Эн Хэмпсон - Мятежная душа

— Только семьдесят пиастров! — воскликнула она. — Видишь, я умею торговаться.

— Семьдесят?! Да этот тип просто грабитель!

Джуди высыпала свою добычу на колени и принялась ее разглядывать.

— Сам посмотри, — радостно щебетала она, — два кольца со скарабеями, четыре ожерелья под серебро…

— Под… подо что?

— Это такой металл, он похож на серебро, — виновато пояснила она, но тут же снова оживилась: — Раз… Два… Три… Семь брошей с яркими камешками, похожими на рубины… — снова виноватый взгляд в сторону мужа. — Две пары серег… Да, я считаю это очень выгодной покупкой.

— Но ты же нахватала всякую дрянь! — совершенно беззлобно заметил он, вертя в пальцах брошь.

— Не дрянь, а бижутерию, — шутливым тоном поправила она и добавила, но уже серьезно: — Когда мы вернемся домой, я все раздам. Маленьким девочкам в деревне очень понравятся эти вещицы.

— Зачем же было их покупать? Чтобы потом раздать? Купила бы что-нибудь другое…

Джуди покраснела и беспомощно развела руками:

— Но у него ничего больше не было…

— Так ты… Ты просто сжалилась над беднягой и скупила всю его др… бижутерию? — Крис смотрел на нее совершенно другими глазами, в которых читались изумление и восхищение. Его рука снова завладела ее ладонью, и он чуть хрипло сказал: — Да, малыш, тобой действительно можно гордиться!

Глава 8

Солнце уже встало, в городе бурлила жизнь, а Джуди все еще нежилась в постели, прикидывая, сколько ей осталось времени, чтобы встать, принять ванну, одеться и спуститься в ресторан, где ее будет ждать Крис.

Девушку разбудил крик муэдзина, призывавший с минарета на молитву правоверных мусульман. Его зычный голос раздавался пять раз в день: мужчины должны были бросать свою работу, спешить в ближайшую мечеть и молиться, повернувшись лицом к священной Мекке — родине пророка Магомета.

Вспоминая события прошлого дня, девушка утвердилась во мнении, что с мужем ей повезло. Ведь дедушка мог выдать ее за кого-нибудь другого… кого-нибудь, похожего на Винсента! Джуди вздрогнула. Этот потный коротышка… Глядя на него, никак не можешь отделаться от мысли, что ему надо принять душ и переодеться.

Вчера… Никогда еще не происходило так много важного всего лишь за несколько часов! Быть может, этот волшебный город околдовал их? Недаром же арабы говорят: «Кто испил воды Нила, не сможет покинуть его берегов». Ходили даже легенды о людях, пытавшихся уйти, но погибших от жажды…

Джуди сладко зевнула; ей снова захотелось спать, но пора было подниматься. Сегодняшнего дня она ждала, можно сказать, всю жизнь. Пирамиды!

Она улыбнулась. Сейчас казалось невероятным, что совсем еще недавно — всего два месяца назад — она не хотела выходить замуж за Криса…

Когда они вышли из ресторана, Али уже ждал их в фойе. Едва отзвучали его витиеватые восточные приветствия, подошла машина, и все трое отправились по недавно построенному современному автобану в предместья Каира. Вскоре городские постройки остались позади, и перед ними раскинулись бескрайние поля с редкими крестьянскими домиками. А там, за полями, высились исполинские каменные громады — пирамиды Гизы.

— Ох, Крис, — вздохнула Джуди, не в силах оторвать глаз от пирамиды Хеопса, — разве это не чудо?

Солнце окрасило золотом одну из граней величественного сооружения, и девушка даже вскрикнула от восторга.

— Интересно, — возбужденно шептала она, — как же выглядели пирамиды давным-давно, когда еще были покрыты алебастром и сверкали, словно жемчуг? А сфинкс? Ведь его голову украшал бесценный орнамент, а лицо покрывала красная краска…

Крис только улыбался в ответ.

Путешествие продлилось не более получаса. В конце дороги шофер остановил машину и сказал, что дальше они поедут на верблюдах или в повозке, как пожелают.

— Как ты относишься к верблюдам? — опасливо спросила Джуди и не удивилась, когда на лице мужа появилась брезгливая гримаска.

— Отрицательно, дорогая. Но тебе мешать не стану. Попробуй, если захочешь…

В этот момент погонщики подвели верблюдов. Исходящий от них запах никак нельзя было назвать приятным, и Джуди, как ни хотелось ей покрасоваться на спине этого корабля пустыни, поспешила к Крису, стоящему у повозки. Рядом толпились арабы в белых балахонах, пытаясь всучить ему сувениры «из гробниц», открытки с видами пирамид и прочую ерунду, на которую так падки туристы.

Повозка двигалась медленно, и когда они добрались до пирамиды Хеопса, Али уже ждал их. Он тут же начал свой рассказ, но Джуди, казалось, не слышала его: ее широко открытые глаза с восторгом и трепетом взирали на величайшее творение человеческих рук. Али между тем говорил о фараонах древнего Египта и об их неустанной заботе о жизни после смерти. Он цитировал Геродота, подсчитавшего, что для строительства великой пирамиды потребовался труд тысячи рабов на протяжении двадцати лет. Камень для нее добывали в горах Мокаттама, тщательно обтесывали и укладывали блок за блоком.

Джуди закинула голову и посмотрела вверх.

— Я чувствую себя муравьем, — шепнула она мужу, и тот понимающе кивнул.

— Монже, — продолжал Али, — математик Наполеона, высчитал, что если разобрать три крупнейших пирамиды Гизы, то получится стена толщиной в фут и высотой в десять футов, которой можно окружить всю Францию.

Джуди недоверчиво взглянула на него, но старик явно не шутил, а проверить расчеты Монже она все равно не могла.

— А теперь пройдем внутрь, — сказал Али. — Идите друг за другом и, пожалуйста, держитесь за поручень.

Проход был узким и длинным. На них повеяло холодом; Джуди вздрогнула и свободной рукой вцепилась в рубашку Криса.

— Все в порядке? — обернулся он.

Девушка кивнула и улыбнулась.

— Немного страшновато, — сказала она. — Когда был похоронен Хеопс?

— Пять тысяч лет назад… Ты невнимательно слушала Али.

— Я больше смотрела, чем слушала, — признала она, — и наверняка пропустила массу интересного.

Они продолжали идти по проходу, освещенному электричеством лишь на три фута над землей. Джуди старалась не думать о нависших над нею тысячах тонн камня — подобные мысли вселяли ужас. Но вот свет стал ярче, и они вошли в усыпальницу. Ее стены были сделаны из черного базальта, а сам саркофаг — из красного гранита.

— Как-то мне не по себе… — пробормотала Джуди. Ей внезапно захотелось на воздух: их присутствие здесь казалось нелепым, неуместным. Нарушать покой мертвецов во все века считалось кощунством и святотатством.

Когда они снова вышли на солнце, она с облегчением вздохнула. Али предложил посетить еще одну пирамиду, построенную сыном Хеопса Хефреном, но Крис и Джуди вежливо отказались.