Анатолий Охотин - Всего одна ночь

К исходу третьих суток, тоже в полдень, путники вышли к лагерю полковника Свана. Элис без труда узнала местность, поскольку уже побывала здесь менее месяца назад.

Немало удивленный Сван принял журналистку в палатке. Приветливо поздоровался, предложил раскладной стульчик, обтянутый брезентом.

Поблагодарив, Элис села, хотела было пожаловаться на обыск, который учинили ей перед палаткой, но передумала.

— Что-то вы зачастили к нам? — усмехнулся Сван, пробуя угадать, что привело журналистку в такую даль. — Опять нужен материал для телевидения?

Элис отрицательно покачала головой.

— На этот раз у меня личные проблемы, полковник.

— Любопытно.

— Мне стало известно, что у вас находится пилот сбитого вертолета. И я прошу вас освободить его. Вы ведь не откажете девушке, проделавшей такой огромный путь?

Сван достал сигарету, прикурил, выпустил несколько колечек дыма.

— А зачем вам русский? — спросил он. — Почему такой интерес к нему? Хотите сделать сенсацию, раздуть дело? — Сван усмехнулся. — Вряд ли подробности пойдут на пользу нашему движению за демократические реформы.

Элис вспыхнула.

— Вы не поняли меня! Я хочу выйти за пилота замуж!

— Вот как, — поразился Сван. — Так вы знакомы с ним?

— Более чем, — сдержанно отозвалась Элис.

Сван лихорадочно соображал, какие дивиденды можно извлечь из возникшей коллизии.

— Хорошо, — после раздумий ответил он, — я отпущу пилота. Но вы должны выполнить одно условие. — Полковник пристально посмотрел на девушку. — У нас мало стрелкового оружия, автоматов и карабинов. Вы доставите нам примерно пятьдесят единиц. И заберете летчика.

Выставленные условия заставили Элис задуматься. Успеет ли она обернуться до начала активных боевых действий? Она не представляла, где приобретет оружие в обход закона, и не думала об этом, единственное, что ее волновало, — фактор времени. Значит, надо торопиться, иного выхода не существовало.

Элис поднялась.

— Я согласна, — сказала она, — хотя мне и непросто будет выполнить ваше поручение. А теперь, полковник, я хотела бы увидеть летчика. Вы позволите?

Сван заколебался, видно было, как ему не хочется идти на поводу у гостьи, однако он пересилил сомнения и утвердительно кивнул.

— Вас проводят к нему. И скажите вашему жениху, чтобы забыл о побеге. Это может печально для него кончиться. Ведь мы с ним почти подружились, а он воспользовался моим доверием и хотел угнать геликоптер…

Элис привели к яме, в которой держали Антона.

Преодолевая страх, девушка заглянула через край. Сначала она увидела свернувшуюся в углу змею, и передернулась от омерзения. Из ямы несло смрадом. Антон, привалившись к стене, курил. На нем была мятая, разорванная грязная одежда, волосы слиплись.

— Энтони! — тихонько позвала Элис.

Человек на дне ямы вздрогнул, поднялся на ноги, задрав кверху неузнаваемое лицо, распухшее от кровоподтеков. Элис испугалась.

— О Господи, что они с тобой сделали!

— Алиса? — он отказывался верить глазам. — Откуда ты взялась?

— Я пришла к Свану просить за тебя. — Слезы катились по щекам Элис. — Он согласился тебя отпустить, но мне придется вернуться в столицу, чтобы выполнить его условия. Я привезу оружие повстанцам, и полковник тебя освободит.

— Ты с ума сошла! Откажись от затеи, не смей рисковать. Да и Сван не тот человек, которому можно верить.

— Говори потише, — предупредила Элис. — Ты не боишься эту змею? Откуда она взялась?

— Упала сверху. Вечером охранники вытащат ее палками и сварят себе на ужин… Как ты добралась сюда, почему ты не в Ванкувере?

— Я вернулась из Парижа. Сразу, как только узнала о твоей беде.

Больше поговорить им не удалось. Явился Нкваме, хмуро напомнил Элис, что ее проводники готовы в обратный путь.

— Береги себя, будь осторожна, — успел сказать Антон.

— Я вернусь за тобой, Энтони, — пообещала Элис.

Он хотел верить, что все так и будет.

Элис ушла, а Нкваме, плюнув в яму, подначил Антона:

— А у твоей белой подруги совсем недурная попка, — смеясь, заметил он. — Как думаешь, летчик, она не откажет, если я предложу немного поразвлечься?

— Катись к черту! — устало произнес Качалин и снова сел к стене. Элис нашла его! Ну не удивительное ли дело! «И Нкваме не дождется, что я сейчас полезу на рожон, — думал Качалин. — Мне надо копить силы…»

7

Ступенька, еще одна. Эта лестница когда-нибудь кончится? Как бы не промазать, посыплешься вниз, костей не соберешь… А вот негромко кашлянул Фрэнк, напомнил о себе. Спасибо, старина, я знаю, что ты близко. Что бы я делала без тебя?

Элис поднималась по крутой лестнице с плотно прижатой повязкой на глазах. Она слышала впереди громко бухающие ботинки Фрэнка и старалась не отстать от него.

Пятнадцать минут назад, едва они вышли из такси и сели в автомобиль, им завязали глаза, куда-то недолго везли. Потом завели в подъезд дома, по длинной лестнице которого они теперь поднимались.

Благополучно добравшись до столицы, Элис, не медля, развила кипучую деятельность по поиску денег и розыску нелегальных торговцев оружием. В последнем преуспел безотказный Фрэнк, нащупавший канал в среде знакомых пьяниц. Выглядела Элис неважно: осунулась, глаза провалились. Ноги ныли от постоянной беготни. Фрэнк жалел измученную девушку и всячески старался помочь.

Было раннее утро, но Элис уже поднялась — она вообще мало спала, когда в номер ввалился Фрэнк с неизменной сигарой и неистребимым запахом виски.

— Привет, детка! — Он плюхнулся в кресло и небрежно швырнул на стол довольно увесистую пачку долларов. — Это все, что я сумел достать.

Элис изумленно уставилась на него.

— Фрэнк, ты что, заложил душу дьяволу?

— Откуда у сатаны возьмутся баксы? — отмахнулся тот. — Я продал свой БМВ Люку. Кстати, он передает тебе огромный привет.

— Спасибо, — кивнула Элис. — Но как ты обойдешься без машины?

— Ерунда. Одолжу у друзей. Сейчас нам нужны баксы. А ты сумела что-то достать?

— Совсем немного, — призналась Элис.

— Тогда собирай все бумажки в кучу, детка, и поедем разговаривать с продавцом. И поторопись, эти проходимцы не любят долго ждать.

— Хорошо, Фрэнк, я уже готова, — забирая со стола деньги, сказала Элис. — Когда вернусь в Ванкувер, верну все до последнего цента. Тебе нужна расписка?

Фрэнк недовольно поморщился.

— Оставь, бэби, — отмахнулся он, — ты выбрала не самое удачное время для бухгалтерии. Знаешь, будь в твоем плане хоть один шанс из ста на удачу, все равно я бы стал тебе помогать.