Сандра Мартон - Невеста сказала «нет»

– Нет никакого ребенка. Я не знаю, с чего ты решил, что…

– Сколько мужчин было у тебя на той неделе, кроме меня?

– Убирайся, черт бы тебя побрал!

– Я снова тебя спрашиваю: ребенок мой?

Лорел молча уставилась на него. Губы ее дрожали. Нет, хотела она сказать, не твой. У меня была дюжина мужиков на той неделе. Сотня. Тысяча.

– Отвечай! – Он схватил ее за плечи и грубо встряхнул.

Солгать показалось ей слишком отвратительно.

– Да, – прошептала она, – твой.

На какой-то бесконечный миг зависло молчание.

– Сядь, Лорел, – сказал он мягко и потянул ее к дивану.

Она посмотрела на него, их взгляды встретились, и дрожь пробежала по ее телу. Она отступила к дивану и опустилась на него, словно тряпичная кукла.

– Как… как ты узнал?

Его губы скривились в улыбке. Он сунул руку в карман, достал маленькую белую карточку и бросил ей на колени. Доктор Глассман.

– Она сказала тебе? Доктор Глассман сказала тебе? Она не имела права! Она…

– Она ничего мне не сказала, – он снова криво усмехнулся. Почти ничего.

– Я не понимаю…

– Карточка выпала из твоего кармана. Я позвонил в ее офис. Секретарша соединила меня с ней, когда я представился как твой друг и сказал, что очень озабочен твоим состоянием.

Смысл, который он вложил в слово «друг», вызвал яркий румянец у нее на щеках. Дэмиан заметил это и усмехнулся.

– Похоже, что она тоже так поняла. Но она была очень скрытна. Сказала только, что знает тебя и что если я обеспокоен твоим здоровьем, то должен расспросить у тебя. После этого повесила трубку.

Лицо Лорел побелело.

– Значит… значит, ты ничего не знал! Ты обманул меня. Ты меня одурачил…

– Я просто сложил вместе все факты, а затем задал тебе вопрос, на который ты ответила.

– Это был не вопрос! – Лорел судорожно хватала ртом воздух. – Ты сказал, что знаешь, что я…я…

– Я спросил, мой ли это ребенок. – Внезапно он придвинулся и уперся руками в спинку дивана по обе стороны от Лорел, словно загоняя ее в клетку. От ледяного взгляда, пронзившего ее насквозь, Лорел бросило в озноб. – Мой ребенок! Что ты планировала, Лорел? Отдать его на усыновление? Или аборт?

– Нет! – Крик вырвался из ее горла, и в тот же самый момент она поняла, что это правда. Она никому не отдаст эту жизнь, растущую внутри нее. Она хотела своего ребенка, всем сердцем и душой, хотела с первой же минуты, когда доктор сказала ей, что она беременна. – Нет, – прошептала она, твердо глядя ему в глаза. – Я ничего такого не планировала. Я оставлю этого ребенка.

– Оставишь? – Он зло усмехнулся. – Мы не о щенке говорим. Как ты его собираешься «оставить»? Как можешь ты одна вырастить ребенка?

– Ты будешь удивлен, узнав, какого прогресса достигли на этом поприще женщины, – вызывающе ответила Лорел. – Мы вполне способны растить детей, а не только их рожать.

– Ребенок помешает вести тебе твою легкомысленную жизнь!

– Что ты знаешь о моей жизни?

– Я знаю, что женщина, которая спит с незнакомыми мужчинами, вряд ли может быть подходящей матерью моему ребенку!

Лорел с размаху ударила его кулаком в плечо.

– Ты, лицемерный сукин сын! Да кто ты такой, чтобы судить меня? Двое сделали этого ребенка, Дэмиан, двое незнакомых людей, оказавшихся в одной постели той ночью!

На его губах зазмеилась тонкая улыбка.

– Мужчина – дело совсем другое.

– Ах, дело совсем другое! – зло копируя его тон и акцент, сказала Лорел. Она встала и метнулась мимо него. – Послушай, сделай нам обоим одолжение! Убирайся! Убирайся из моей жизни. Я никогда больше не хочу тебя видеть!

– Я с удовольствием бы это сделал, но ты забываешь, что жизнь, которую ты вынашиваешь, принадлежит мне.

– Жизнь ребенка не может быть ничьей собственностью. Людям вроде тебя это очень трудно понять, но ребенок – не товар. Он не может принадлежать тебе, даже если твое имя Дэмиан Скурас.

Они взглянули друг на друга, и Дэмиан пробормотал что-то про себя на греческом и отошел от нее.

Черт возьми, но она права! Он выставил себя полным кретином. Этот добродетельный бред о женщине, которая спит с незнакомыми мужчинами и не может быть хорошей матерью, был отвратителен. Перелагать на нее всю ответственность за случившееся просто подло.

И теперь она носит ребенка. Его ребенка. В душе Дэмиана шевельнулось что-то теплое. Он всегда думал, что воспитание Ника будет его единственной возможностью почувствовать себя отцом. А теперь Судьба и Женщина объединили силы, готовя ему дар подлинного отцовства. Он медленно повернулся и взглянул на Лорел.

– Я хочу, чтобы у меня был ребенок, – произнес он негромко.

Лорел почувствовала, что холодеет.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду именно то, что сказал. Этот ребенок мой, и я не собираюсь уступать права на него тебе.

Права? Ее ноги вдруг ослабли. О таких случаях люди читают в газетах, и такие новости показывают по телевизору: репортажи об отцах, которые требуют юридической опеки над детьми и выигрывают дело. Конечно, это удается немногим, но ведь у Дэмиана Скураса есть и деньги и власть. Ему достаточно щелкнуть пальцами, чтобы отнять у нее ребенка.

Успокойся, сказала она себе, успокойся и не показывай, как ты напугана.

– Ты поняла меня, Лорел?

– Да, я поняла. – Не отрывая взгляда от его лица, она медленно подошла к нему, прикидывая, что предложить, а что придержать, словно играя в покер с противником, у которого на руках все козыри. – Послушай, Дэмиан, давай не будем обсуждать это сейчас, когда мы оба устали и раздражены.

– Обсуждать здесь нечего. Я просто сообщаю тебе факты. Я буду отцом моему ребенку.

– Ну, я не… я не против, чтобы ты участвовал в его воспитании. Доктор Глассман и я даже говорили об этом – о роли отца в жизни ребенка. Я уверена, что мы можем прийти к соглашению.

– Право посещения?

– Да.

Его улыбка стала еще более пугающей.

– Как великодушно, Лорел!

– Я уверена, что можно найти наиболее подходящий для нас обоих выход.

– Я говорил тебе, что у меня никогда не было отца? Не исключено, что я незаконнорожденный…

– Дэмиан…

– В святость брака я, конечно, не верю. Но когда дело касается детей, и речи не может быть о разводе.

– О чем ты говоришь! – воскликнула она, пытаясь скрыть отчаяние. – Мы не женаты, так что развод нам не грозит.

– Мой ребенок заслуживает большего, у него должна быть нормальная семья – с мамой и папой.

– Я тоже так думаю, – быстро сказала она. – Именно потому я соглашусь на… на то, чтобы ты стал частью его жизни.

– Согласишься? – произнес он так тихо, что она поняла, как ошиблась в выборе слов.

– Я… ты не так понял. Я не буду становиться между тобой и моим… нашим ребенком. Клянусь.