Хочу в тебя... инвестировать - Саша Девятова

трудом, а я летаю движение тазом вперёд, насаживаясь сочащийся от возбуждения лоном на его огромный ствол.

Стон нетерпения вырывается у меня изо рта, и Влад одним рывком погружается в меня до самого основания. Как хорошо!

Его толстый поршень как влитой внутри меня, он начинает медленно раскачиваться, двигаюсь ему навстречу, а после движения на выход, с нетерпением жду нового погружения.

Изо рта в хаотичном порядке рвутся звуки страсти. Я не могу сдерживать их, кричу, отдаваясь процессу. Влад громко дышит, выбиваясь в меня, как молот. Музыка секса сотрясает стены, приводя их в бесконтрольное вибрирующее состояние.

– Я больше не могу, — обжигающим шёпотом признаюсь я ему на ухо, прикусывая мочку и утыкаясь носом в его мощную, пахнущую мужским терпким парфюмом шею.

– Чего ты не можешь, Варечка, — монотонно полирует меня изнутри, явно желая услышать что-то определённое.

– Я сейчас… Меня сейчас разорвёт на куски…, — признаюсь я, дрожа всем телом.

– Тебе нравится, крошка? Нравится, как я тебя трахаю? Нравится ощущать себя желанной и получать сочное удовлетворение?

– Да-да-да! — кричу я, чувствуя подступающие волны оргазма.

Впиваюсь ногтями в его плечи, двигаюсь в ожесточённом темпе, умоляю не останавливаться, проживаю последние секунды перед и разрываюсь в освобождающих судорогах и стоне наслаждения.

Влад ускоряется до невозможного, буквально через несколько секунд он изливается в меня горячим семенем, продлевая удовольствие от оргазма и создавая внутри непередаваемую реакцию наших соков.

– Моя девочка, — падает он на меня, не выходя из жаркой дырочки и тяжело дыша. – Варя, ты просто космос.

Лежу под тяжестью мужского тела, ощущая полное удовлетворение и чувствуя, как его мужской орган медленно покидает то место, где хочется, чтобы он был постоянно.

– Ты наглым образом воспользовался ситуацией, — на моих губах лёгкая улыбка, это не упрёк, это простая констатация фактов.

– Ты сама этого хотела, я просто немного ускорил наше сближение.

– Это было неправильно, — мои руки на его шее, провожу пальцами по коротко стриженному затылку, поднимаясь к макушке, и снова опускаюсь вниз.

– Варь, неправильным было ходить вокруг да около, облизываясь друг на друга и делая вид, что ничего не происходит.

– А как же период сближения, мы совершенно не знаем друг друга, а вдруг я не такая, как вам кажется, — игриво прищуриваю глазки, это просто разговор после секса, естественно, я ни о чём не жалею и с удовольствием бы повторила, но хочется получить что-то большее.

– Ты именно такая, какую я узнал. И если тебе нужен период сближения, я тебе его организую, не переживай. Просто именно сейчас наши тела не нуждались ни в чём другом, кроме этого.

Влад приподнимается на руках и дарит мне самый нежный поцелуй. Внизу живота отзывается новым спазмом, а Барсов опускается лёгкими прикосновениями губ вниз по шее к моей груди.

глава 23

– Я думаю, нам нужно прекратить это, — шепчу ему, тихонько вскрикивая от молниеносного разряда.

Он всего лишь прикусил мой сосок, слегка, почти незаметно, а меня пробило до самого низа, вызывая новую волну желания.

– Ты считаешь, что сейчас самое время? — он припадает к другой моей груди, обводит ореолу горячим языком, чуть посасывает, теребит кончиком и повторяет предыдущий прикус.

Меня выгибает дугой ему навстречу. Несмотря на то, что я только что бурно кончила, моё тело жаждет продолжения, а слова, которые я только что сказала — это не что иное, как просто отвод глаз, чтобы сделать себя в его глазах менее распущенной.

– Влад, — одним выдохом произношу я его имя, когда властная мужская ладонь забирается мне между ног. - Нам нужно остановиться…

Учащающееся дыхание сдаёт меня с потрохами, он видит реакцию, хищно улыбается, упирается в мой лоб своим лбом и низко басит:

– Варечка, я ещё тебя не распробовал, ещё хочу.

Чувствую у входа его уверенный стояк. Как он так быстро восстановился? Неужели такое бывает? Помню, мы с Ником обычно после одного раза заканчивали и шли в душ, а здесь сразу повторный.

– Нас могут услышать, — снова предпринимаю я попытку соскочить с продолжения, хотя чувствую, что самой дико хочется, мои влажные губки уже обнимают его головку на входе в мою киску.

– Варь, твои стоны уже слышали все, кому это было доступно, не переживай, здесь работают только взрослые адекватные люди, они прекрасно понимают, что такое страсть и как трудно ей противиться. Тебе же трудно? Да? Ты можешь сейчас сопротивляться?

Судорожно ловлю воздух ртом, да, я хочу его нового проникновения, но он почему-то медлит. Я хочу, чтобы он меня целовал, проникал вглубь моего ротика своим языком, пробегался им же по дёснам, дразнил и распалял меня до пика.

Неожиданно в голову влетает мысль, что я делаю всё неправильно, мгновенный страх покрывает кожу мурашками, я замираю.

– Что теперь? — он чувствует меня, вот и сейчас почувствовал перемену в настрое и спрашивает.

– Мы не должны были этого делать, — шепчу я, теперь испытывая стыд, за то что его член настойчиво просится в меня, и мне это приятно.

– Почему? — он не сдаётся, прижимает меня своим телом, трётся о створки входа, не спешит, но и не даёт о себе забыть.

– Вы – дядя моей подруги, — шепчу я, — да, пусть бывшей, но это все равно неправильно, — вымучиваю я эти фразы, а Влад лишь смеётся надо мной.

– Следующей причиной будет то, что мы с тобой партнёры, а ты против отношений на работе, — он снова кусает мой сосок, отчего из моего рта вырывается протяжный стон. - Или ты вспомнишь, что я тебя старше, а это порицается обществом?

Языком ведёт дорожку от груди по шее к губам. Целует поочерёдно верхнюю и нижнюю губы, расталкивает их языком, проникает внутрь моего рта, дразнит, манит, заводит своей страстью. Разве можно такое вынести?

– А ты считаешь, что это недостаточные причины, чтобы прекратить? — у меня совсем нет сил сопротивляться, держусь только на отчаянном голосе разума, который, игнорируя страсть, старается до меня докричаться.

– Я вообще это не рассматриваю, как причины. Есть ты, есть я, нас безумно тянет, мы искрим, касаясь друг друга, к чему условности?

– А что, если после нашей связи возникнут нежелательные последствия? — сейчас в моём мозге пульсирует одна мысль: мы не предохранялись,