их брак может зависеть от того, что случится сегодня ночью.

Кровь пульсировала в висках Джуда, он боялся потерять самообладание. Он никогда не хотел женщину так, как хотел Марию. Джуд никогда не терял самоконтроля в сексе. Но с той ночи в Монтане, когда страсть вспыхнула между ними, он чувствовал это вожделение, которое навсегда осталось с ним.

Он начал медленно снимать с нее одежду. И вот она уже стояла перед ним полностью обнаженная.

Ее груди были больше, чем несколько месяцев назад, и он потянулся, чтобы коснуться их. Когда он провел большим пальцем вокруг ее сосков, Мария закрыла глаза. Он провел другой рукой по ее округлившемуся животику. Ее веки встрепенулись, и она посмотрела на него.

— Наш ребенок, — пробормотал Джуд.

Ее глаза блестели, и он сжал ее в своих объятиях.

А потом положил на кровать, и она наблюдала, как Джуд раздевался. Его тело было упругим и манило к себе.

Он лег рядом, и Мария сказала:

— Я хочу касаться тебя.

— Мы будем много раз касаться друг друга и делать кое-что еще, очень приятное, — пробормотал Джуд.

Когда он подвинулся ближе, она положила руку на его грудь, запустила ее в волосы и медленно добралась до его соска. Она провела большим пальцем вокруг него, и дрожь пробежала по телу Джуда. Прежде чем он смог перевести дыхание, она приблизила губы к его соску и стала ласкать его языком.

Он положил руки на ее плечи.

— Мария.

— Тебе это нравится?

Ее голос выразил волнение, отражавшееся в ее глазах.

— Очень нравится. Но если ты будешь продолжать это, то я за себя не отвечаю.

— Я хочу доставить тебе удовольствие…

Когда ее голос умолк, он взял ее за подбородок.

— Ни одна женщина не доставляет мне столько удовольствия, сколько ты. Если ты будешь возбуждать меня слишком сильно, то скоро сама будешь разочарована.

— Никогда! — Мария произнесла это с таким чувством, что он улыбнулся. Затем она добавила: — И если это случится быстро у тебя, то моя очередь наступит позже. Входи в меня, Джуд. Я хочу этого так же, как и ты.

И он сделал это, выбрав темп, который доставлял удовольствие им обоим.

Потом они лежали молча. Наконец Мария открыла глаза и улыбнулась ему.

— Это было замечательно!

Она поцеловала его в плечо. Тело Джуда тут же отреагировало. Мария почувствовала это, широко улыбнулась и вопросительно посмотрела на мужа.

— Ты не привыкла к этому, — прошептал тот. — Может, нам нужно подождать, прежде чем…

Она обхватила его лицо ладонями.

— Хватит беспокоиться обо мне! Я хочу наслаждаться нашей первой брачной ночью так же, как и ты…

Когда они возвратились в воскресенье на ранчо, Люк, Кристофер, Дженни и Тетчер сидели на крыльце и приветствовали их добродушными шутками. Мария чувствовала себя частью семейства, и ей это нравилось.

После отъезда гостей в понедельник утром она перенесла свои вещи в комнату Джуда. Их дни не изменились, но ночи стали совершенно другими. Наполненными друг другом. Джуд относился к ней очень бережно, даже в минуты высшего наслаждения он не терял самоконтроля.

Как-то вечером Джуд, нахмурившись, вошел в комнату. Когда их взгляды встретились, Мария спросила:

— Что-то не так?

— Папа сказал, что он не едет на «Летнюю классику».

Ее сердце забилось чаще.

— Почему?

— Он сказал, что стал слишком стар для всего этого волнения. Говорит, что останется здесь, чтобы приглядывать за ранчо. Этого никогда не было раньше. Я думаю, он чувствует себя плохо и не хочет мне в этом признаться.

— Что ты собираешься делать?

Запустив руку себе в волосы, он сказал:

— Я не знаю, что делать. Если я останусь здесь, он поднимет шум…

— Позволь тогда мне остаться.

— Ты думаешь, что сможешь ему помочь?

— Да. Я буду готовить ему. Ты ведь знаешь, если он останется один, то тут же наплюет на диету.

— А я думал, ты хотела поехать на «Летнюю классику».

— Я и хотела поехать. Но как ты сможешь там сконцентрироваться, если постоянно будешь думать об отце?

— Это единственная причина, почему ты не хочешь ехать?

— А что, у меня может быть другая причина?

— Возможно, ты не хочешь двухнедельного медового месяца…

— Из моих поступков видно, что я не хочу двухнедельного медового месяца?

Взяв ее ладони в свои, он ответил:

— Нет.

В его глазах еще читалось сомнение, и ей захотелось его развеять:

— Я буду скучать без тебя. Но у нас есть еще целая ночь до твоей поездки. Нам обоим будет спокойнее, если Тетчер не останется здесь один.

— Ты права: я буду чувствовать себя увереннее, если кто-то будет присматривать за ним.

Джуд отсутствовал уже пять дней. Когда Мария провожала его, слезы застилали ей глаза. Он позвонил однажды, чтобы сказать, что хорошо выступил на первом этапе. И теперь Мария ждала от него сообщений о финале, но Джуд не звонил.

Как-то раз Тетчер позвал ее к телефону.

— Твоя мама просит тебя подойти, говорит, это очень важно.

— Спасибо. — Мария взяла трубку в кухне. — Привет, мама.

— Привет, дорогая. Мистер Уитмор по голосу хороший человек.

— Так и есть. Я не могу дождаться, чтобы познакомить тебя с Джудом и его отцом. У тебя что-то случилось?

Несколько мгновений мать молчала.

— Хопкинс продает ранчо. Какому-то дельцу с Уолл-стрит. И мне сейчас нужны деньги. Я нашла место официантки в городе, но мне сначала нужно оплатить арендную плату за последние месяцы до начала августа.

— О, мама, у меня осталось только сто долларов.

— Жаль, поскольку мне, чтобы встать на ноги, надо около двух тысяч долларов.

— А мистер Хопкинс? Разве он не может одолжить тебе немного денег?

— Дорогая, его кредиторы забрали у него все.

— Мама, позволь мне подумать об этом, я перезвоню тебе вечером. До тех пор не предпринимай ничего. Обещаешь?

— Хорошо.

Когда Мария повесила трубку, Тетчер вошел в кухню.

— Что-то случилось с твоей мамой?

— Это мои проблемы.

Он повесил шляпу на вешалку и сел за стол.

— Ты теперь — часть нашей семьи. Твои проблемы — мои проблемы. И не думай, что можешь отмолчаться.

Она знала, что старику нельзя волноваться, и сказала:

— Мама потеряла дом и работу. Она должна снять квартиру, за которую нужно заплатить аренду за несколько месяцев вперед.

— И у нее нет сбережений?