Джилл Гарриетт - Сети любви

– Где-нибудь мы все учились, – ответила Анжелина. – Разница лишь в том – где… Я закончила только школу. Потом курсы секретарей.

– А почему не стали учиться дальше? У вас определенно есть способности.

– Какие? – усмехнулась Анжелина. Сейчас, после часового разговора, ей уже не казалось, что он лезет в ее личную жизнь. – Сам процесс учебы всегда доставлял мне радость. Но этого мало, чтобы выбрать профессию. Я даже завидовала тем, кто с детства знал, что хочет быть врачом или летчиком. Мне нравилось все и… ничего в частности.

– А ваши родители?

– Что родители? – не поняла Анжелина.

– Ваши родители не настаивали, чтобы вы получили образование? – объяснил он. – Мне кажется, что вы были одной из лучших учениц в школе.

– И что из этого? Я же говорю, что не могла определиться. Так бывает. Поэтому решила, что должна посмотреть, что такое работа вообще.

А родители… Нет, они ни на чем не настаивали. Их вполне устраивает то, что я самостоятельный человек и вполне могу отвечать за себя.

Анжелине не хотелось рассказывать про свою семью. Она вообще никогда не говорила о родителях. Эта была та часть ее души, которая принадлежала только ей одной. Только очень близкий человек мог рассчитывать на то, что она начнет рассказывать о своих стариках.

Ее родители действительно были стариками. И если бы они буквально не выгнали ее из дому, считая, что рядом с ними она никогда не станет взрослой и самостоятельной, Анжелина не смогла бы оставить их.

Но однажды они вдвоем усадили ее за стол и битый час уговаривали уехать, чтобы найти свое счастье. В их маленьком городке у нее не было будущего. Они прекрасно сознавали это. Двум простым людям Бог подарил сокровище: их долгожданная поздняя дочь была доброй, красивой и очень талантливой девочкой.

Они уверяли ее, что будут вполне довольны жизнью только при одном условии – Анжелина найдет себе дело по душе и устроит свое счастье.

Их каждодневная жизнь была лишена романтики, но отец и мать всегда любили друг друга. Для Анжелины это истина была началом и концом понимания бытия. Любовь, верность, трогательная забота друг о друге и бесконечная верность единственному ребенку, который олицетворял для стариков весь мир. Они с легкостью отказались от того, чтобы на склоне лет Анжелина была рядом и ухаживала за ними, только ради того, чтобы она по-настоящему была счастлива.

Может быть, когда-нибудь одному самому близкому человеку она сможет рассказать об этом, но пока такого человека в ее жизни не встретилось…

Анжелина очнулась от своих мыслей и виновато улыбнулась Патрику.

– Они живут далеко? – не столько спросил, сколько угадал он.

– Да.

– Вы скучаете?

– Бывает, – уклончиво ответила она и поднялась, чтобы уйти.

– А что, если…

Но он не успел закончить, потому что в переговорную вошла Карла.

– Надеюсь, вы плодотворно потрудились? – спросила она, протягивая руку к листам, которые держала в руках Анжелина.

– Пока я могу представить вам это, – ответила девушка, протягивая первый вариант плана подготовки. – Все остальное – завтра.

Карла мельком взглянула на листок и повернулась к Патрику.

– Ты освободился? – спросила она чрезвычайно нежно.

Анжелине стало неловко, что она не успела уйти из комнаты раньше: ей совсем не хотелось слушать воркование Карлы и наблюдать, как Патрик с ней флиртует. Как глупо получилось! – разозлилась она на себя. Всего минуту назад она готова была поверить, что с этим человеком можно говорить серьезно и откровенно! Впредь ей будет наука: не ищи понимания там, где его не может быть. У нее есть друг, и его ей вполне хватит.

Но она почему-то застыла на месте, не в силах сделать шаг. Неужели она ждет, что ответит Патрик? А тот молчал и как будто бы ждал, когда уйдет Анжелина.

– Если ты закончил, зайди ко мне. – Карла сделала вид, что не заметила этого немого поединка. – У меня накопилось много вопросов. А вы, – она повернула голову в сторону Анжелины, – постарайтесь завтра дать мне окончательный вариант. Можете идти.

– Спасибо, – выдавила Анжелина. – До свидания.

Дойду до ближайшего пруда и утоплюсь, подумала она, направляясь к своему столу, чтобы собрать сумку. Эту присказку она выдумала себе еще в детстве и повторяла в минуты, когда ей было до невозможности одиноко. Этот простой и быстрый способ решить все проблемы одним махом всегда приводил ее в чувство. Стоило ей произнести заклинание даже шепотом, как ей становилось смешно и жизнь уже не казалась такой мрачной. Если Нил еще не ушел, она предложит ему прогуляться. Погода чудесная, к тому же лето почти кончается, будет жалко, что она не погрелась под последними лучами солнца.

Анжелина заглянула в кабинет Нила. Казалось, он ждал ее: все бумаги на столе были аккуратно сложены, а сам Нил сидел в кресле и сосредоточенно изучал носок своей туфли. Интересно, а если бы я проговорила с Патриком еще час, он продолжал бы так же сидеть здесь и ждать меня?

– Нил, рабочий день закончился, – позвала она. – Или ты собираешься ночевать здесь?

– Нет, я ждал тебя, – просто ответил Нил и встал. – Если ты не против, давай прогуляемся.

– Надо же, я подумала о том же. Лето заканчивается…

– Я провожу тебя?

– С удовольствием, – искренне откликнулась Анжелина. Она действительно была рада его предложению, потому что Нил одним своим присутствием умудрялся приводить ее мысли в порядок.

Они вышли из офиса и одновременно зажмурились: солнце еще не село и продолжало по-летнему слепить глаза. Они шли очень медленно, никуда не торопясь, и молчали. Анжелина грустила, вспоминая родителей. Надо же было Патрику заговорить о них… В течение года ей всего два раза удавалось вырваться к ним: на Рождество и на годовщину их свадьбы, которая была всегда настоящим праздником в семье. Она была дома в мае, а до Рождества было еще очень далеко. Письма, которые аккуратно писала мама, Анжелину радовали, но не снимали ее тоски по покою и беззаботности, которые всегда окружали ее рядом с родителями. Ей хотелось поговорить об этом, поэтому она пошла на маленькую хитрость.

– Твой цветок заметили все, – сказала она. – Меня всегда восхищало, что такое чудо можно вырастить своими руками.

– А я вырос среди цветов, одно время даже стал ненавидеть их. Мне казалось, что моя мама и меня считает чем-то вроде редкого растения, которое надо удобрять, поливать и искоренять лишнее.

– Какая она, твоя мама? – спросила Анжелина и прикусила губу. Может быть, ему тоже не хочется рассказывать о родителях?

– Мама? – засмеялся Нил. – О! Она грандиозная. Если хочешь, мы можем съездить к ним в гости. Познакомишься и сама все поймешь…