Здравствуй, папа, я твой сын! - Анна Мишина

– Я завтра утром приеду к вам в гости. 

– Но Тимур с утра уезжает на работу, – возмутилась я.

И мне, видимо, снова придется сидеть с мальчишкой. А я вообще-то собиралась искать работу! И, наверное, жилье тоже. Потому что мне тут осталось, дай бог, еще ночку, в лучшем случае пару ночей и меня выставят за дверь.

– Тимуру ни слова, – и связь прерывается. – Эй, – возмущаюсь. – Алло, да что за…

– С кем это ты? – рядом раздается голос Тимофея.

– Да так, с подругой. Как покатался? – убираю телефон в карман.

– Тогда поехали домой? Я устал, – улыбнулся мальчик.

И мы, взявшись за руки, пошли на выход из парка.

По пути домой Тимоша уснул. Оно и понятно, столько эмоций, плюс загруженный трафик. И наше возвращение затянулось на пару часов.

А стоило только припарковаться на свободном месте на улице, так тут же на меня налетел злой как цербер Тимур.

– Тебя где носит? – не успела выйти из машины и тут же наткнулась на него. В прямом смысле. Вылезала из машины и опачки, твердый как камень. Нос ушибла.

– Поосторожнее, – возмутилась. – Тим спит.

– Где вы были? – стоит хмурый как туча грозовая. Вот-вот молниями начнет разбрасываться.

– Мы были в парке, твой сын катался на аттракционах. И, между прочим, это ты как отец должен развлекать своего сына, а не я, – все, кажется меня бомбануло.

Я тут время свое трачу, а он даже спасибо сказать не может.  

– А у меня назначено время в клинике, на анализ, – зло проговорил он.

А я-то тут при чем?

– И ни номера твоего, ни звонка от тебя, – продолжает ругаться.

Ну да, тут мое упущение, я забыла дать ему свой номер. Но погодите-ка!

– А бабушке своей не судьба было позвонить? Уж она-то дала бы тебе мой номер, – ткнула пальцем в его грудь. – И вообще, сбавь тон, мистер Бука.

Если бы взглядом можно было испепелять, на моем месте уже была бы горстка пепла. Какой злой, посмотрите-ка. Сложно признавать свои ошибки?

– Буди пацана, – звучит приказ.

– Хи-хи не хо-хо? – упираю руки в бока и не даю открыть ему дверь со стороны спящего Тимоши.

– Ты вообще кто такая? А? Мне пацана на анализ отвезти нужно, уйди с дороги, – прорычал мужчина и буквально отодвинул меня в сторону.

Ладушки, умываю руки. Как только он берет на руки спящего мальчика, я блокирую двери машины, предварительно взяв свою сумку, и направляюсь в дом. Пусть делает что хочет этот горе-папаша, а я лезть в это не буду. Еще и завтра пусть сам развлекает своего сына. А то как посидеть с мальчиком, так я…

Эх, Стеша, Кир всегда говорил, что инициатива наказуема. Вот тебе и пример на лицо. Еще и виновата осталась.

***

Поднимаюсь в квартиру. Умываюсь. И забравшись на диван, достаю свой маленький ноутбук. Берусь за поиски работы. 

Когда открылась входная дверь и раздался звонкий голос мальчика, прошло около получаса. Быстро, однако.

– А вот и мы, – на диван забирается Тим. – А что ты делаешь? – с любопытством уставляется в экран.

– Ищу работу.

– Понятно.

Так мы с ним и пялимся в экран. Я перебираю вакансии, Тимошка пыхтит рядом.

– Ой, я тебя забыл познакомить, – в его руках оказывается невероятного зеленого цвета заяц. Это же заяц?

– Ух ты!

– Мне папа подарил, на Новый год, – гордо заявляет пацан.

– Да? – нет, не разобраться мне в этих дебрях.

– Да, на Новый год принес Дед Мороз. И я точно знаю, что от папы, потому что я дедушке писал письмо.

– Вот оно как, – тогда понятно. 

Вообще, заяц очень оригинальный. И сомневаюсь, что Тимуру он нравится. Его слова – не люблю зеленый, тому доказательство. А вот у мамы Тима своеобразный вкус.

Мужчина что-то делает в кухонной зоне. Мы же с мальчиком то болтаем, то я отвлекаюсь на заполнение резюме. А как итог меня от моего занятия отвлекает запах гари.

– Пап, фу-у, – первым реагирует Тимоха. – Что ты там наделал? Плоказник, – спрыгивает с дивана и бежит к столу.

– Твой папа решил спалить квартиру, видимо, – бубню себе под нос, но мои слова уловил Тимур и свел свои густые брови на переносице. Не понравилось. Ишь ты какой. С тонкой душевной организацией.

– Я всего лишь хотел приготовить ужин, – пробубнил мужик.

Я рискую, но приближаюсь к нему со спины и выглядываю из-за него, уставляюсь на сковороду, в которой что-то явно пережарилось.

– Это? – тыкаю пальцем. – Что было?

– Мясо.

Угу. 

– Шикарно, – усмехаюсь. – Можно было обойтись пиццей, – пожимаю плечами.

– Я люблю пиццу, – вторит мне Тим-Тим.

– Так бы сразу и сказали, – фыркнул мужчина. – Пицца. А я тут голову ломаю, – хватает телефон и начинает там что-то искать.

А я решила не уточнять, насчет чего он там вдруг решил свою голову поломать.

Когда еда доставлена, а пицца практически исчезла со стола, Тимоша зазевал. Сигнал понят, мальчику пора спать. И я помогаю ему умыться и как только он забирается на диван, который я для него расстелила, спрашивает:

– А ты? Спать будешь?

– Буду, чуть позже. Мне надо еще кое-что поделать. А потом тут же лягу. А ты спи, карапуз, – и чмокаю его в пухленькую щечку.

– Ты как мама, – закрыв глаза, улыбается Тим.

А у меня в груди растекается что-то теплое и невероятное от сказанных им слов. Пусть и не осознанно, скорее всего, но очень приятно.

Стоит только оторвать свой взгляд от мальчика, как тут же встречаюсь с Тимуром.

– Ты, – произношу одними губами, – поговорить, – шепчу и указываю пальцем в сторону лоджии.

И Тимур будто все понял, но указывает в сторону небольшого коридорчика. Там вроде у него кабинет и спальня.

Я иду за ним. И мы действительно оказываемся в небольшом кабине. Стол, кресло да небольшой стеллаж для книг и…

– Это что? Гольф? – улыбаюсь.

– Да.

– Я такое видела только по телевизору.

– Так что ты хотела сказать? – подпирает задницей стол и складывает руки