Эстер Росмэн - Временная связь

— С чего бы это, Эбби? — проворковал Макс нежным голосом.

— Ты сам прекрасно знаешь! — взорвалась девушка.— Я не могу работать, когда ты рядом! А ты именно этого и хочешь! С тех пор как я тебя встретила, ты постоянно дразнишь и смущаешь меня. Я не привыкла к людям, которые получают удовольствие, забавляясь другими, видя в них игрушку! Я не привыкла к тем, кто неискренне заигрывает...

— Неискренне, Эбби? — пробормотал Макс.— Ничего не может быть искреннее, чем мое желание. Я хочу тебя, и это абсолютно искренне!

— Прекрати!

— Ты можешь отрицать, сколько хочешь, но сама прекрасно знаешь, о чем я.

— Я говорила, что у меня много работы... Так много, что однажды я почувствовала, что не справлюсь, что я разваливаюсь на куски...

— Какое счастье, что ты ошиблась. А может быть, ты просто растерялась?

— Тебе легко говорить. Ты понятия не имеешь, что это такое.— Эбби с отвращением отвернулась от него. Все ее терпение лопнуло! Она яростно боролась с собой, но язык выдал ее, и она выглядела полной дурой.

Он бы, наверное, лопнул от смеха, если бы узнал, как терзала она себя, поступив на работу к Дженнифер, полагая, что предала собственную сестру.

Голова у Эбби закружилась, и она решила сделать еще одну попытку достучаться до него.

— Макс, я хочу как можно лучше выполнить свою работу, и неважно, кому принадлежит этот дом. Но при наших взаимоотношениях я сделать этого не могу.

— Итак, значит, единственно возможное решение — поменять взаимоотношения,— объявил он, поднимаясь с кресла и широко улыбаясь ей.— Давай-ка я заварю чай.

— Но ты как-то говорил, что не умеешь, сказала она, удивленная неожиданным предложением. А потом обхватила голову руками. Господи, пора бы ей сообразить, что для нее единственный выход — это забрать вещи и отправиться с ним в отель.

— Нет, просто я думал, что не умею. Это обычная уловка тех, кто не хочет ничего делать.— Он обезоруживающе улыбнулся.— Хотя должен признаться, что был несколько смущен готовностью, с которой ты поверила. Похоже, ты решила, что я полный идиот.

Перемена его настроения насторожила Эбби. Она посмотрела на Макса, мельком отметила небрежную позу, милую улыбку, так украшающую его лицо, и взглянула ему в глаза. Она уже видела в них разные оттенки настроения, но на сей раз в них было нечто другое — теперь они смотрели с какой-то долей неуверенности.

— Да, я бы не отказалась от чая.

Невозможно предугадать, что он способен выкинуть в следующую минуту.

Конечно, страстно говорила себе Эбби, бросившись к камину, казалось бы, она знала о Максе все, что следовало знать. Чаще всего при разговоре с ней он использовал разные средства своего богатого арсенала.

Эбби кинулась ворошить горящие поленья с такой силой, будто все ее несчастья зависели только от них. Она с яростью мешала угли и не заметила, как подошел Макс. По-видимому, вся беда в том, что она привыкает к нему.

— Завтра мы обязательно должны купить посуду и поднос.— И он улыбнулся, стоя перед Эбби с двумя кружками чая.

Да, эти двое могли бы продолжать свою игру, мрачно сказала она себе и тоже улыбнулась, взяв у него кружку:

— Ты напоминаешь мне мою сестру. Она очень щепетильно относится к тому, из чего пить.— Эбби улыбнулась еще шире.— Как-то я подала ей вино в стакане. Она подпрыгнула, будто я предложила ей выпить прямо из бутылки.

— Естественная реакция любого человека с хорошим вкусом,— ответил он, садясь подле камина.

— Ну что ж, я в отличие от тебя и сестры — плебейка, смотрю на чай, как на чай, и мне неважно, из чего его пить,— сказала Эбби и глотнула из кружки, намеренно громко причмокнув.

— У, как вкусно! — протянула она.

— Нет необходимости сопровождать это такими звуками,— сказал Макс, и его улыбка исчезла.— Видимо, придется заняться ликвидацией некоторых пробелов в твоем воспитании. А это значит — мы поедем ужинать гораздо дальше, чем в отель.

— А разве плохо поесть в отеле?— с невинным видом спросила Эбби, заранее зная: он скажет, что там готовят недостаточно хорошо.

— Почему бы и нет...— пробормотал он, сверкнув глазами.— Хотя, когда хозяйки отеля нет на месте, там все не так. Чаще всего это бывает зимой.

— Ну, конечно, с таким высоким вкусом, как у тебя, возникает множество проблем. Как сейчас, например,— вздохнула Эбби.

— Неужели? — спросил он, и в его глазах блеснуло веселье.

— Ну, уж если дело так оборачивается, я поела бы рыбы с жареной картошкой...

И Эбби вдруг почувствовала радостный подъем — надо же, они оба проявляют терпение и начинают уступать друг другу!

— Если ты хочешь рыбы, то хороший рыбный ресторан есть в Плимуте,— сказал Макс улыбаясь.— А значит, это будет завтра.

— Но, Макс, до Плимута несколько миль! Это даже за пределами Корнуолла!

— Говорят, что путешествия расширяют кругозор. Все, завтра мы обедаем в Плимуте.

— Да, попробуем местную рыбу с жареной картошкой,— сказала Эбби сладким голосом, понимая, что ей придется снова схлестнуться с ним. И она почему-то не сомневалась, что Макс потерпит поражение.

— Как же я могу воспротивиться такому желанию? — сказал он, поднимаясь.— Но вот что меня действительно занимает,— добавил он тоном, который встревожил ее до глубины души,— как долго мы будем сопротивляться физическому влечению друг к другу?..

8

Макс отвернулся от проекта реконструкции дома, который собирался прикрепить к двери гостиной, и изучающе посмотрел на Эбби:

— Ты, похоже, волнуешься? За такой проект я могу тебя только похвалить: не перестаю удивляться, как тебе удалось собрать такую прекрасную команду рабочих.

— Макс, ты говоришь так, будто все это возникло из ниоткуда,— возразила Эбби, отходя от двери и собираясь с мыслями.— Мне дали список местных специалистов — обычное дело для фирмы Брэдли.

Меньше всего она ждала, что он нарушит хрупкий мир между ними тем откровенным вопросом.

— Перестань увиливать от ответа,— настаивал Макс, разрушая ее надежду, что он дважды подумает, прежде чем заговорит об этом.— Я уже сказал, что все идет хорошо. Так почему же ты такая мрачная?

— Я не... я не...— Она замолчала, уставившись на мерцающие в камине угли и кляня себя за то, что он все же застал ее врасплох.

Сначала она держалась настороже, но постепенно успокоилась, почувствовав себя в безопасности, которая оказалась мнимой. Все это время она ходила по лезвию бритвы.

— Так что, Эбби?

— Макс. Я хочу сосредоточиться на мыслях о работе.— Она отчаянно пыталась говорить разумно.— Множество деталей надо удержать в голове, и я должна быть уверена, что ни одной из них не упущу.