Мишель Селмер - Герцог-сердцеед

Замирая от страха, Виктория поднялась на четвертый этаж в кардиологическое отделение и дрожащей рукой постучала в указанную ей палату.

– Войдите, – раздался четкий голос отца.

У нее отлегло от сердца, когда она увидела, что он сидит на кровати.

– Виктория, – сказал он, и его лицо озарилось радостью. – Я думал, ты так сильно на меня рассердилась, что не захочешь и навестить.

Он был недалеко от истины, но после того, как Виктория осознала, что может потерять отца, обида и досада на него исчезли. Она подошла к нему и, не раздумывая, обняла, почти сразу почувствовав, как он прижал ее к своей груди.

– Прости меня, – произнесли они одновременно.

– Нет, – сказал отец. – Ты имела полное право сердиться. Я не должен был тебе лгать…

– Все хорошо.

– Нет, родная. Я должен был сказать тебе правду сразу же, как только все началось. Я думал, что оберегаю тебя, и мне очень стыдно, что все так закончилось…

– Все мы совершаем ошибки.

Отец погладил ее по щеке.

– Все так, но я хочу, чтобы ты знала, что мне очень-очень жаль. Мы остались с тобой вдвоем на свете, поэтому я бы никогда намеренно не причинил тебе боли.

– Я это всегда знала. В любом случае теперь все в прошлом. – Как бы ни был ей дорог отель и их старый дом, отец все же дороже. Он единственный близкий ей человек. – Теперь скажи, что с тобой? – спросила Виктория, сев рядом и взяв отца за руку. – Что-то серьезное?

Он покачал головой и смущенно улыбнулся.

– Так, боли в сердце, вызванные переживаниями. Мой кардиолог все же решил провести небольшое обследование, но я в полном порядке. Меня отпустят с минуты на минуту.

– Тогда я тебя подожду, и мы поедем домой вместе.

– Виктория, я бы хотел извиниться, что был так груб с герцогом в тот вечер. Просто я возмутился, увидев его у тебя в квартире. Не думал, что тебе нравятся такие мужчины…

Виктория понимала, к чему он клонит. Чарлз совсем не походил на тех, с кем она когда-то встречалась. В любом случае это было уже давно, а принимая во внимание, что все ее прошлые романы заканчивались крахом, может, ей пора пересматривать свое отношение к мужчинам?

– Сначала я не была уверена, – призналась она. – Достаточно вспомнить все его истории с женщинами. Но Чарлз не плохой человек. Даже наоборот, он очень мил.

– Это серьезно? – осторожно поинтересовался отец.

– О боже, нет. – Для выразительности Виктория покачала головой. – Конечно, нет.

– Нет? А мне показалось… – отец внимательно глядел на нее. – Когда я увидел его у тебя тогда, мне стало совершенно ясно, что ты ему небезразлична.

– Что ты, папа! Я же тебе говорю, между нами все несерьезно.

– С каких это пор ты принимаешь новый роман несерьезно? – усмехнулся отец. – Сколько я тебя знаю, если ты начинаешь встречаться с мужчинами, это всегда серьезно.

В прошлом так оно, может, и было, но сейчас она изменилась. В последнее время Виктория не позволяла себе чересчур увлекаться мужчинами, особенно после последнего разрыва. Но и подолгу жить одна она не могла. Как и не могла предположить, что следующим мужчиной в ее жизни станет Чарлз Мид.

– В этот раз все иначе, – повторила Виктория и добавила: – И я стала другой.

– Надеюсь. Только я знаю, что, несмотря на всю свою независимость, твое сердце слишком уязвимо…

Продолжать эту тему Виктории не хотелось.

– Не возражаешь, если мы на время забудем про мою личную жизнь? – сказала она. – И потом, не забывай, тебе вредно волноваться.

– Я собираюсь все исправить, Вики. Все, что разрушил. Правда, пока не знаю как, но я обязательно это сделаю!

– Не волнуйся! Я в состоянии позаботиться о себе, пап.

А если это не так, то самое время научиться. Она и так слишком долго на него рассчитывала. Главное, что сейчас здоровью отца ничего не угрожало, а уж со всем остальным они как-нибудь справятся.

Виктория не виделась с Чарлзом до воскресенья, когда он снова объявился на ее пороге, не предупредив о своем визите. В черных брюках, светло-коричневом кашемировом свитере и черной кожаной куртке он, как всегда, выглядел потрясающе.

– Снова навязываешься в гости? – подколола она его.

– Я звонил, но не мог дозвониться, – сказал Чарлз, словно это его оправдывало.

– Аккумулятор сел. Я только недавно поставила телефон на подзарядку, – объяснила Виктория.

– Ты собираешься меня пригласить войти или как?

– Или как, – проворчала Виктория, позволяя ему войти. – Но только не надолго.

Вместе с Чарлзом в квартиру ворвался свежий запах осени. Они сели на диван. Виктория чувствовала радость – просто оттого, что сидела с ним рядом.

– Ты выглядишь усталой, – заметил Чарлз.

– Выходные выдались неспокойными. В пятницу отца увезли в больницу.

– С ним все в порядке? – По его лицу пробежала тень озабоченности.

– Все хорошо, но для подстраховки я провела с ним всю прошлую ночь и сегодняшний день.

И хотя сейчас она была спокойна за отца, неполные два дня, которые она провела с ним, помогли ей осознать всю прелесть жизни в отдельной квартире. Впервые она была даже счастлива вернуться к себе домой.

– Означает ли это, что вы помирились?

– Да, – кивнула Виктория. – Удивительно, как страх меняет человека. Стоило мне подумать, что я его потеряла, как все остальное показалось мелким и несущественным.

– Ты могла бы мне позвонить…

– Для чего?

– Для поддержки. – Чарлз пожал плечами. – Для того, чтобы поговорить.

– Брось, Чарлз. То, что мы спим вместе, еще ничего не значит.

– Секс у нас действительно потрясающий, – вставил он.

– Ага. Но в конечном итоге это все.

Виктория могла поклясться, что Чарлз выглядел так, словно ее слова задели его за живое.

– Неужели ты не можешь представить меня в качестве своего друга?

– Чтобы завтра или послезавтра ты встретился с другой женщиной, с которой был бы не против познакомиться поближе, и забыть про меня? Нет, спасибо.

– Тебе не кажется, что это как-то несправедливо по отношению ко мне? – нахмурился Чарлз.

– Может, но зато отвечает действительности. И винить в этом меня ты не можешь. Вспомни про свою репутацию.

– Все, о чем я тебя только что попросил, – это иногда с тобой видеться, и не только в спальне.

– Что-то подсказывает мне, что ты не способен поддерживать длительные отношения с одной женщиной – будь она твоим другом или любовницей.

– К твоему сведению…

– Сколько длился твой самый длительный роман? – не дала закончить ему Виктория.

Это заставило Чарлза надолго замолкнуть.

– Ну вот видишь…

– А если я хочу попробовать?

Конечно. На неделю Чарлза, может, и хватит, но это максимум, на что он способен.