Ирен Беллоу - Любить не обязательно

— Тогда что ты тут делаешь? — Адам знал, что прикасаться к ней не имеет права, и все-таки погладил тонкую руку, ощущая, что под халатом у Жюли только ночная сорочка.

— Тебя ищу.

Адам не сказал ни слова, лишь вопросительно изогнул брови.

— Уже поздно, а я не могу уснуть. Я всегда жду твоего возвращения.

— Правда? — не веря своим ушам, переспросил Адам. — Тогда с какой стати я всю неделю прокрадываюсь в каюту, словно вор?

— Это риторический вопрос? — улыбнулась она.

— Да, пожалуй.

Адам медленно разжал пальцы. Отстранившись, молодые люди мгновение постояли так, а затем снова взялись за перила. Жюли подставила лицо теплому морскому ветерку. Вдали мерцали огни — значит, утром корабль пристанет к Корфу.

— Я ничего у тебя не прошу, Адам. Мы заключили договор, и оба получили то, что хотели. Ты увез меня из Ниццы, а в обмен обзавелся подставной женой. Но в пути мы стали друзьями, и… — Она храбро встретила взгляд собеседника. — И мне тебя не хватает!

— Жюли…

Договорить он не успел: дверь из коридора с грохотом распахнулась и на палубу выскочила маленькая, тщедушная фигурка в штанах и рубашке. Мальчуган, давешний знакомец Адама, пробежал несколько шагов, споткнулся о складной стул и полетел кувырком.

Вслед за ним, одной рукой подтягивая брюки, вывалился верзила-купец. Рыча, как разъяренный тигр, он подхватил мальчишку за шиворот и ударил о железный бортик.

— Негодная тварь! — заорал он. — Сейчас ты узнаешь, кто здесь хозяин!

Отстранив Жюли, Адам шагнул вперед. До глубины души возмущенный, он одной рукой вцепился в сальные волосы, другой — ухватил негодяя за плечо и рванул к себе. Тот выпустил ребенка и резко развернулся, дохнув в лицо противнику винным перегаром. И тут Адам со всего размаха ударил мерзавца кулаком в живот, затем еще раз и еще. Верзила глухо застонал. Упиваясь первобытным торжеством победы, Адам забыл о собственной боли, что пронзала спину, словно нож.

Жюли оглянулась в поисках оружия. На стуле лежал позабытый дамский зонтик. Схватив его наперевес, словно копье, она ринулась вперед, целя противнику в горло.

Адам краем глаза заметил это движение.

— Нет! — закричал он. — Не надо!

Секунда промедления дорого ему обошлась. Мясистый кулак просвистел в воздухе и ударил юношу в челюсть, повалив на палубу. Оглушенный Адам с трудом поднялся на ноги, опасаясь за Жюли. Но купец вырвал зонтик у девушки из рук, переломил его о колено, словно соломинку, и, презрительно хмыкнув, отвернулся.

Затем снова занялся парнишкой, что беспомощно застыл на месте, даже не пытаясь бежать. Купец ухватил мальчугана за шиворот, свирепо встряхнул и оторвал от земли — изможденное, перепуганное личико оказалось на одном уровне с его собственным.

— Ты мне за это заплатишь! Сполна заплатишь! — прорычал он, отшвырнув от себя мальчика. Тот, пронзительно вскрикнув, полетел в воду. Не потрудившись даже обернуться, верзила сделал непристойный жест и пробормотал: — Туда ублюдку и дорога!

Не успел он договорить, как кулак Адама врезался в его физиономию. Хрустнула челюсть, раздался дикий вопль, из носа потоком хлынула кровь. А Адам уже перегнулся через поручень.

— Позови на помощь, Жюли! — велел он. — Я прыгну вниз.

— Нет! — закричала она, вцепляясь в его плечо. — Нельзя! Ты погибнешь!

Адам оттолкнул ее.

— Делай, как я сказал!

Жюли в ужасе заломила руки. О боже, он не продержится в холодной воде и двух минут — искалеченное тело откажется ему повиноваться. Неужели ей суждено потерять его — здесь, теперь? Жюли обвела палубу безумным взглядом.

Вдоль стены кают выстроились ровные ряды складных стульев и шезлонгов. Плохо понимая, что делает, Жюли схватила один из стульев и обрушила его на голову Адама.

Сбросив халат, она перебралась через борт. Уже погружаясь в черную воду, Жюли услышала, как Адам выкликает ее имя.

Адам в панике перегнулся через поручень. В голове гудело, ссадина на виске сочилась кровью, но он ничего не замечал. Рядом с первым белым пятном на воде возникло второе. Слава создателю, море нынче спокойное! Но тут обе головы ушли под воду, и Адам похолодел от страха. Хотелось броситься вниз, но здравый смысл велел остаться на месте. Калека не поможет утопающим, с горечью подумал он, смиряя гордость. Головы снова появились на поверхности, и Адам едва не зарыдал от облегчения. Жюли обняла ребенка одной рукой и легла на спину, так, чтобы оба качались на легких волнах.

Адам ринулся к капитанскому мостику, громко зовя на помощь. Спустя несколько минут он возвратился на палубу с двумя матросами. Впрочем, самому ему показалось, что прошли часы. Поглядев вниз, он убедился, что Жюли по-прежнему держится на воде. Проклиная свою беспомощность, Адам следил, как матросы деловито скрепили кожаные ремни и веревки, превратив их в подвесное сиденье. Один из матросов был спущен за борт.

Палуба понемногу заполнялась людьми. К месту происшествия подоспели офицеры и разбуженные шумом пассажиры. Не замечая ничего вокруг, Адам стоял у борта, судорожно вцепившись в перила побелевшими пальцами, и не сводил глаз с двух светлых пятен на воде.

— Держись, Жюли! Держись! Все будет хорошо! — воскликнул он, не сознавая, что говорит вслух. — Я люблю тебя!

Вздрогнув, Адам вник в смысл сказанного — и принял слова как должное. Ясное, пронизанное светом чувство подчинило его себе: так морская волна накатывает на песок, сглаживая неровности и отметины. И как он раньше этого не понял? Мечтал о ней все эти месяцы, тосковал — и не понял! Как он не заметил любви с самого начала?

Тем временем Жюли, свободной рукой рассекая темную воду, на несколько футов приблизилась к спасателю. Отдохнула минуту и снова поплыла вперед. Матрос окликнул ее и бросил веревку. Петля упала на расстоянии ярда.

Хотя поначалу Жюли не ощущала холода, она знала, что даже в сравнительно теплой воде Средиземного моря время у нее ограничено. Спустя какое-то время мускулы сведет судорога. Однажды в детстве она заплыла слишком далеко, закоченела и камнем пошла ко дну. По счастью, вовремя подоспел отец… Жюли решительно прогнала пугающие воспоминания.

Адам! Мысль о нем вспыхнула в сознании, согревая, точно бокал бренди, возвращая силы усталым мышцам. Ей нельзя умирать. Нужно вернуться к Адаму. Увидеть его хотя бы еще раз. Сказать, что…

Жюли на ощупь потянулась к петле: морская вода заливала глаза. Пальцы сомкнулись на веревке, и она позволила себе расслабиться. Забыв о том, что следует держаться на плаву, Жюли просто ухватилась за петлю, повиснув на ней всем весом, и с головой ушла под воду. От неожиданности пальцы разжались, веревка выскользнула, в рот хлынула морская вода. Рука, поддерживающая ребенка, обмякла только на секунду, но и этого хватило, чтобы малыш едва не пошел на дно. В панике Жюли обхватила хрупкое тельце обеими руками.