Робин Доналд - Мисс невинность

Женщину-королеву воспримут с большим подозрением.

Но разве у них есть выбор? Разве что гражданская война, которая может разрушить Нироли…

Спустя несколько часов Роза все еще не могла заснуть. От усталости у нее болели глаза, но она не могла не думать о будущем. Будущем для нее и Макса.

Роза поднялась с постели, вышла на балкон и приблизилась к парапету, ища успокоения в знакомом виде.

Каменный пол уже начал остывать от дневной жары и сейчас приятной прохладой ощущался под босыми ногами. В саду повисла тишина. Сверчки перестали стрекотать, смолк шум волн, не квакали маленькие коричневые лягушки.

Роза пыталась поразмыслить о том, как ей поступить, когда король объявит ее наследницей, но мозг упрямо возвращался к тому, что Макс, которого она так любит, не стремится к серьезным отношениям с ней.

О таком мужчине мечтает каждая женщина, с грустью подумала Роза. Макс нежный, внимательный, чертовски сексуальный, мягкий и жесткий одновременно…

В его объятиях она ощутила неземное блаженство и первобытную страсть. Он заботился о ней, вспомнила Роза, подавив всхлип. Его опыт не унизил ее; наоборот, Макс заставил Розу почувствовать себя желанной.

И она всегда будет любить его за это. Слушая тишину, Роза мысленно поблагодарила его за то, что он не соврал ей ни в чем. Макс мог бы сказать: «Я люблю тебя». Эти три слова люди часто произносят в пылу страсти. У нее были подруги, чьи любовники тоже так говорили, имея в виду лишь: «Я хочу тебя».

Но Макс не стал притворяться, что любит, когда не испытывал ничего подобного. Боль в сердце обернулась пустотой. Интуиция подсказывала девушке, что как только она наденет тяжелую корону Нироли, украшенную золотом, жемчугом и старинными бриллиантами, она никогда больше не увидит Макса.

А ведь именно он должен носить корону, мантию алого цвета и древний меч, который участвовал не в одном сражении за нирольский народ.

Роза знала, что она недостойна столь высоких почестей. Она не более чем разукрашенная кукла, призванная радовать глаз. Она недостаточно уверенна в себе и умна.

Голос Макса, раздавшийся с соседнего балкона, заставил ее подпрыгнуть от неожиданности.

— В чем дело, Роза?

— Я не смогу этого сделать! — в отчаянии воскликнула она и, вцепившись руками в парапет, уже более спокойно добавила, не глядя на Макса: — Я не знаю, как управлять деревней, не то что страной.

И снова в воздухе повисла тишина. У Розы побелели костяшки пальцев, так сильно она сжимала парапет.

— Возвращайся в комнату. Не включай свет, — тихо попросил Макс.

С тяжелым сердцем и раскалывающейся головой, Роза повиновалась, а через минуту к ней вошел Макс. Он все еще был одет.

— Прости, — первой заговорила Роза. — Тебе и так есть о чем подумать, а тут еще я со своим нытьем.

Макс подошел и обнял Розу.

— Тема короны нелегка для всех нас.

Она с благодарностью прижалась к его груди.

— Тебе, наверное, еще труднее!

— Да, это так, — не стал отрицать он. — Но гораздо сложнее будет моей матери и королю, даже если мы все сохраним в секрете. Ты не права в одном: я никогда не хотел власти.

— И я не хочу, Макс, — дрогнувшим голосом произнесла Роза. — Мне так страшно. Я совсем ничего не смыслю в политике. И не знаю, как организовать что-нибудь большее чем лаборатория.

— Я чувствовал себя точно так же, когда узнал, что являюсь следующим наследником трона.

— Но у тебя есть опыт, — возразила девушка. — И ты прирожденный лидер, а я даже старостой в школе не была ни разу!

— Тише… — Макс нежно погладил Розу по голове. — Ты умная, тебя любят люди, и ты всему научишься. — Он прижал ее крепче, давая ей ощутить, насколько возбужден. — Полагаю, я могу предложить тебе еще кое-что, над чем можно подумать.

— Хочешь манипулировать мной с помощью секса?

— Кажется, да. Ты против? — улыбнулся Макс.

— Совсем нет.

Макс взял Розу на руки и уложил на кровать.

— Нет, не снимай сорочку.

Роза удивилась такой просьбе, но повиновалась. Она была счастлива снова увидеть Макса обнаженным. Он лег рядом, и только тогда она спросила:

— Почему ты настоял, чтобы я не раздевалась?

— Потому что я не доверяю себе, — ответил Макс и закрыл ее рот поцелуем.

А когда она снова таяла в его объятиях, он сам развязал ленточки на ее плечах, позволив сорочке соскользнуть, обнажая кожу.

Он стал целовать ее плечи, медленно, словно смакуя. Роза размышляла, сколько женщин перебывало в его постели.

Но скоро ей стало абсолютно все равно. Волна наслаждения пронзила тело, когда она познала, что такое быть удовлетворенной мужчиной с помощью только рук, губ и языка…

— Но ты… как же ты? — задыхаясь, спросила Роза.

Макс обнял ее.

— Все в порядке.

— Нет. — Ее дыхание понемногу восстанавливалось. — Это неправильно. Ты был великолепен, и мне нужно… я хочу доставить удовольствие и тебе.

Макс молчал так долго, что сначала Роза подумала, будто сказала что-то ужасное. Но она намеревалась взять от этих дней все, что только возможно. Эти воспоминания — единственное, что останется с ней на всю жизнь.

— Прошу тебя… — взмолилась Роза, целуя его темный сосок. И изумилась, как он затвердел, когда она обвела его языком.

— Я весь в твоем распоряжении, — произнес Макс голодным голосом, от которого по спине у Розы побежали мурашки.

Макс повернулся на спину и вытянул руки. Немного нервничая, Роза стала касаться его — сначала руками, а затем и губами. Она исследовала его тело самым простым способом, целуя, облизывая. И удовлетворенно замечала, в каких местах ему больше нравятся ее ласки, когда он напрягался и издавал сдавленные стоны.

— Садистка…

Смеясь, Роза поцеловала его в губы и легла на него сверху. Тело Макса превратилось под ней в тугую струну; выругавшись, он высвободился и встал с постели так быстро, что Роза не успела остановить его.

— Презерватив…

Нет! Отчаяние и отторжение пронзило Розу. Ребенок от Макса… Но это невозможно.

Как бы там ни было, Роза была бы счастлива иметь ребенка от любимого мужчины. Она смотрела, как он ищет в тумбочке маленький пакетик.

— Тебе все еще больно? — спросил Макс, подойдя к кровати.

Розе хотелось сказать, что он не может сделать ей больно, но она честно призналась:

— Немножко, но мне все равно.

Макс лег и поднял Розу на себя.

— Так ты сможешь сама регулировать процесс.

— Процесс? — хмыкнула Роза, рассмеявшись. И уже через мгновение раскрыла для него ворота к удовольствию.

Макс оказался прав. Роза могла по своему усмотрению уменьшать и ускорять темп, и это было совершенно новое ощущение для нее. Когда оба одновременно достигли вершины наслаждения, девушка закричала и легла на Макса, счастливая и удовлетворенная.