Джессика Харт - Павлин и пантера

— Как что, Эд?

Он подошел к окну и ответил, стоя спиной к Полли:

— Ты — первая женщина, которую я пожелал после смерти Сью. Я думаю… я думал… что мы могли бы быть счастливы вместе.

— Извини, — тихо сказала Полли. — Вряд ли у нас что-то выйдет. У нас слишком разная жизнь.

— Вот как?

— У тебя трое детей, которым ты должен уделять внимание. Почти все внимание. Сколько останется для меня? Я через это прошла. Больше такого не хочу.

Эд отвернулся от окна. Его охватило горькое разочарование.

— Что ж, мне почти нечего сказать, верно? Кроме того, что мне жаль. Но, конечно, я уважаю твое решение…

— Надеюсь, нам не будет трудно работать вместе.

— Конечно, нет. Мы — взрослые люди, Полли. Мы не должны смешивать личную и профессиональную жизнь.

Легко сказать, подумала Полли.

Прошло несколько дней. Ей было очень тяжело. Когда в ее присутствии произносили имя Эда, у нее екало сердце. Когда она слышала его голос, сердце начинало колотиться как бешеное. При виде Эда ее охватывало желание.

Каждую неделю она работала над садовым проектом. Они с Томом убрали свой участок, потом начали вскапывать землю. Чем чаще Полли встречалась с Грейс, тем больше та ей нравилась. Милли с удовольствием принялась за новую работу.

Том был уравновешенным, немного замкнутым. Они с Полли составляли хорошую команду, хотя их характеры оказались очень разными. Ей нравились его спокойное чувство юмора и сдержанность, видимо унаследованные от отца.

Полли нередко подвозила Тома домой. Ведь ей все равно надо было навестить мать. Том не рассказывал о том, что происходит у него дома, хотя однажды заметил, что Эд «уже несколько недель» в отвратительном настроении.

Похоже, страдала не только она. Полли не могла не думать об их поцелуе у реки…

— Жаль, что я не могу об этом забыть, — как-то вечером сказала она Милли, когда они сидели за бутылкой вина.

Надо было быть осторожнее с желаниями, устало думала Полли.

Прошло несколько дней.

Ее мать заболела и так ослабла, что Полли встревожилась. В течение двух недель у Полли не оставалось времени, чтобы думать об Эде. Она консультировалась с врачами и возила мать в больницу на анализы.

Вскоре даже сама Хелен поняла, что нуждается в помощи. К ней стала приходить помощница, три раза в день на полчаса. Но каждое утро Полли помогала матери встать с постели и одеться, потом кормила ее завтраком и ехала в офис.

Сосредоточиться на работе становилось все труднее. Ей казалось, что она стала тратить в два раза больше времени, чем раньше, на какое-либо дело.

После работы Полли опять ехала к матери, проверяла, как дела, и проводила у нее большую часть вечера, после чего ехала домой.

Анализы не позволяли сделать окончательный вывод. Врачи предположили, что ее мать так медленно выздоравливает из-за своего возраста. Иногда Полли ночевала у нее в доме, в своей старой комнате, и тогда ей приходилось тяжелее всего.

Не то чтобы Полли не любила свою мать, но она терпеть не могла жить с ней в одном доме. У них были слишком разные характеры. Полли оказалась слишком нетерпеливой, чтобы быть хорошей сиделкой. Хелен Джеймс — слишком старой и упрямой, чтобы оставаться хорошей матерью.

По крайней мере у меня все еще есть работа, постоянно напоминала себе Полли.

Прошло две недели, а она все еще проводила большую часть времени у матери.

В холодный ноябрьский вечер, когда лил дождь, Полли дошла до предела. Она положила вещи матери в стиральную машину, потом поднялась на второй этаж и помогла Хелен лечь в кровать. Когда Полли спустилась вниз, то увидела, что пол залит водой.

Она чуть не расплакалась. Наконец взяла себя в руки и принялась звонить по телефону, но было около десяти часов вечера, и к ней соглашались приехать только утром. Кто-то предложил ей отключить машину и посмотреть, на месте ли все шланги.

— Если соскочил шланг, вы можете починить машину сами, дорогая.

Ну да, если ей хватит сил отключить машину. Полли попыталась сдвинуть ее с места, но ничего не вышло.

Может, обратиться к Тому и попросить его помочь?

Но дверь открыл Эд. Увидев его, Полли забыла об усталости и страданиях. Тревожный знак: ведь она уже месяц заставляла себя не думать об Эде.

— Полли! — удивленно сказал он.

Эд пытался облегчить жизнь им обоим. Он избегал Полли, но теперь его поразило, как она выглядит. Усталая и такая бледная!

— Что случилось?

Полли чувствовала, что вот-вот расплачется.

— Я хотела попросить Тома помочь мне передвинуть стиральную машину. У меня небольшое наводнение.

— Я сейчас приду.

Он крикнул детям, которые были наверху, куда он уходит, потом пошел к Полли.

Эд легко отключил стиральную машину, нашел соскочивший шланг и снова прикрепил его к машине. Потом поставил ее на место и повернулся к Полли. Та пыталась вытереть воду на полу.

— Ужасно выглядишь. Ты что-нибудь ела?

— Я собиралась что-нибудь приготовить, но вот тут произошла авария…

— Тебе нужно поесть. Почему бы тебе не принять ванну или душ, а я пока загляну в холодильник?

— Сначала мне нужно вытереть пол.

— Я его вытру. — Эд взял у нее швабру. — Иди — но не засни в ванне, не то я за тобой приду!

— Ты не должен для меня делать все это, после того как… ну, ты знаешь…

— После того как ты начала меня избегать и больше не хочешь со мной целоваться?

Она залилась румянцем.

— Ты сказал, что не хочешь, чтобы мы оставались друзьями.

Эд вздохнул.

— Я был сердит и разочарован. — Он улыбнулся. — Конечно, мы — друзья, Полли. Любой друг на моем месте настоял бы на том, чтобы ты пошла и приняла ванну. Иди! — И он подтолкнул ее к двери.

Приняв ванну, Полли спустилась вниз. Эд уже вытер пол, стиральная машина снова работала, а из кухни доносился изумительный аромат жареного сыра.

— Приготовил макароны, обжаренные с тертым сыром. — Эд увидел, с каким удовольствием она вдыхает аромат блюда. — Они пойдут тебе на пользу. Я также осмелился найти еще одну бутылку вина твоего отца. Тебе нужно выпить бокал. Твой отец наверняка бы со мной согласился. — Он выдвинул для нее стул. — Прошу вас, сударыня!

Полли послушно уселась за стол. Эд поставил перед ней тарелку и указал на дымящееся блюдо с макаронами.

— Угощайся!

Она прижала пальцы к глазам, стараясь не расплакаться, но у нее все-таки потекли слезы.

— Эй, что я такого сказал? — Эд положил ей руку на плечо.

— Ничего. — К Полли вернулась гордость. Она глубоко вздохнула и подняла голову. — Просто не привыкла, чтобы кто-то обо мне заботился. Это только потому, что ты так мило со мной обращаешься!