Дикси Браунинг - Сладкий соблазн

Но Молли он почему-то не воспринимал как любовницу. И, более того, понятия не имел, как к ней теперь относиться. Она не поддавалась классификации. Молли страдала от неверия в себя. Ей было плохо, а он оказался в нужное время в нужном месте. Слово за слово, и они очутились в постели.

«Но что же в этом плохого?» – размышлял Рейф. Ей было хорошо, если судить по стонам и единственному изумленному возгласу. Если бы он щелкнул пальцами и устроил в их спальне северное сияние, она не могла бы выглядеть более удивленной. Можно подумать, это был первый оргазм в ее жизни.

Слишком уставший, чтобы забрать одежду и подготовить стратегическое отступление, Рейф лежал рядом с ней на двуспальной кровати и пялился в потолок. Придется быть дипломатом. За какие-то несколько дней они познакомились, перешли от подозрительности к вооруженному перемирию и робкой дружбе… и вот чем все закончилось.

Рейф все еще не понимал, как это можно назвать. Молли не в его вкусе. Он не влюблен в нее. Ему она нравится, но, черт возьми, ему нравились все женщины, с которыми он спал.

Может, все дело в смехе? Задумавшись об этом, Рейф не сумел вспомнить ни одной женщины, с которой смеялся бы в постели. Он считал, что смех гасит пламя.

Если все дело в смехе, то он совершил открытие, которое поставит его в один ряд с Эдисоном и братьями Райт.

Надо выбраться отсюда. Отправиться на долгую-долгую прогулку по пляжу. Уйти как можно дальше от теплой, сладко пахнущей женщины, чтобы можно было четко и логично рассмотреть этот вопрос со всех сторон. Ничто ведь не изменилось. Они переспали, и все. Оба взрослые, свободные люди, так что же в этом плохого?

Молли заворочалась, и ее волосы скользнули по щеке Рейфа.

– Я вот подумал, Молли. Может, хватит мне торчать здесь. Мы со Стю и позже сможем повидаться. А с тобой мы наверняка еще встретимся… на праздниках, хотя бы. Раньше я всегда отмечал День Благодарения и Рождество вместе с малышом… то есть, со Стю. Может, и мы могли бы…

– Не переживай, Рейф. Это была лучшая ночь в моей жизни.

Он кожей чувствовал улыбку Молли. У нее голос менялся, когда она улыбалась.

– Ага, но…

– А я думала, что это выдумки. О людях, которые зацикливаются на одной и той же мысли… не хочу лезть в медицину, но ты понял, что я имею в виду.

Рейфу захотелось сгрести ее в охапку и крепко-крепко обнять, но он не отважился. Его тело уже начало откликаться на исходящее от нее тепло, а главное – на опьяняющий аромат секса и детской присыпки. А он уже использовал свой единственный презерватив.

– Вообще-то, тебе не обязательно оставаться здесь. То есть, в моей кровати. Если не хочешь…

– Молли?

– Что?

– Умолкни и засыпай.

Молли вздохнула. Это был довольный вздох. По ее дыханию Рейф понял, что она и в самом деле задремала. Он и сам готов был провалиться в сон, когда в соседней комнате раздался телефонный звонок.

Восьмая глава

Рейф, держа в одной руке трубку, а в другой брюки, несколько минут слушал доносившийся из трубки голос. Когда Молли подошла к нему в расстегнутой рубашке (это было первое, что она успела схватить), он с трудом натянул штаны и теперь пытался одной рукой застегнуть молнию.

– Что случилось? – прошептала Молли. – Кто это? – Несмотря на волнение, она не могла отвести глаз от его стройной, бронзовой фигуры. Сколько бы встреч в будущем ни уготовила им судьба, ей никогда не забыть этого густого загара, покрывающего все его тело, за исключением узкой полосы на бедрах. Она возбуждалась от одного только взгляда на него.

– Не думай об этом… я же здесь. Ага, мы познакомились, – сухо произнес Рейф. Одной рукой он привлек Молли к себе и не отпускал ее на протяжении всего разговора. – Мы приедем…. Нет, я не могу вылететь, пока не рассветет. Взлетная полоса не…

– Что случилось? – прошептала Молли.

– Ты уверена? Не вздумай ничего скрывать. С тобой все в порядке?

– Рейф, что случилось? – раздраженно прошептала Молли. – Кто это?

Он владелец гостиницы. На него работают десятки людей. Наверное, что-то произошло во Флориде.

– Ты сказал, «мы приедем». Ты имел в виду нас с тобой, или я что-то не так поняла?

Рейф положил трубку и пару мгновений молчал, собираясь с мыслями. Молли стало не по себе. Что бы ни случилось, он уедет. Вылетит во Флориду с первыми лучами солнца. Оставит ее с двумя попугаями, котом и жизнью, в которой его уже не будет.

Эта мысль разбивала ей сердце.

– Сколько тебе нужно времени, чтобы собрать вещи? – спросил он.

Молли ошеломленно уставилась на него.

– Что собрать?

– Вещи на пару дней. Твоя соседка… как ты думаешь, еще не рано сходить к ней и попросить, чтобы она позаботилась о птицах?

– Салли Энн? Она работает на паромной переправе… наверное, рано встает. Рейф, что происходит? – Значит, не во Флориде. Но тогда… – Что-то случилось с Анной-Марией?

Рейф перечислил ей голые факты – все, что знал сам.

– Они попали в аварию, оба легко отделались, но их положили на обследование. Давай отложим вопросы на потом. У нас остается один час, чтобы все уладить. А потом я уеду в аэропорт, с тобой или без тебя.

Он позвонил какому-то Майку. Молли не стала дожидаться окончания разговора. За долгие годы она научилась не поддаваться эмоциям. Наскоро приняв душ, она выволокла из-под кровати чемодан и побросала в него самое необходимое. Но меньше чем через пару минут у нее созрел очередной вопрос.

– Ты уверен, что они оба не пострадали?

– Я уверен лишь в том, что они оба могут говорить, – крикнул ей Рейф из соседней комнаты. – Она сказала, что, когда машина загорелась, они оба уже вылезли наружу.

Машина загорелась! Натягивая свои единственные приличные джинсы, Молли пошатнулась и рухнула на кровать.

– Почему ты не дал мне поговорить с сестрой?

– Потому что она была расстроена, по ходу дела пререкалась со Стю, а если бы еще и ты вмешалась, мы вообще бы ничего не поняли. Ты не забудешь запереть все окна и выключить отопление?

– Выключать нельзя. А как же птицы? – Молли застегнула джинсы и принялась натягивать свой черный свитер. Едва она успела закрыть чемодан и расчесать волосы, как небо уже начало светлеть. В окне соседнего дома зажегся свет. Молли помчалась к Салли Энн, чтобы рассказать ей об аварии.

– Как мы поняли, Стю и Анна-Мария не пострадали, но их положили на обследование в Чесапикскую центральную больницу.

– Поезжай, милая, и ни о чем не волнуйся. Мы с Карли обо всем позаботимся.

– Я уверена, что вернусь через денек-другой. Даже если Рейф захочет остаться, я попрошу его, чтобы он отвез меня назад, и…

– Ничего страшного. Поезжай, девочка. Мы как-нибудь управимся с твоим зоопарком. Просто покажи, где что лежит.