Бренда Голдсмит - Навстречу ветрам

— А ты что, в детстве увлекался медициной?

— Нет, — хмыкнул он. — Сама знаешь, гипс затрудняет движения, а я был подвижным ребенком.

— По-моему, ты не слишком с тех пор изменился! — улыбнулась Эмили и, помолчав, спросила: — А что тебе нужно, чтобы снять швы?

— У тебя есть маленькие ножницы и пинцет?

— Думаю, у Мэгги в коробке для рукоделия найдется. Пойду взгляну. — Она вышла в гостиную и достала из коробки допотопные ножнички в виде птицы с лезвиями-клювом, а потом поднялась в спальню и взяла из маникюрного набора пинцет. Вернувшись в гостиную, вручила Клайду. — Сгодится?

— Вполне. Пойдем на кухню. — Клайд вымыл руки, потом поставил два стула рядом, но так, что они смотрели в противоположные стороны. На один посадил Эмили, а на другой сел сам — так близко, что их бедра соприкасались. Взял ее за локоть и, осмотрев швы, сказал: — Вроде бы все в порядке. Ну что, готова?

Рядом с Клайдом Эмили чувствовала себя уверенно и спокойно. Он согнул ногу в колене и поставил стопу на перекладину стула, а потом, взяв ее за запястье, положил руку себе на колено. Эмили вздохнула и, вспомнив, как ей зашивали рану, на всякий случай закрыла глаза.

— Я готова, — шепнула она.

Клайд провел пальцем по швам, и Эмили собралась с духом, приготовясь терпеть боль. Сосчитала про себя до десяти и сосредоточилась на своем дыхании. Стараясь не смотреть на свой шов, она распахнула глаза и, повернувшись к Клайду, попросила:

— Можно побыстрее?

Клайд улыбнулся и наклонился к ней.

— Можно.

Эмили смотрела на его рот. До чего же у него красивые губы! Вот она и будет смотреть на них, чтобы отвлечься от предстоящей ей неприятной процедуры.

— Я готова, — повторила она.

— Я рад, — ухмыльнулся он, — только операция уже закончилась.

— Как? — Эмили перевела глаза на локоть. Так и есть: маленьких черных стежков как не бывало. — Но я же даже ничего не почувствовала… Как тебе это удалось?

Клайд все еще держал ее руку и осторожно водил пальцем по ярко-розовому шву.

— Я же говорил, снимать швы намного легче, чем накладывать.

Внезапно Эмили отчетливо ощутила его ладонь на своей руке и тепло его большого сильного тела рядом со своим. И ей захотелось прижаться к нему — и будь что будет!..

Похоже, Клайд думал о том же: он смотрел не отрываясь на ее губы, а потом нежно притянул ее к себе. Его губы коснулись ее губ, но тут волшебство момента разрушил оглушительный трезвон.

Клайд чертыхнулся и, отпустив ее руку, вышел из кухни. А Эмили приложила ладонь к сердцу, которое только что не выпрыгивало из груди, и подумала: интересно, чем бы все закончилось, не прерви их незваный гость?

Она прислушалась: Клайд разговаривал с кем-то в прихожей.

Эмили встала и, собрав со стола кусочки шелковой нити, выбросила в мусорное ведро. Поставила на место стулья и собралась отнести ножницы в гостиную, а пинцет в спальню, но на пороге появился Клайд.

С минуту он смотрел на нее так, что ей стало не по себе.

— Кто это был? — спросила она, нарушая затянувшуюся паузу.

— Парнишка, что работает посыльным в цветочном магазине. Спрашивал, не нужно ли тебе помочь навести порядок во дворе.

Помощь ей не помешала бы, но в данный момент это ей не по карману.

— И что ты ему сказал?

— Сказал, что вряд ли.

— И правильно сделал, — кивнула она. — Я справлюсь с этим сама. Ключица заживает. Смотри! — И она подняла правую руку. — Еще чуть-чуть — и я буду ого-го!

— Смотри не переусердствуй! — предупредил ее Клайд, а потом, бросив на нее пытливый взгляд, тихо спросил: — Ну что, продолжим?

У Эмили так и чесался язык спросить, что он имеет в виду, но Клайд повернулся и бросил через плечо:

— Когда закончим с гостиной, я съезжу домой. Пока погода хорошая, доделаю крышу.

— Хорошо, — преувеличенно бодрым голоском сказала она, а про себя подумала, что с превеликим удовольствием продолжила бы заниматься тем, чем они занимались, когда их прервал звонок. Это куда приятнее, чем отдирать панели со стен гостиной.

Клайд укладывал черепицу на крыше своего дома и старался не думать об Эмили, но у него ничего не получалось. Последнее время он только о ней и думал. Думал о том, какая она красивая и как от нее приятно пахнет. И как он ее хочет.

Дразнящие мысли преследовали его днем и ночью.

Эмили уверяет, будто бы у них нет ничего общего. И ей хочется верить, что она терпеть не может все то, что нравится ему. Интересно, в чем тут дело? То ли она на самом деле терпеть не может жить в глуши, то ли просто прячется в большом городе. А если прячется, то от чего или от кого?

Надо будет поговорить с Памелой, когда та вернется. Она дружила с бабкой Эмили и наверняка многое знает. Бедняжка Эмили! Потерять родителей, да еще в таком сложном возрасте, а потом приехать жить на новое место, к бабке, которую она едва знает.

Вообще-то, расспрашивать Памелу Клайду не слишком хотелось, но вряд ли Эмили станет с ним откровенничать. Каждый раз, когда он пытался заговорить о том, как ей жилось в Огасте, она, так или иначе уклонялась от ответа.

А он открыл ей душу. Рассказал про взрыв и контузию. Правда, кое о чем все-таки умолчал.

Клайд прибил еще одну черепицу. Нет, надо будет поговорить с Памелой. Ему нужно знать про Эмили все, потому что… Потому что он ее любит.

Клайд забил гвоздь и, подняв глаза на небо, подумал: ну почему именно ее? Какого черта он влюбился в женщину, которая обожает дышать выхлопом и жить среди бетона и асфальта?

Потому что женщины милее Эмили он в жизни не встречал.

Клайд забил очередной гвоздь. А может, это никакая не любовь? Может, это вполне естественное влечение здорового мужчины к красивой женщине? Ну да, скорее всего он принимает похоть за любовь. И неудивительно: жить под одной крышей с такой красоткой и до сих пор не переспать с ней — да от такого у кого хочешь крышу снесет!

Клайд попробовал вспомнить своих прежних подружек и с изумлением обнаружил, что они напрочь стерлись у него из памяти. А от одной мысли, что Эмили продаст дом и уедет в Бостон, у него все переворачивается внутри. Нет, такого с ним еще не бывало!

Он чувствовал, что и Эмили к нему неравнодушна. Только, доведись ей выбирать между ним и Бостоном, велики ли у него шансы?

Клайд закончил последний ряд черепицы и спустился вниз.

Нужно придумать, каким образом задержать Эмили в Огасте. Она сказала, что мечтает стать писателем. Но ведь писать книги можно где угодно. Остается убедить ее в том, что и в маленьких городках можно жить. И очень даже неплохо.

Клайд швырнул молоток в ящик с инструментами. Может, для начала показать Эмили свой дом? И объяснить ей, почему для него так дороги этот клочок земли и дом, который он строит своими руками. Он вспомнил, как Эмили убеждала его заняться «настоящим делом».