Джерри Уандер - Греховный напиток

— Джейк что-то не звонит, — сказал он, когда Бетси намочила ему голову и медленно начала наносить шампунь.

Загипнотизированная его в меру мускулистым гладиаторским торсом, она пропустила эту миролюбивую реплику мимо ушей.

— Простите?

— Я дал ему ваш номер на случай, если малыш захочет со мной связаться, но он все не звонит.

Бетси взяла в одну руку душ, а другой принялась ерошить волосы Дэна, смывая пену.

— Наверное, для вас этот звонок многое значит, — сочувственно предположила она.

— Это так. Когда он был еще маленьким, я года два совсем не виделся с ним. С тех пор мне необходимо как можно чаще убеждаться, что с отпрыском все в порядке.

Бетси почувствовала, что за легкой иронией таится печаль.

— До сих пор чувствую себя виноватым за те годы.

— Ваш сын упрекает вас в том, что вы не виделись? Ему не хватало вас? — спросила Бетси.

— Он никогда не говорил мне об этом. И я старался не затрагивать эту тему.

— Но вы же такой прямой, открытый человек, — удивилась она.

— Наверное, боюсь услышать, что он осуждает меня, — признался Дэн с каким-то обреченным беззащитным видом, что было совершенно не похоже на обычные повадки бристольского сердцееда.

— А почему вы тогда не встречались? — Она тщательно наносила шампунь на густые темные пряди. Волосы Дэн отпускал несколько длиннее, чем считалось модным, кудри доходили до выступающего позвонка у основания шеи. И это место ее каждый раз неудержимо тянуло погладить или поцеловать.

— Потому что я ушел от жены и отправился работать в Штаты, а потом вернуться из такой дали представлялось делом нелегким, — и в денежном, и в эмоциональном отношении. Наш брак дал трещину, а страдал малыш. — Голос его сделался ровным. — Я поступил по-свински…

— Мы все совершаем поступки, о которых потом жалеем, — сказала Бетси, — а вы в то время еще не были достаточно зрелым человеком.

— В двадцать лет я не отличался ни терпением, ни способностью понимать других… Вот это действительно приятно, — внезапно произнес он.

— Когда массируют голову?

— Нет, когда вы прикасаетесь грудью к моему плечу, — сказал он и нахмурился, словно эти слова сорвались у него с языка случайно.

— Я буду только рада, если Джейк захочет приехать и пожить здесь несколько дней, — смывая шампунь с его волос, Бетси старалась, чтобы ее голос звучал непринужденно. — Разместиться есть где.

— Спасибо. И хотя Капри не лежит на пути его следования, я обязательно упомяну о вашем приглашении.

Бетси вытерла Дэну голову и передала полотенце для лица.

— Вот и все.

— Вы очень любезны, — сказал Дэн.

И вновь щемящая грусть охватила Бетси. Только что он впервые поделился с ней своими сомнениями и тревогами, но стоило соприкоснуться их телам, как между ними встал барьер отчуждения.

— Это входит в обязанности хозяйки, — ответила она, дожидаясь, пока Дэн натянет халат. — Не хотите перед обедом выпить бокал вина?

Массажная щетка в его руке замерла в воздухе, будто королевский жезл.

— Чрезвычайно заманчивое предложение.

Когда она вынесла поднос на открытую террасу, которая протянулась вдоль задней стены дома, то увидела, что ее гость разместился в плетеном кресле, положив ногу на маленькую скамеечку. Рядом, чуть левее соседнего кресла и софы, красовалась в кадках вьющаяся герань, которой чудом удалось выжить на пустующей вилле. Справа кивали белыми головками цветки барвинка. С моря долетал легкий бриз и трепал кусты олеандра, росшие в маленьком саду, шелестел листьями пальм. В вечернем воздухе пахло дождем.

— Что вы скажете о сценарии, скажем, из шести частей, о небольшой частной авиакомпании и ее владельце, который пытается не дать проглотить себя транснациональному монстру? — спросила Бетси, наливая вино в бокалы. — Это всего лишь замысел, и я, конечно, не смогу сейчас заняться им всерьез, поскольку все время отнимает суиндонский цикл. Но я хотела узнать ваше мнение…

— Скажу, что это интересно. Меня интересуют все ваши замыслы. Если хотите, можете набросать план, а я покажу его Мартину.

— Спасибо, я так и сделаю.

— А вам кто-нибудь рассказывал о том, как частные авиакомпании ведут борьбу за выживание? — полюбопытствовал Дэн, когда она села на софу.

— Да, но уже не отчим. По крайней мере, не официальный мой отчим.

— Сколько же у вас всего отчимов? — изумился Дэн.

— Только два. Мне было двенадцать лет, когда умер отец, и мама вышла за Джорджа, с которым прожила до моего шестнадцатилетия. Когда мне исполнилось двадцать, на сцене появился Федерико. А через четыре года он ушел. Но в промежутках между отчимами у мамы были и другие… знакомства. У одного поклонника была своя авиакомпания, на которую нацеливалось крупное объединение, но ему удалось отбить атаку.

— Ваша матушка, по-видимому, пользовалась успехом у мужчин, — заметил Дэн.

— И до сих пор пользуется, — нехотя подтвердила Бетси и замолчала. Стоит ли открывать ему, кто на самом деле ее мать? Она задумалась, чувствуя внезапное искушение отбросить осторожность и поделиться правдой. Но если она это сделает, придется ответить на ряд неизбежных вопросов. Бетси медленно поднесла бокал к губам. И тогда со сцены исчезнет нынешняя, овеянная неким ореолом героиня, уступая место… Нет, ни за что!

— Вы, кажется, очень преданная дочь, — произнес Дэн, поудобнее устраивая ногу на скамеечке. — Но, наверное, вам тяжело было выносить ее бесконечные… метания, как называет это Мартин.

— Не особенно, я была к подобному готова. Отец тяжело болел и знал, что умирает. В последние дни он много говорил со мной о будущем, — с грустью пояснила Бетси. — Ему удалось объяснить упрямой малышке даже то, что не всегда доходит до взрослых умников. Я начала понимать, что с мамочкой мне придется нелегко. Но я не имею права на предательство.

— Потому что вы сильная, как и он?

— Возможно.

— Нет, это точно. Вы сильная натура, а временами бываете просто несносной поборницей нравственности, — ввернул, желая поддразнить ее, «маэстро».

Бетси немедленно показала ему язык.

— И ведете себя, как ребенок, — добавил Дэн.

— Мама всегда привлекала к себе определенный тип мужчин — по-своему милых, но лишенных ответственности. Все они предпочитали ни к чему не обязывающие отношения, — хитро сощурившись, продолжала Бетси. — Легко сходились, легко расставались.

— Ваша мать не пыталась их удержать?

— Нет. Она привыкла играть роль бабочки, перелетающей с цветка на цветок. В ней действительно море обаяния. Если бы вы встретили ее, то наверняка влюбились бы, как и большинство любвеобильных представителей сильного пола.