Лисса Мэнли - От чувства к чувству

Конечно, Дженни понимала, что нельзя предусмотреть всего, но, обжегшись на молоке, дуешь на воду. К тому же Тай никогда не был и никогда не станет домоседом, а значит, будет всегда рисковать собой. Подходит ли ей такая жизнь?

Дженни обвила руками его шею и прижалась к нему так плотно, насколько было возможно, чтобы не причинить ему боль. Тай нежно гладил ее по спине.

— Это то, что я хотела услышать, — наконец прошептала она. — Спасибо.

Вместо ответа Тай просто прижался губами к ее волосам. Спокойствие и умиротворение снизошли на Дженни.

Протянув руку, Тай выключил настольную лампу рядом с диваном, и в комнате воцарилась темнота. Только серебристая луна освещала комнату, заглядывая в окошко.

Прижавшись к Таю, Дженни положила голову на его плечо. Чувствуя себя счастливой и защищенной, она закрыла глаза, мечтая о прекрасной жизни на ранчо с неотразимым ковбоем и двумя маленькими, любимыми девочками.

Слушая, как ветер на улице шелестит ветками деревьев, Тай смотрел на спящую женщину, доверчиво прижавшуюся к нему. Ее волосы, касающиеся его руки, были похожи на шелк.

Хотя Дженни призналась в том, что боится за их будущее, Тай обрел надежду на счастливую жизнь. Она все-таки осталась с ним, она уснула, прижавшись к нему. Почему?

Видит Бог он боролся со своими чувствами, но больше не мог отрицать, что полюбил эту женщину, а она любила его.

И он никогда не позволит ей уйти. Она — его жизнь.

Вдруг сомнение пронзило его. Он был уверен в своих чувствах, но, черт побери, он все-таки не был уверен в том, что она любит его так же сильно. Что с ним будет, если и она уедет, как уехала его мать, как уехала Андреа?

Тай глубоко вздохнул и решил, что он должен отогнать от себя все сомнения и поверить Дженни. И он должен признаться в своих чувствах, а дальше будь что будет. Она стала для него смыслом жизни, символом счастливого будущего. И ради них обоих он должен рискнуть.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

На следующий день Дженни поехала в город в салон красоты, чтобы сделать прическу. Она оставила девочек на Сэма, уверенная, что за пару часов с ними ничего не случится. Но даже такая приятная процедура, как посещение салона красоты, не смогла отвлечь ее от мыслей о Тае. Она не только целовалась с ним, она уснула в его объятиях на диване в гостиной! Какой же любимой, какой защищенной она чувствовала себя прошлым вечером! Да, ее отношения с Таем начали стремительно развиваться в направлении, которое пугало ее. Тай был замечательный человек, такой, о которых говорят «один на миллион». И разве не будет она полной дурой, если позволит каким-то сомнениям помешать ее счастью? Или все-таки надо вернуться назад и отказаться от любых отношений с этим ковбоем? Но сможет ли она продолжать работать на ранчо в таком случае? Конечно, дело не в работе, но все-таки ей не хотелось бы так скоро уезжать. Она успела полюбить и Морган, и Сэма. И Ава прекрасно чувствовала себя на ранчо. Все было бы замечательно, если бы не одна проблема. Проблема, которая мучила ее теперь постоянно: как ей поступить, чтобы потом ни о чем не жалеть?

На обратном пути Дженни остановила машину и вышла полюбоваться окружающим видом. Ей хотелось отсрочить момент, когда она снова увидит своего ковбоя.

Вдалеке виднелись голубые горы, величественные, огромные, упирающиеся вершинами в голубое небо. Дженни оглядывала зеленые горизонты. По небу, распластав крылья, летали птицы, крича что-то на своем птичьем языке.

Но даже этот пейзаж не помог Дженни успокоиться.

Она вспомнила, о чем вчера говорила с Таем, о том, как сказала, что по-настоящему любящей женщине будет наградой находиться рядом с ним… Неужели она и вправду так считала? Найдутся ли у нее силы уйти от него?

Да, Тай вел образ жизни, при котором ему каждый день приходилось рисковать. И если она хочет остаться с этим человеком, ей предстоит смириться с таким положением дел.

В сердце Дженни поселилась надежда. И жить с этой надеждой было приятно. Она не хотела уезжать с ранчо, из этого райского места, где она обрела счастье и покой, где жил самый прекрасный мужчина на свете. Тай глубоко вошел ее сердце, и теперь она уже не сможет вычеркнуть его из своей жизни.

Дженни села в машину и поехала к ранчо. Теперь она знала, что ей делать. Она ехала не просто на ранчо. Она ехала к Таю…

Через несколько минут Дженни подъехала к дому, ей не терпелось увидеть любимого и, как всегда, когда она видела его, почувствовать легкость и волнение одновременно. Он был нужен ей прямо сейчас, чтобы развеять все ее опасения улыбкой, словом, поцелуем…

Не успела Дженни выйти из автомобиля, как услышала голос Авы. Девочка звала ее.

— Посмотри на меня, мама! Мама, — кричала она взволнованно, — лошадка!!!

Дженни обернулась на голос дочери и замерла от испуга. Ее драгоценная маленькая девочка сидела верхом на огромной гнедой лошади, которую придерживал за уздцы Тай. Увидев Дженни, Тай широко улыбнулся и приветливо замахал рукой. Морган тоже сидела на лошади и весело болтала ногами.

Дженни показалось, что ее парализовало и она не может управлять своим телом. Она открыла рот, чтобы закричать, но так и продолжала молчать. Перед ее глазами пробегали страшные картины: норовистая лошадь легко могла вырваться и понестись, унося на себе маленькую, беспомощную Аву, которая будет плакать, кричать, хвататься за гриву изо всех сил, но лошадь сбросит ее с себя, девочка упадет на землю и… разобьется!

Сердце Дженни сжалось.

Нет! Нет! Нет!

Материнские инстинкты взяли верх над парализовавшим ее страхом, и она побежала к лошади.

— Что вы делаете? — кричала она. — Снимите немедленно мою дочь с этой лошади!!! Ава!!!

Улыбка тотчас исчезла с лица Тая, он нахмурился и пристально посмотрел на Дженни.

— Что случилось? — удивленно спросил он.

— Мне еще нужно объяснять?! О боже мой!!!

— Я так понимаю, ты чем-то расстроена? — снова спросил Тай.

— Я не хочу, чтобы моя дочь сидела на этом огромном животном! Оно опасно! — Дженни протянула руки к дочери, но боялась подойти к лошади. — Дай ее мне, сними ее оттуда, — паника не утихала. — Она может пораниться, могла упасть, разбиться, умереть!!!

Тай посмотрел на Дженни, потом на Аву и подошел к лошади сбоку.

— Это самые старые, самые послушные лошади, — сказал он спокойно, затем снял Аву с седла и передал ее на руки Дженни. — С девочками ничего не могло случиться, уверяю тебя, все было под контролем!

Дженни крепко прижала дочь к себе, словно хотела защищать от всего на свете.

— Как вы могли, — обратилась она к Таю и Сэму, — подвергнуть девочек такой опасности?! Вы же взрослые люди и вы отвечали за них обеих!