Развод. Мы (не) простим - Джулиан Хитч

— Хорошо. Вы располагайтесь, а я схожу в вагон-ресторан. Хочешь чего-то?

— Кофе.

— Поесть?

— Нет… Но мне дико хочется пирожное. Песочное, с кремовыми розочками, самое свежее, но чтобы было холодное, из холодильника.

— Ваши желания, мисс, становятся всё более изощрёнными, — смеётся он.

— Мэм, — поправляю я.

Спустя час после отправления, мы с Дианой укладываемся на свою полку. Ваня сидит за столиком, что-то быстро печатая на ноутбуке. Но и он вскоре сворачивается.

Из-за шторы на потолок падают отблески фонарей, мимо которых проносится поезд. Стук колёс и ровное дыхание дочери медленно меня убаюкивают, пока я не проваливаюсь в спокойный, глубокий сон.

— Мить, мы уже скоро на месте. Держись. Не трясись, ты же не вчера начал работать… Что на кону? Я знаю, что на кону! Всё, развлекай их, потом я подключусь.

Просыпаюсь от голоса Вани. Он сидит у окна, уставившись в заблокированный экран телефона, на котором отражается его собственное искаженное напряжением лицо. Не сразу замечает, что я на него смотрю.

— Давно не спишь?

— Проснулась, когда ты говорил с Митей. — Если я требую от него честности, то и сама не буду врать.

— Вечером мне придётся отлучиться. У меня встреча с потенциальным партнёром.

— Надолго?

— Не знаю, как пойдёт. Я постараюсь побыстрее, но… Слушай, — оживляется, словно его озарило блестящей идеей, — ты же можешь пойти со мной! Мы встречаемся в хорошем ресторане. Уверен, тебе понравится! Да и он будет с женой.

— Нет, Вань, — качаю головой. — Вы будете говорить о работе, а мне что делать?

— Это скорее первое знакомство, чем деловые переговоры, — возражает он. — Поэтому будет просто светская беседа. Ты прекрасно впишешься. Всё! Решено! Возражения не принимаются! — улыбается Ваня. — Ты заслужила этот вечер.

— А Диана?

— Найдём няню, за несколько часов ничего не случится.

Мне не очень нравится эта идея, но Ваня так уверенно разбивает все мои возражения, что я почти сдаюсь.

— Мне нечего надеть на такой вечер.

— Это поправимо, Инга. Я куплю тебе всё, что захочешь.

С вокзала мы сразу едем в торговый центр. Ваня укачивает Диану на руках, что-то ей бормочет, пока со мной занимаются продавцы-консультанты.

— Какой у вас чудесный муж! — восторженно шепчет одна из них. — Других не заставишь ребёнка подержать. А ваш!.. Просто сказка!

Я и сама не могу оторвать от него глаз. Ваня приковывает к себе внимание окружающих — статный мужчина с крошечной дочкой на руках выглядит и сильным, и уязвимым одновременно.

— Инга, ты там застряла? Всё хорошо? — Я провожу в примерочной минут сорок, когда до меня доносится его обеспокоенный голос.

Мне не хочется выходить. Мерцающий свет и безжалостные зеркала превращают меня в женщину, сотканную из физических недостатков. Вещи сидят иначе, чем до беременности. Я не ощущаю себя ни красивой, ни сексуальной.

— Девушка?.. — Голос консультанта заставляет вздрогнуть.

— Секундочку! — Снова слышу Ваню.

Понимаю, что он собирается ко мне зайти. Не хочу, чтобы он видел меня в состоянии раздрая! Под спортивными костюмами и домашней одеждой скрывалось вот это? С раздражением в очередной раз смотрю в зеркало. Не стоило соглашаться на этот бутик. Эти вещи для других — стройных и уверенных в себе. Не для меня: с моими растяжками и неидеальной талией.

— Подождите пару минут! Спасибо!

— Она так вкусно пахнет, — слышу восхищенный шёпот консультантки.

— Это вы просто памперс не меняли, — шутит в ответ Ваня.

И через пару секунд оказывается рядом со мной.

— Вань, ты что, отдал нашу дочь незнакомцу⁈ — восклицаю, даже забыв о своих переживаниях.

— Незнакомке, — поправляет он. — Давай не будем об этом. Диана посидит пару минут на руках консультантки, ничего плохого не случится. — Переводит взгляд на десятки вешалок с одеждой, развешанных на крючках. — Неужели ничего не подошло? Ты даже не вышла, ничего не показала. Это из-за цен?

— Да, это слишком дорого.

Соврать проще, чем поделиться своими комплексами и страхами.

— Лгать мне ты так и не научилась, — вздыхает тихо. — Мы же договорились о честности. Ты держишь своё слово?

— Не могу в двух словах объяснить, что со мной происходит, — оправдываюсь я.

— Конкретно сейчас, Инга, что беспокоит именно в этот момент? Со всем остальным разберёмся позже.

— Я не могу надеть эти вещи, — признаюсь, отведя взгляд. — Я не до конца восстановила дородовую форму. Мне некомфортно и неловко. — И стыдно до слёз в этом признаваться.

— Я помню тебя до беременности. И сейчас ты выглядишь не хуже.

— Это не я прежняя!

— Тише, милая. Мы все меняемся, это нормально. — Обняв меня со спины, ладонями поглаживает живот. — Ты можешь раздеться? Покажи мне, что тебя смущает.

— Вань, ты требуешь слишком многого

— Я буду честным и объективным. Ты же поймёшь, если я совру. — Неуверенно, но я киваю. — Значит, тебе нечего бояться. Варианта два: либо ты всё так же прекрасна, как я помню, либо прекрасна по-новому.

— Подхалим, — выдыхаю я.

— Так что?.. Готова показать себя?

Глава 21

— Хорошо.

Долго готовиться к подобному бессмысленно. Резко снимаю свитер и бросаю на пуфик в углу. В зеркале отражается моя грудь в бюстгальтере для кормления — из-под ткани чашек видны прокладки, впитывающие подтекающее молоко. Скоро нужно будет кормить Диану.

Взгляд Вани скользит по животу с синеватыми растяжками по бокам… Я жду, когда он отвёрнется, чтобы не показать разочарования или жалости в своих глазах. Но Ваня смотрит совсем иначе — с давно забытым мною восхищением.

— Ты всё так же прекрасна, как я и думал.

И он не врёт. Я это вижу. Но как?

— А как же… это? — Касаюсь растяжки.

— Что? Это? — Он кладёт ладонь мне на живот. — Или это? Инга, это просто кожа. Живая. Если тебе не нравится, мы найдём способ это изменить. Но если ты ждёшь моей реакции… — Он берёт мою руку и прижимает к своему паху. Через ткань брюк я чувствую его твёрдое возбуждение. — Так понятнее? Это моя честная и неподдельная реакция на тебя.

Я не сразу отдёргиваю руку, буквально на несколько