Эбби Грей - В этот раз – навсегда

– Мы подумаем об этом потом. – Она отодвинулась от него. – Увидимся через полчаса.

Ровно тридцать минут спустя зазвонил дверной звонок, но прежде чем она дошла до двери от спальни, где гладила. Джексону джинсы, он ворвался в квартиру, таща за собой Эмили. Остин следовал за ними.

– Папа, ты должен войти. – Он тянул Остина за руку. – Эмили уже приходила ко мне играть, а ты еще никогда не видел мою комнату. Мам, я дома! – закричал он. Потом поднял глаза и увидел ее на пороге спальни. – О, мам, привет. Папа пришел посмотреть мою комнату! – Он повторял слово «папа» каждую минуту, и она была уверена, что у Остина уже должны были заболеть уши, но тот лишь улыбался, с гордым и довольным видом глядя на сына.

– Что ж, лучше отведи его туда поскорее, пока все твои игрушки не разбежались. Пока тебя не было, они мне сказали, что собираются сбежать из дома и никогда не возвращаться, – поддразнила она его.

– Ну да, скажешь тоже, – захихикал он.

– А после того, как посмотришь его комнату, тебе надо увидеть комнату его мамы, – присоединилась к разговору Эмили. – Джексон однажды позволил мне заглянуть через дверь – там так здорово! Когда я вырасту, я тоже хочу такую комнату, пап!

– Это мой ящик для игрушек, а это моя кровать. На второй спит мама, когда я болею. На прошлой неделе здесь на кровати был паук. Мама ненавидит пауков, поэтому посадила его в пакет и отнесла во двор, потому что я не люблю, чтобы она их убивала, – продолжал весело трещать Джексон. – Папа, вот мой шкаф, а здесь – все мои игры. Эмили любит играть со мной в Кэндиленд, когда приходит сюда.

– Мы можем теперь посмотреть вашу комнату? – спросила Эмили у Трейси.

– Возможно, Трейси не нравится, что мы везде тут суем нос, – быстро вмешался Остин, стараясь избежать неловкости. Им еще далеко было до настоящей семьи…

– Я не возражаю, – тепло откликнулась Трейси. – Если Эмили хочет такую же комнату, как у меня, то тебе лучше взглянуть. Тогда будешь знать, что ей купить.

– Смотри, пап. – Эмили первая вбежала через открытые двери. – Посмотри на эту желтую кровать и па это зеркало – оно похоже на окно, и можно видеть свое отражение целых шесть раз. Разве здорово?

– Разве не здорово, – поправил ее Остин. – Да, конечно, и на полу ничего не валяется. Как люди меняются, – сказал он и подмигнул Трейси.

Она ничего не ответила и отвернулась, чтобы спрятать улыбку.

Остин оглядел уютную комнату и тоже улыбнулся. Он заметил кольцо в хрустальном блюде на туалетном столике и пригляделся повнимательнее. Очень похоже на его кольцо, что он когда-то подарил ей. Неужели она хранила его все это время?

Джексон помешал его мыслям, пытаясь вырвать у матери еще одну уступку.

– А можем мы с Эмили еще немножко поиграть, перед тем как идти в ванную? – спросил он, но было видно, что мальчик устал.

Остин переглянулся с Трейси.

– Нет, – твердо сказал он. – Эмили тоже пора купаться. И у вас обоих завтра утром занятия, так что нам пора возвращаться домой. Симпатичное кольцо, Трейс, – кивнул он в сторону блюда с кольцом. – Похоже на то, что было когда-то у меня.

Трейси поняла, о чем он говорит, и слегка покраснела.

– Какое совпадение, – сладко, но с достаточной степенью твердости ответила она, чтобы дать ему понять, что не намеревается упасть в его объятия и, замирая от восторга, пуститься в воспоминания о минувшей любви.

Остин только ухмыльнулся. – О'кей. Я официально заявляю, что всем пора купаться, – твердо сказала Трейси.

– Чем-нибудь занята позднее? – шутливо спросил Остин. – Мы можем попросить Твилу посидеть с детьми и пойти куда-нибудь отпраздновать.

– Извини. У меня уже назначена встреча, – отказалась Трейси.

Разочарование Остина было очевидно.

– С кем? Не возражаешь, что я спрашиваю?

– С доктором Сэсом и Джексоном. Мы в миллион первый раз читаем «Зеленые яйца с ветчиной».

– О… Понимаю. Хорошо. Джексон, иди сюда и хорошенько обними перед сном папу. – Он наклонился и поднял своего маленького сына на руки. Они так естественно смотрелись вместе, а Джексон смеялся так счастливо, что она поняла: наконец-то она поступила правильно.

– Хорошо, папа. Увидимся завтра. Эмили, пока. Ребята в саду не поверят, что ты моя сестра. Спорим, они скажут, что я придумываю.

– Я тоже так думаю. – Эмили крепко держалась за руку Остина, когда Трейси и Джексон провожали их вниз.

– Спокойной ночи, Трейс, – мягко сказал Остин. Он нежно поцеловал ее в щеку, и Трейси почувствовала, как покраснела. Слава Богу, было слишком темно, и дети не могли этого увидеть.

– Спокойной ночи, Остин, – ответила она и повернулась, чтобы идти.

Джексон с радостными воплями носился по двору. Если он сможет сегодня уснуть, это будет просто чудом. И то же самое можно сказать о ней.

Телефон зазвонил вскоре после того, как Джексон наконец уснул, и Трейси бегом кинулась отвечать. Тягучий голос Остина снова заставил ее покраснеть:

– Завтра вечером я хотел бы сходить с тобой куда-нибудь. Ты не можешь отказаться.

– Нет, – твердо ответила она. – Я не готова к тому, чтобы видели, что я с тобой встречаюсь. Знаешь, как люди сплетничают…

– Тогда приходи ко мне. Я уже спросил Твилу, сможет ли она посидеть с детьми. Она будет рада присмотреть за обоими в ее общежитии. Она с подругами завтра вечером начинает готовить декорации к предстоящей вечеринке на Хэллоуин. Джексон и Эмили смогут делать бумажных призраков и кукурузных поросят.

– Это среди недели? Утром им нужно идти в сад.

– Она уложит их спать, если они устанут. С ними все будет в порядке. Так как, Трейс? Я правда думаю, что нам есть что отпраздновать.

Трейси заколебалась. Она думала, что же именно стоит праздновать. Но ответила сама себе, что ничего плохого нет в том, чтобы пообедать с ним, а если Остин слишком уж воодушевится, она всегда может вернуться через двор к себе домой.

– Скажи «да».

– Да, – медленно произнесла она, приведя его в восхищение, и с изумлением подумала, во что это она ввязывается.

Стол Остина уже был накрыт на двоих, когда Трейси наконец пришла и принесла с собой кастрюльку. Ничего особенного, просто чили и кукурузный хлеб, запеченные вместе, но это было любимое блюдо Остина. Тогда, давно. Она заметила бутылку шампанского в жестяном ведерке с колотым льдом и посмотрела на этикетку. Дорогая марка, та, которую она предпочитала. Тогда, давно.

Трейси улыбнулась. Значит, он помнит, что она любит. Хороший знак. Она оглянулась в поисках хозяина, услышала звук льющейся воды в ванной, и на нее повеяло знакомым сосновым ароматом крема для бритья.

Остин вышел из ванной с наполовину выбритым, наполовину покрытым мыльной пеной лицом и висящим на плече маленьким белым полотенцем. Он был обнажен до пояса, и Трейси не знала, куда деть глаза.