Наташа Окли - Средство от одиночества

— Пока, — хихикнула Джемайма.

Майлз засмеялся, хотя в сердце как будто кольнуло. Ее что же, совсем не волнует, что он провел вечер с другой женщиной? И если так, то почему?

Он почти весь вечер думал о ней. Гадал, сказала ли она Бену и Сэму о поездке в город. Но больше всего о том, думает ли она о нем...

Меньше минуты разговора по телефону — и все стало ясно: она ни секунды не думала о нем.

— Кактус как-то не убеждает, — сказал он.

— А одуванчик убеждает? Господи, Майлз, вы встречаетесь не с теми женщинами.

Он и сам уже подумывал об этом. Интересно, что скажет Джемайма, если он пригласит ее на ужин? Прямо сейчас? Ответ прозвучал у него в ушах, словно он его услышал. Она откажется, наверняка.

И все же...

Майлз решил, что надо дать ей понять — он звонит ей по делу. И тут совсем ни при чем ее зеленые глаза и бледная кожа. Да и поцелуй, который он помнит прекрасно.

— На месте Кейры я бы не стал бежать за фатой, — сказал он. Как приятно ее целовать! Было бы еще приятнее, если бы она лежала рядом, теплая и сонная. Он бы подвинулся к ней, дотронулся...

— Значит, вечер не удался. Какое разочарование — после такого многообещающего начала.

— Во всяком случае, мне, наверное, было все-таки веселее, чем вам над свадебными журналами.

Джемайма хохотнула.

— Это точно. А вы знаете, мне, кажется, повезло с шатром.

— И как вы его нашли?

— Ну, я подумала, что у людей, которые провели этот уикенд в Менингтри, должно было что-то сохраниться. Пока вас не было в офисе после обеда, я все разузнала и договорилась с ними. Ну как вам? Я молодец?

— Молодец. — Иного он от нее и не ожидал.

— Он большой, белый, нам остается только придать ему средневековый вид, но это как раз такой шатер, который искали Алистер и Рейчел.

— Теперь вам остается найти поставщика и повара, который умеет зажаривать на вертеле целого поросенка, — сказал Майлз.

— А вы такого не знаете? — спросила Джемайма. Как хорошо быть дома! И говорить с Джемаймой...

— К сожалению, нет. Зато я подергал за все ниточки и пожертвовал огромные деньги Ормондской городской больнице, чтобы нанять музыкальный ансамбль, исполняющий музыку барокко.

— А при чем тут пожертвование Ормондской больнице?

— Да при том. — Майлз сбросил туфли и уселся поудобнее на диван. — Одна из скрипачек этого ансамбля — дочь педиатра, который, как оказалось, живет с сестрой Хью Фокстона. С этим Хью мы с Алистером учились в одной школе.

Мгновение в трубке молчали, потом послышалось:

— Вот это да!

Майлз рассмеялся.

— Впечатляет?

— Еще как.

Майлз вдруг сообразил, что говорить вроде бы больше не о чем, а Джемайму отпускать не хочется.

— Вы сказали мальчикам про завтра? — спросил он отрывисто.

— Еще нет. Решила, пусть это будет для них сюрприз, но уже приготовила еду, чтобы не тратить время утром.

Майлз представил себе сэндвичи, завернутые в бумагу, которые Джемайма каждый день приносила с собой на работу. Потом представил, как Джемайма с мальчиками ищут местечко, где их съесть. Будь у нее деньги, она просто сводила бы их в ресторан.

Но нет, ей приходится считать каждый шиллинг, а Рассел живет себе поживает да изредка дарит сыновьям подарки.

— Вы решили, что будете делать? — спросил он.

— Не совсем. Я подумала, посмотрю, чего мальчикам захочется. Может, они захотят просто побродить по магазинам.

Нет, подумал Майлз. Нужно что-то получше, чем ходить и смотреть, сколько что стоит. Он ей поможет.

— Джемайма...

— Да!

— Если вы пока ничего не запланировали на после обеда, я могу позвонить кое-кому и попросить об услуге.

— Майлз, я...

По ее голосу чувствовалось, что она колеблется.

— У меня идея. Расскажу о ней завтра.

— Вы не должны чувствовать себя...

Он прервал ее.

— Вы пока думайте о том, как найти повара, который умеет готовить на открытом огне, а я что-нибудь придумаю для Бена.

Пока заканчивать, решил Майлз. Нельзя забывать, что никакие отношения с Джемаймой невозможны. Только... только все труднее помнить об этом.

— Мам, ты правда здесь работаешь? — спросил Сэм, прижавшись лицом к стеклянной двери «Кингсли и Брессингтона».

— Да. Через минуту сам увидишь. — Джемайма оттащила сына и нервно поправила свои непослушные кудри. Надо было их хотя бы сколоть. Оставалось только надеяться, что Майлз не подумает, будто она для него старалась — он ведь назвал их «сексуальными»

Хотя, может, и для него. Точно для него. Только хорошо бы он так не подумал.

— Там кто-то идет, — сказал Бен. Сэм бросился вперед.

— Это Майлз! Я ездил на его машине, когда болел.

У Джемаймы екнуло под ложечкой, во рту стало сухо, а ладони мгновенно вспотели. Господи, помоги мне.

— Привет, — с трудом выдавила она, когда он открыл дверь.

— И вам всем привет.

Джемайму вдруг одолело такое смущение, какого она не испытывала никогда в жизни. Что он видит, когда смотрит на меня вот так?

— Итак, ты, значит, Бен, — сказал Майлз, переводя взгляд на старшего сына. — А с Сэмом мы уже знакомы.

— Я ездил на его машине, — вновь похвастался Сэм.

Джемайма положила руки на головы сыновей и повела их внутрь. Бен потрясенно озирался.

— Класс! — воскликнул он, глядя на открывшуюся перед ними лестницу. — Это даже круче, чем в офисе у папы.

Майлз поглядел на Джемайму поверх его головы и улыбнулся.

— Вы лучше посмотрите, где работает ваша мама. Это наверху.

Сэм сунул ладошку в руку матери, и они пошли к ее кабинету.

— Вот здесь я и работаю, — сказала Джемайма. Бен, как Джемайма и ожидала, тут же уставился на компьютер.

— А в нем есть игры?

Джемайма ответила на улыбку Майлза.

— Вряд ли. Мне некогда играть в игры.

— В моем есть, — вмешался Майлз. Он с усмешкой подошел к открытой двери своего кабинета. — Хотите посмотреть?

Бен и Сэм мгновенно позабыли про смущение.

Минуту спустя три головы сгрудились перед экраном. Майлз обернулся и улыбнулся Джемайме, и у той снова екнуло под ложечкой.

Она отступила в свой кабинет, перечисляя в уме все доводы, почему она больше ни за что не поверит ни одному мужчине. И особенно этому.

— Они сразу все сообразили, — сказал Майлз, подходя. — Нынешние дети, кажется, уже рождаются готовыми программистами.

Джемайма медленно сосчитала до десяти. Спокойствие. Просто сегодня выходной, поэтому все тут и выглядит так непривычно.

А Майлз помогает ей просто по доброте душевной.

— Чай? Кофе? — спросил Майлз. Он по обыкновению выглядел полностью уверенным в себе. В отличие от Джемаймы.