Ронда Гарднер - Мечта Оливии

— Я не дурочка, Эдвард.

— Оливия, относительно Риа…

— Если Риа потребуется мой совет, я скажу ей, чтобы она забрала эти акции и уезжала подальше.

Она ударила ладонью по кнопке. Двери сомкнулись, и Оливия в изнеможении откинулась к стенке лифта.

6

Утром Оливия проснулась с головной болью. Она никогда больше не должна встречаться с ним. Она его оттолкнула, она оскорбила его, заявила, что никогда не будет уговаривать Риа вернуть акции, получить которые он так стремился. Нет, — думала она, прихлебывая давно остывший кофе, — она никогда больше не должна иметь никаких дел с Эдвардом Арчером. В ее жизни достаточно волнений и без него. Надменный негодяй! За кого он ее принимает!

Ведь Эдвард убежден, что она ненамного лучше, чем простая шлюха, которая спала с его отчимом, потаскуха, которая знает, где можно найти Риа Боском, но упрямо отказывается помочь ему ее отыскать.

Не имеет значения, почему он пытался соблазнить ее, — потому ли, что завелся, или потому, что надеялся в постели выведать от нее адрес Риа. В любом случае это означало, что он снова унизил ее — и она сама помогла ему это сделать.

Ее лицо вспыхнуло, когда она вспомнила, как отвечала на его поцелуи. Это только лишний раз доказывало, какая кутерьма теперь творилась в ее мире.

А сегодня рано утром она приняла самое трудное в своей жизни решение. Она закрыла магазин.

— Это всего лишь на пару недель, — заверяла она Дольчи. Девушка вежливо улыбалась и в свою очередь заверяла, что она знает — это ненадолго.

Но это могло быть навсегда, и они обе знали это. С тех пор, как разразился скандал, у них не появился ни один покупатель, а без покупателей «Мечта Оливии» быстро умрет.

В этом была вина и Риа, которая так и не появилась. Ее, с которой все и началось, сплетни пока не коснулись.

Оливия поморщилась. Если бы я знала, где ты, Риа, я нашла бы тебя, схватила бы за плечи и трясла изо всех сил, чтобы тебе было неповадно так поступать со мной.

Оливия медленно подошла к окну, положила ладони на подоконник и выглянула на улицу. Если бы она знала, где находится Риа, она нашла бы выход.

У нее перехватило дыхание. Из своего автомобиля вышел и быстро направился к ее магазину Эдвард Арчер. На нем была кожаная куртка, потертые джинсы и короткие кожаные сапоги. Он выглядел как человек, поперек дороги которому не стоило бы становиться никому.

Он бросил в сторону окон ее квартиры пристальный взгляд, и Оливия отпрянула в глубь комнаты. Сердце у нее забилось от испуга, но это было уже смешно: он не мог ее увидеть, не мог просто так подняться к ней. Сначала Арчер должен был остановиться и позвонить в дверь.

А она не станет отвечать. Не получив ответа, он уйдет.

Но Эдвард не уходил. Он звонил и звонил, а потом до Оливии донеслись звуки ударов его кулаков в дубовую дверь, она с голыми ногами выбежала из комнаты, скатилась по лестнице и промчалась через магазин. Нервными движениями она открыла замки и распахнула дверь.

— Убирайтесь! — потребовала она, ее всю трясло от негодования.

Лицо Эдварда не выразило ничего, словно он не расслышал ее слов.

— Привет, Оливия. Вы не пригласите меня зайти?

— Нет. — Тяжело дыша, она уперла руки в бока и вызывающе взглянула на него. — И не подумаю.

Он осмотрел ее с головы до ног, и всю ее охватил жар, когда она поняла, как сейчас выглядит — во фланелевом халате, непричесанная, с голыми ногами, виднеющимися из-под края халата, доходившего только до колен. Но она не сдвинулась с места. Поступить иначе означало бы согласиться со своим поражением.

— Я вижу, вы сегодня не открыли магазин, — сказал он.

Оливия язвительно улыбнулась.

— Вы всегда бываете таким умным с утра?

— Я должен поговорить с вами.

— Да? Это вы утверждали и вчера вечером, — сказала она и попыталась закрыть дверь. — Но я не хочу разговаривать с вами.

— Я не пришел бы сюда, если бы у меня был выбор.

— Готова держать пари, что это так. Я…

Он потянул на себя дверь и без труда распахнул ее.

— Эй! Что вы себе позволяете?

— Позволяю себе войти внутрь, — ответил он угрюмо. — В отличие от вас я не горю желанием, чтобы наш разговор был запечатлен для потомства на страницах «Чаттербокса».

Оливия закусила губу: в своем гневе она забыла о репортерах, часами торчавших вокруг магазина. Но, взглянув на улицу, она облегченно вздохнула — пока никого не было видно.

— Не знаю, не знаю, — сказала она, покачав головой. — Пожалуй, это была бы потрясающая история для «Чаттербокса». Что-то вроде: «Пасынок следует по стопам отчима». — Она нахмурилась. — Нет, слишком неуклюже, не тянет на хороший заголовок. Но главную идею вы уловили. Представьте только, в какое количество газет они продадут свою историю, если засекут вас, проследят ваш путь к дверям женщины, которая, по утверждению газет, была у вашего отчима…

У нее перехватило дыхание, так как Арчер обхватил ее за талию, втащил в дом и захлопнул за собой дверь.

— Вам грозит потеря «Мечты Оливии». — Это заявление было произнесено с такой спокойной уверенностью, что сразу заставило ее замолчать.

— Что вы имеете в виду?

— То, что я сказал. Вы потеряли ваших клиентов, а теперь еще и закрыли магазин.

— Это временно, — быстро парировала она.

— Конечно, — холодно заметил он, — бубонная чума тоже была временным явлением. Как вы будете оплачивать счета? — Он скривил рот. — Например, проценты за этот месяц по займу. Вы не сделали этого, конечно, вы не позаботились ни о чем. Добрый старина Чарли все прощал.

Она проигнорировала его саркастическое замечание.

— «Чаттербокс» не может бесконечно заниматься этой историей. Как только дело вновь пойдет… — уверенно сказала она, хотя сама мало в это верила.

— Как оно может пойти, если магазин закрыт? — Арчер скрестил руки на груди. — Даже с щедрым подарком Райта вы на грани банкротства. Что скажете, Оливия? Хотите разговаривать, или хотите дуться?

Оливия взглянула ему в лицо:

— Не могу представить, о чем мы можем с вами говорить.

— О нашей общей проблеме. — Он широко улыбнулся. — Риа Боском.

В этом он был прав. Риа владела ключом ко всему.

Она вздернула подбородок.

— У вас две минуты.

— Хотите разговаривать здесь? Насколько мне известно, «Чаттербокс» прослушивает это место.

Она побледнела.

— Вы смешны. — Их глаза встретились. — Хорошо, дайте мне десять минут, чтобы одеться. Эдвард чуть улыбнулся:

— Управьтесь за пять.

— Или что? — гордость заставляла ее упрямиться.