Сьюзен Кросби - Великолепный выбор

Ариэль презрительно хмыкнула.

— Ну конечно. Ты исчерпал свои возможности. Я же видела, что все имена зачеркнуты. Не лги!

— Правда! — Он в отчаянии всплеснул руками. — Выслушай! Я решил начать новую жизнь. Мне хотелось, чтобы рядом была женщина, которая поймет и поддержит меня, и я составил список возможных кандидаток. Согласен, не лучшая идея. Но с чего-то мне нужно было начать… Затем появилась ты, и все стало ясно. Больше я не думал ни об одной из этих женщин.

— Интересная история!

— Зачем мне выдумывать? Увидев тебя, я вычеркнул все имена и, кажется, выбросил этот дурацкий список.

— Но как же отчеты детектива?

— Я и забыл о них. Мне нужна была надежная информация, вот и все. Я не мог позволить себе совершить ошибку. Не нужно было этого делать. Признаю. Полученные отчеты я даже не прочел. Они больше меня не интересовали.

— В том числе и обо мне?

Он выпрямился.

— О тебе? Насчет тебя я никаких распоряжений не давал.

— Я видела отчет.

— Клянусь, что не заказывал. Некоторые относящиеся к делу факты я почерпнул из отчета о Центре. Я говорил тебе.

— Тогда как ты объяснишь отчет, который я увидела? Чейз говорил, что кто-то наводил обо мне справки. Помнишь, я спрашивала, как зовут твоего детектива, и ты ответил: Джерри Майер. Это имя стояло на отчете.

— Но ты называла другое имя…

— Дуглас Джетт.

— Давай позвоним моему детективу.

Девятая в списке! Запасной вариант. Ее самолюбию нанесен сильный удар.

— Джерри, это Люк Уокер.

— Что случилось?

— Отчеты, которые ты составил…

— Интересное чтиво, правда? Ты молодец, что проверил этих леди. Ты мог бы попасться на крючок…

— Джерри, — перебил его Люк. — У меня мало времени. Почему я получил отчет об Ариэль Минкс?

— А, это Дуг.

Люк взглянул на Ариэль.

— Кто такой Дуг?

— Мой сотрудник. Он собирал информацию о Юношеском центре, и его по-настоящему заинтересовала мисс Минкс, особенно после того, как он увидел ваше фото в газете. Я разрешил ему дополнительное расследование, подумав, что если ты наводишь справки об остальных женщинах, то и это будет не лишним. А что случилось?

— Впредь делай только то, что я тебя прошу, Джер!

— Ты не понимаешь, Люк. Леди, о которой идет речь, оказалась чиста, как первый снег. Слишком хороша для тебя, приятель!

Люк повесил трубку.

— Может быть, моя реакция была слишком бурной, — натянуто сказала Ариэль. — Но я не знала, что и подумать… Ты всю неделю вел себя как-то странно.

— У тебя были все основания сердиться. Мне очень жаль, что я причинил тебе боль. — Он сжал ее плечи. — Ты не можешь себе представить, как я нервничал, когда ты в таком состоянии уехала на машине через горы. Просто с ума сходил. — Он замолчал и перевел дыхание. — Не делай так больше. Не оставляй меня, мой ангел!

Ангел! Люк назвал ее ангелом! Это уже слишком, и она разразилась слезами. Люк заключил ее в объятия.

— Не понимаю, — причитала она. — Я никогда не плакала, пока не встретила тебя.

— Для этого, дорогая, видимо, есть веская причина. Однако сейчас я должен возвращаться.

Посмотрев ему в глаза, Ариэль глубоко вздохнула.

— Возьми меня с собой!

— Ариэль? — у него перехватило дыхание. — Ты уверена?

Она вытерла слезы.

— Ты сказал, что единственный способ победить страх заключается в том, чтобы бросить ему вызов. Я должна преодолеть его. Иначе так и останусь маленькой, испуганной девочкой. А тебе я верю больше, чем кому бы то ни было, Лукас!

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

— Может быть, лучше мне самому сесть за штурвал, а ты будешь рядом в кабине? — Люк видел, что она дрожит всем телом, хотя и старается этого не показывать.

— Нет, — слегка улыбнулась она. — Сядь здесь.

— Хорошо. — Он подал ей плед. — Завернись-ка. Похоже, тебе холодно. Давай я тебя пристегну. Готова?

Ариэль кивнула. Он дал знак пилоту, и самолет пошел на взлетную полосу. Она схватилась за подлокотники кресла и крепко зажмурила глаза.

Взлет был ровным. Машина стремительно набирала высоту. Люк надеялся, что полет будет спокойным.

— Открой глаза, дорогая. Оттого, что ты не смотришь, ничего не изменится. На самом деле с закрытыми глазами ты чувствуешь малейшее колебание самолета. Будет лучше, если мы поговорим.

Ариэль медленно открыла глаза. Они были почти черными.

— Думаю, сейчас самое время вступить в клуб любителей высоты!

Он улыбнулся.

— Я дам тебе рекомендацию!

— Мне нужно заняться чем-то существенным. Жаль, что я не захватила вязанье…

— Значит, секс для тебя несущественное занятие?

— Нет, но… Ах, ну ты же знаешь, что я имею в виду!

Люк поднял подлокотник между ними и обнял ее, крепко прижимая к себе. Она положила голову ему на грудь.

— Тебе нужно выговориться, ангел мой!

Некоторое время Ариэль молчала, затем произнесла:

— В самолете было сто шестьдесят семь пассажиров. В живых осталась я одна.

Он вздрогнул.

— Что произошло?

— Я тебе рассказывала, что самолет врезался в гору. Мы с мамой находились в последнем ряду, она была беременна. Остальные мои родные сидели намного дальше. Они погибли в огне.

— Ариэль! Это ужасно!

— Меня зовут Анжела. Анжела Мазурски. Вот почему мои родные называли меня ангелом. — Она вцепилась ему в руку. — Мне пришлось сменить имя. Стать другим человеком. Иначе они бы не оставили меня в покое.

— Кто?

— Репортеры. Меня все называли чудо-ребенком. Пресса была безжалостна. Я сама с трудом понимала, что произошло, а они не оставляли меня в покое ни на секунду. К каким только уловкам они не прибегали, чтобы добраться до меня! Господи, мне было восемь лет! Я выжила в авиационной катастрофе, в которой погибла вся моя семья! Семь часов я провела под дождем, пристегнутая к сиденью! Мне было так страшно и холодно! А мама сидела рядом со мной, не отвечая… Это невыносимо! Потом я мечтала только забыть…

Такого Люк даже не мог себе представить. Он не знал, что сказать. Как она пережила подобный ужас? Видимо, вмешалось божественное провидение!

А он-то считал самым большим несчастьем в жизни конец своей футбольной карьеры… Какая же она сильная!

— После катастрофы я три месяца не говорила, — продолжила Ариэль. — Все, кто хоть как-то был связан с моей семьей, пытались стать моими опекунами, вообразив, что я получу огромную сумму страховки от авиакомпании. Потом появилась мамина сестра, тетя Бонни. Я всегда очень любила ее. Ах, как я была рада ее увидеть! Она стала моим спасением. И речь постепенно вернулась ко мне.