Леона Шелл - Побег от прошлого

Жанна всегда говорила увлеченно и восторженно о своих новых кавалерах, но в этот раз Моника различила в голосе подруги нотки неподдельного счастья и от души порадовалась за нее.

— Как же вы познакомились? — поинтересовалась Моника. — Сомневаюсь, чтобы он присутствовал на конференции по археологии.

— Да, совершенно нелепый случай. — Жанна рассмеялась. — Его машина чуть не сбила меня на дороге, — серьезно добавила она.

Моника испуганно посмотрела на нее.

— Не волнуйся, отделалась лишь легкими синяками. А он деликатно пригласил меня на ужин. Дальше — хуже. Ну, не мне тебе рассказать. Ты и так все знаешь, — задорно заметила Жанна. — Но теперь он мне звонит раз десять в день и скоро приедет сюда. Что будет дальше — посмотрим. Но я на всякий случай решила немного прорепетировать и вспомнить светские манеры. Ну что скажешь?

Моника взглянула на свою сияющую подругу и сама не смогла сдержать улыбку.

— Лучше оставайся самой собой. Ты не должна ни под кого подстраиваться.

— Ладно, учту твой совет, — проговорила подруга. — А когда ты познакомишь меня со своим великолепным партнером тире любовником?

Моника немного растерялась.

— Я… не намерена больше заходить с ним так далеко, — наконец сухо ответила она.

— Что тебя смущает? — недоуменно спросила Жанна.

— Мне кажется, я не готова к отношениям с мужчинами, я ведь пока только сама поднимаюсь на ноги, — неуверенно ответила Моника.

— Э-э, милочка, так можно всю жизнь потерять. Тебе следует меньше думать, больше доверять сердцу и не бояться рисковать.

— Но я ведь уже рискнула прийти в кабаре, познакомилась там с Диего и даже провела с ним ночь, — возразила Моника. — Меня и так нельзя упрекнуть в излишнем благоразумии по отношению к своим действиям. А потом, Диего такой упорный. За те тридцать шесть часов, что я его знаю, мне постоянно приходилось отстаивать свою независимость и право принимать собственные решения. — Она вздохнула.

— Знаешь что? Сдается мне, ты просто держишься за свои старые привычки и не хочешь никого впускать в свою жизнь. Ты лишаешь себя большого удовольствия. Чувствовать чью-либо заботу совсем не унизительно, как тебе может показаться. Попробуй быть терпимее и смелее экспериментировать с подарками, которыми тебя одаривает судьба, а не бежать от них как от чумы.

Моника заглянула в блестящие от энтузиазма глаза подруги и задумалась над ее словами. Действительно, она все время твердит себе, что начинает новую жизнь, а сама никак не разрушит стены, которые сама же возвела вокруг себя много лет назад.

— Предлагаю тост, — шутливо произнесла Жанна, приподнимая чашку с чаем. — За приключения и новые ощущения.

— И за риск, — весело подхватила Моника.

Подруги беседовали еще около получаса и под конец расстались, довольные собой и друг другом.

4

Неделю спустя Диего припарковал машину у ресторана «Торая» на улице Святого Флорентина.

Всю эту неделю после совместно проведенной ночи Моника избегала встречи с ним и лишь звонила по вечерам, чтобы ледяным голосом сообщить результаты своей работы. Несколько человек заинтересовались их предложением, но могли встретиться только в конце недели.

И вот вчера она предложила Диего приехать на встречу с ней и с потенциальным клиентом в ресторан «Торая», чтобы, возможно, заключить первую совместную сделку.

У входа в ресторан, по обе стороны от прозрачной стеклянной двери в деревянных, на вид грубо сколоченных кадках росли два небольших изогнутых деревца, название которых Диего не мог вспомнить. Рядом с одним из них стоял по западному обычаю исполненный достоинства швейцар-японец в традиционном наряде с очень серьезным лицом. Изредка проходящие туристы просили у него разрешения сфотографироваться с ним. Он неторопливо кивал и с важным видом позировал перед объективом фотоаппарата, глядя куда-то вдаль.

Наконец Диего заметил стоящую чуть поодаль Монику. Она была одета в элегантный костюм нежно-кремового цвета — само воплощение женственности. Юбка длиной до колена открывала длинные стройные ноги, плавный изгиб лодыжек, который подчеркивался босоножками на высоком каблуке. Ее волосы были аккуратно собраны в пучок. В руках она теребила кожаную сумочку. У Диего перехватило дыхание. Только сейчас он в полной мере ощутил, как ему все это время ее не хватало.

Когда он подошел, она повернула к нему свое приветливое лицо с горящими от предвкушения встречи глазами.

— У нас еще есть десять минут. Я специально попросила тебя приехать пораньше, чтобы кое-что обговорить. — Без всяких любезностей она тут же перешла к делу. — Я уже заказала столик, так что давай подождем клиента внутри. Обычно он очень пунктуален.

Диего молча кивнул, вдыхая исходивший от нее аромат жасмина. Когда они подходили к входной двери, его рука было потянулась, чтобы слегка поддержать ее за талию, однако в последнюю минуту он одернул себя. Вряд ли Моника будет в восторге от такого проявления вежливости. Ему пришлось засунуть руку в карман.

Швейцар, пожалуй, несколько более торопливо, чем обычно, открыл дверь перед Моникой, за что заслужил одну из ее самых ослепительных улыбок и впервые, не удержавшись, сам расплылся в ответ. Улыбка придавала его лицу несколько глуповатое выражение. Уголки губ Диего тоже дрогнули, но он сдержал себя, чтобы не рассмеяться. Взглянув на него, швейцар откашлялся и принял самое строгое выражение лица, на которое только был способен.

Внутри ресторан казался просторнее, чем снаружи. Столики покрыты скатертями с набивным рисунком в восточном стиле, несколько музыкантов играли восточные мелодии. На стенах нарисованы разнообразные драконы и герои национального эпоса. Официанты, как на подбор, одного роста и комплекции, одеты в бордовые френчи с золотыми пуговицами. На спине у каждого красовался дракон.

Этот ресторан принадлежал старинному чайному дому Торая, который был поставщиком императорского двора Японии, поэтому большое внимание здесь уделялось национальному колориту, а также разнообразным сортам чая.

Улыбчивый и любезный метрдотель проводил их к заказанному столику.

— Здесь неплохо, — проговорил Диего и отодвинул стул для Моники, помогая ей сесть, и затем уселся сам. — Что ж, просто скажи, какова моя роль сегодня с этим парнем. — И раз уж об этом зашел разговор, не будешь ли ты так любезна разъяснить еще, какова моя роль и в твоей личной жизни? — чуть не выпалил он, но вовремя прикусил язык.

Она заткнула за ухо выбившуюся прядь волос, затем достала из сумочки наброски кукол, сделанные в доме у Диего. Только теперь они были тщательно перерисованы на бумагу большего формата.