Лавиния Бертрам - Лакомый кусочек

Розмари помрачнела и гневно сдвинула брови, а Бэзил приоткрыл рот, намереваясь что-то сказать.

Но Раймонд не предоставил ему такой возможности.

– Позволь, я кое-что объясню тебе, Бэзил. Это я организовал нашу сегодняшнюю встречу, а не Патриция. Это я позволил, чтобы ты ехал с нами. И, знаешь, мне начинает казаться, что я допустил серьезную ошибку. Ты ведешь себя как невоспитанный подросток.

Бэзил возмущенно фыркнул и метнул в кузена испепеляющий взгляд.

– А мне начинает казаться, что это она заставила тебя организовать сегодняшнюю встречу! – выпалил он.

Раймонд подался вперед и, положив руку на плечо Бэзила, произнес четко и твердо:

– Я – глава клана Бейнз и назначенный Малькольмом попечитель его детей. И сделаю все возможное, чтобы предотвратить чьи бы то ни было поползновения отравить Эндрю и Сьюзен жизнь.

Джарвис одобрительно кивнул.

– Ты прав, Раймонд.

Тот выждал пару минут, давая всем возможность осознать смысл сказанных им слов. Потом вновь заговорил:

– Тот, кто намеревается продолжать относиться к матери Сьюзен и Эндрю пренебрежительно и недружелюбно, не должен общаться с детьми.

– Неужели защита интересов этой женщины для тебя важнее, чем родственные узы, которые соединяют нас с Эндрю и Сьюзен? – удивленно спросила Розмари.

Бэзил энергично закивал.

– Я полностью поддерживаю Раймонда, – сказал Джарвис, поворачиваясь ко всем остальным и при этом невольно придвигаясь к Патриции. – И не желаю, чтобы мои внуки становились свидетелями сцен, подобных этой. Не хочу также, чтобы они видели, что мой сын и моя жена при встрече не здороваются с их матерью или в ее присутствии говорят о ней как о лице постороннем.

– Я когда-нибудь не выполнял своих обещаний? – спросил Раймонд.

Бэзил нехотя покачал головой.

– Такого я не припомню.

– Я тоже, – сказала Розмари.

– Тогда запомните: до тех пор, пока вы не наладите отношения с Патрицией, Эндрю и Сьюзен вам не видать.

Бэзил недовольно хмыкнул и отвернулся.

А ведь он взрослый парень, давно сам мог найти себе жену и подарить родителям внуков, невольно отметил Раймонд. Но какая женщина согласится выйти замуж за человека со столь несносным характером?

Он перевел взгляд на Розмари и вопросительно посмотрел ей в глаза.

– Обещаю сделать все, что в моих силах, – ответила та сдержанно.

– Ты у меня умница, – поддержал ее Джарвис, опять чуть придвигаясь к Патриции.

Боковым зрением Раймонд видел, что на Патриции нет лица. Внутреннее чутье подсказывало ему, что ее невероятное напряжение – отнюдь не следствие неприятного разговора, а, скорее, близости Джарвиса.

– Уоллес, останови, пожалуйста, машину, – обратился он к шоферу. – А ты, Бэзил, сядь на место Патриции. Пусть Джарвис за тобою присмотрит, а то еще чего доброго ты опять надумаешь завести не для всех приятную беседу, – сказал он шутливым тоном.

Джарвис пожал плечами и, когда джип затормозил, вышел на дорогу. За ним последовали Патриция и Раймонд.

– Спасибо, – прошептала она, когда Раймонд подошел с ней к дверце переднего сиденья и взял ее за руку, чтобы помочь сесть на освободившееся место. – Большое спасибо!

В ее голосе звучало столько благодарности и надежды, что Раймонд лишь крепче сжал ее холодную тонкую кисть.

– Я всегда с тобой. Ничего не бойся.

Она устало улыбнулась, и ее глаза на мгновение просияли.

8

Патриция находилась под таким сильным впечатлением от разговора в машине, что в первое мгновение не обратила внимания на роскошную обстановку ресторана. А рассмотрела ее лишь позднее, когда немного пришла в себя.

В дальнем конце зала на небольшой сцене играл оркестр. На стенах, обитых темно-вишневой тканью, горели светильники, похожие на позолоченные канделябры. На столах белели скатерти, отделанные по краям широкой золотистой тесьмой с кистями.

Наверное, и блюда здесь соответствующего уровня, подумала Патриция безразлично. После беседы, произошедшей в машине, и в ожидании предстоящего разговора она абсолютно не хотела есть.

Раймонд мягко провел ладонью по ее плечу, но его прикосновения, даже самые невинные, были не способны успокоить ее. Напротив, вызывали в ней трепетную дрожь и заставляли мысли путаться.

– Расслабься, – прошептал он, склонившись к ней. – Все будет хорошо, обещаю.

Патриция глубоко вздохнула, но расслабиться не смогла. А когда Джарвис заговорил с подошедшим официантом, делая заказ, придвинулась к Раймонду и едва слышно пробормотала:

– Меня ненавидят все присутствующие здесь, ты ведь прекрасно это знаешь. Какой смысл продолжать разговор? Не думаю, что Эндрю и Сьюзен суждено вновь обрести бабушку и дедушку.

Раймонд спокойно и строго посмотрел ей в глаза.

– Эти люди любят твоих детей, я уверен, потому что видел, как они разглядывали их фотографии. Они мечтают встретиться с этими прелестными созданиями, и отказывать им в этом нельзя.

Патриция растерянно покачала головой.

Но ведь он сам сказал, что детям вредно видеть, как их мать открыто презирают? – удивилась она, ничего не понимая.

Официант подошел к Раймонду. Тот сделал заказ для себя и для Патриции, даже не спросив ее, чего ей хочется.

Вскоре принесли вина. Джарвис опробовал каждое и только после этого позволил официанту разливать напитки по бокалам. Патриции вспомнились слова Малькольма. Он постоянно твердил, что его отец прекрасно разбирается в винах.

Патриции ни в коем случае нельзя было пьянеть. Раймонд понял это и жестом велел официанту остановиться, когда тот наполнил бокал Патриции наполовину.

– Шотландские вина кажутся тебе слишком крепкими? – спросил Бэзил, устремляя на Патрицию злобный взгляд.

У Патриции похолодело сердце.

– Мне кажется, тебе самое время вызвать такси, Бэзил, – спокойно, но уверенно произнес Раймонд. – Мы ведь договорились еще в машине, что ты должен наладить с Патрицией вежливые и доброжелательные отношения, это очень важно.

Внезапно лицо Бэзила покрылось красными пятнами. Его дыхание участилось, а взгляд наполнился такой болью и тоской, что Патриции стало не по себе. Он повернулся к Джарвису и заговорил с мольбой в голосе:

– Папа, быть может, ты попросишь Раймонда не мучить меня упреками и угрозами, ты гораздо старше, чем я, тебя он послушает. Объясни ему, пожалуйста, что я тоже член семьи.

Джарвис насупился.

– Я считаю, у Раймонда достаточно оснований на то, чтобы отправить тебя домой, Бэзил.

– Ты тоже так считаешь, мама? – с горечью в голосе спросил разобиженный Бейнз, повернувшись к Розмари.

Та ответила мрачным молчанием.