Свадьба до знакомства - Софи Пемброк

Глава 10

– Хочешь продолжить? Ты уверена? – Тони слегка запыхался, когда они достигли входной двери.

– Думаешь, я слишком тяжелая? – съязвила Отэм.

– Беспокоюсь, вдруг завтра ты снова передумаешь.

Первый проблеск сомнения промелькнул в ее голове, и она отбросила его в сторону.

– Речь не о завтрашнем дне, а о сегодняшнем вечере.

Тони нахмурился. Отэм встала на цыпочки и поцеловала его между бровей. Он рывком прижал ее к себе, крепко обхватив ее бедра, и без предупреждения поднял ее на руки, рассмеявшись, когда она вскрикнула от неожиданности.

– Вы хотели, чтобы вас перенесли через порог, леди Блайт.

– Так что неси меня, – заявила Отэм, хотя могла добраться до спальни как угодно, лишь бы быстрее.

К счастью, похоже, Тони пришла в голову та же мысль, потому что, едва они оказались внутри, он пинком захлопнул за ними дверь и твердым шагом направился к лестнице.

– Отпусти меня, – приказала она, когда они достигли первой ступеньки. Он поднял бровь в ответ на ее просьбу, и она добавила: – Я наперегонки с тобой доберусь до нашей кровати.

Он бросил ее так быстро, что она чуть не потеряла равновесие, однако ей удалось опередить его в спальне, несмотря на отчаянную потребность постоянно прикасаться к нему. Тони каждые несколько шагов притягивал ее к себе, чтобы поцеловать. Они добрались до спальни. Он прижал ее к двери, касаясь ее каждым дюймом своего тела.

Прижавшись лбом к ее лбу, он прошептал:

– Уверена?

– Очень. – Она вновь поцеловала его.

Он повернул ручку двери, и они провалились в комнату, которую делили неделями, правда совсем не так.

Она на секунду запнулась, когда увидела аккуратный ряд подушек по центру кровати, и вспомнила, зачем они здесь. Тони оказался позади нее, прокладывая поцелуями дорожку вниз по ее шее. Отэм потянулась, чтобы отбросить в сторону подушки.

Сегодня вечером она просто хотела насладиться моментом. А муж не мог насытиться ее поцелуями и прикосновениями к ней. Он будто впервые испытывал эти ощущения.

Тони снял с нее одежду, провел руками по ее коже, едва осмеливаясь верить тому, что получил это по‑настоящему.

Больше никаких размышлений о ночи, которую он пропустил.

Тони полз по кровати, пока не накрыл Отэм, приподнявшись над ней.

– Ты не слишком ли одет?

– Не для того, что я планирую.

Ее глаза потемнели.

– И что же ты планируешь?

– Собираюсь хорошенько запомнить тебя, начиная отсюда.

И он поцеловал пульсирующую точку на ее шее, спускаясь к ключицам, улыбаясь, когда она извивалась, отчаянно желая большего.

– Я больше не рискну забыть нашу ночь.

Намного позже, когда он коснулся и поцеловал каждый дюйм ее тела, пока она не закричала, они занялись любовью. Вжимаясь, переплетаясь руками на подушках.

Тони посмотрел ей в глаза и понял, что наконец дома.

В это время небо взорвалось фейерверком.

– О чем ты думаешь? – спросила Отэм позже, когда они лежали в постели, окруженные остатками ненужной стены из подушек.

– Я не способен думать сейчас.

– Лжец. У тебя задумчивое лицо. – Она зевнула и перевернулась на бок. – Расскажи мне.

Он повторил ее движение, повернувшись к ней лицом.

– Теперь я рад, что не помню нашу брачную ночь.

– Почему? – нахмурилась Отэм.

– Потому, что сегодня вечером все было идеально. И это сейчас, когда я знаю тебя, а не во время нашей первой встречи. Мне нравится то, что это мое первое воспоминание о нас вместе.

Отэм перестала хмуриться и улыбнулась, даже несмотря на то, что у нее уже закрывались глаза.

– Ты такой классный, – сонно пробормотала она.

Улыбаясь, Тони поцеловал ее и прошептал:

– Спи крепко, милая.

Он знал, что сегодня ночью кошмаров не будет. А завтра станет еще лучше. Потому что Отэм в его постели, в его жизни. И в сердце тоже.

На следующее утро Отэм проснулась от солнечного света, струящегося сквозь открытые шторы, тяжелой руки на талии и расслабленного ощущения удовлетворенности. Наступила реальность. Она нарушила собственные правила. Черт возьми, не просто нарушила, бросила в костер старого Гарета и сожгла!

«Ты сначала прыгаешь, а уж потом думаешь».

Слова бабушки, сказанные ею бесчисленное количество раз, звучали в голове.

Она хотела переспать с Тони и переспала. И на этот раз дело даже не в том, что она не подумала о последствиях. Она вообще не думала ни о чем другом с тех пор, как приехала в Уишклифф. Слишком уж сильно его хотела. Она могла бы обвинить свет от костра, сидр или даже его бывшую девушку. Да просто атмосферу фестиваля. Но все сводилось к тому, что она хотела Тони намного больше, чем следует. А притом им оставалось быть женатыми всего полтора месяца.

Уходя, мама прошептала ей: «Хорошие моменты не вечны, но всегда будет следующее приключение». Уишклифф стал ее приключением, хотя она с самого начала знала, что это ненадолго. И тем не менее зашла слишком далеко.

А все дело в том, что Тони – не случайное увлечение, а ее муж. Он хороший и добрый. В такого действительно можно влюбиться. Если бы она ослабила бдительность.

Но он продает поместье, чтобы очертя голову броситься в очередное приключение. И уже без нее. Она не должна была снова с ним спать, отдавать свое сердце. Тем не менее, лежа рядом с ним в лучах раннего утреннего солнца, она не сожалела об этом.

– Ты проснулась, – пробормотал Тони, резко садясь в постели и хватаясь за простыни, чтобы прикрыться.

– Зато теперь я гораздо лучше помню, что привело нас сюда.

Усмехнувшись ей, он многозначительно повел бровями – нелепое движение, по‑прежнему вызывавшее у нее желание упасть на матрас рядом с ним, поцеловать эту улыбку.

Чего она определенно не собиралась делать. А возможно, даже и не сожалела о прошлой ночи, но не стоит повторять те же ошибки. Она достаточно натворила такого в своем прошлом.

– Нам не следовало этого делать. Я имею в виду прошлую ночь.

– Почему бы и нет? – Тони приподнялся на локте и посмотрел на нее.

– В конце концов, мы женаты. Я перенес тебя через порог и все такое.

Щеки Отэм потеплели от воспоминания: его руки крепко обнимают ее, грудь прижимается к ее щеке, собственный нервный смех при мысли о том, что он может уронить ее, пытаясь открыть дверь.

А потом их первая ночь вместе была полностью стерта, перезаписана тем, что они разделили сейчас.

В брачную ночь они были незнакомцами. Теперь они… Кто? Друзья? Более того. Любовники. Теперь она знает его, а он – ее. Теперь он может