Лайза Роллингз - Идеальная свадьба

Все было готово ровно в срок, но только Роуз и Энтони знали, чего им это стоило. Не считая огромной суммы денег, затраченной на аренду банкетного зала, наем официантов и поваров, покупку цветов и украшений, двое доморощенных организаторов израсходовали также весь запас собственных физических и душевных сил. Глядя на горку бумажных стаканчиков из-под кофе, Роуз задавалась вопросом: не упадет ли она в обморок к вечеру от усталости и так ли уж нужны ей были десять тысяч долларов.

— Ну, что мы еще не учли? — Энтони вошел в банкетный зал, посреди которого красовалась специальная тележка с водруженным на нее огромным тортом.

Сама вечеринка должна была проходить на свежем воздухе, но Роуз боялась, что может начаться дождь, гак что перестраховалась и настояла на аренде банкетного зала.

— Есть вероятность, пусть и небольшая, что налетит смерч или ураган, но, к счастью, от нас это не зависит.

— Ты выглядишь усталой. — Он положил руку ей на плечо. — Может, поедешь домой?

— Только после того, как вечеринка закончится. Я должна убедиться, что все пройдет гладко.

— Ты проделала большую работу. — Энтони устало улыбнулся. — Ты гений, Роуз.

— Без тебя я бы не справилась.

— Глупости. Это я без тебя не обошелся бы. Именно ты придумала сценарий праздника, все организовала, нашла персонал… Я лишь выполнял твои поручения. Честное слово, Роуз, тебе надо сменить работу. Ну какой из тебя клерк? Ты просто обязана открыть собственное агентство по организации праздников.

— Зачем? Их и так хватает.

— Но у тебя определенно талант…

— У меня полно талантов, — рассмеялась Роуз. — Не все из них можно продать.

— Поверь, ты ошибаешься. На эту тему тебе надо бы поговорить с моим отцом. Он в два счета докажет тебе, что продать можно что угодно. Даже способность насвистывать незатейливые мелодии.

— Ты так часто говоришь о своем отце… Даже странно, что у вас есть разногласия. Не знай я об этом, подумала бы, что он твой кумир.

— Он многому меня научил, — сказал Энтони. — Как ни крути, но долгое время он был центром моей вселенной. Солнцем, которое светило только для меня. Однако выяснилось, что и на солнце есть пятна. И порой хочется укрыться в тени от его вездесущего света.

— Понимаю, — протянула Роуз. — Хоть никогда подобного и не испытывала.

— Твои папа и мама не пытались тебя поучать?

— Ну этой болезнью страдают все родители, — рассмеялась Роуз. — Но они никогда не говорили мне, как жить. Давали свободу выбора, пусть и скрепя сердце. Хотя кое-какие идеалы, которые они старались привить мне, оказались ложными. Впрочем, я многим обязана своим родителям… в том числе и некоторыми своими комплексами. Однако зла на маму и папу я, разумеется, не держу. Напротив, я благодарна им за все… даже за комплексы. И мне никогда не хотелось спрятаться от родителей. Я скучаю по ним, всегда езжу в гости на Рождество и другие семейные праздники…

— Идиллия. — Энтони хмыкнул.

— Всякое бывало, — справедливости ради заметила Роуз. — Все мы люди, у всех есть недостатки. Возможно, если бы я выросла в семье миллионеров, все сложилось бы по-другому. Деньги — это большая ответственность. Они дают иллюзию власти. И не всегда человек в состоянии остановиться в стремлении подчинить, перевоспитать, поработить. Чаще всего богатые люди относятся даже к членам своей семьи потребительски. Иначе уже не могут.

— Вот и мой отец считает меня всего лишь выгодным капиталовложением, — кивнул Энтони. — Ты хорошо понимаешь психологию богачей. Как это произошло, если ты сама из семьи среднего достатка?

— Просто я очень умная, — улыбнулась Роуз.

— Что бы ты сделала на моем месте? — вдруг спросил Энтони, и в его глазах мелькнуло отчаяние.

— Может, сначала опишешь ситуацию?

Он заходил взад-вперед.

— Допустим, ты — дочь миллионера. Твой отец властный, не признающий компромиссов человек. Он привык, что любое его желание тут же исполняется. Люди, окружающие его, относятся к нему подобострастно, чуть ли не в ноги кланяются. Он привык к такому отношению. Для него это норма. Естественно, полного подчинения твой отец требует и от тебя. Ты вроде как его собственность. А тебя, допустим, это не устраивает. А кого бы устроило? Ведь тебе диктуют свои правила, правила, которые тебе чужды. Тебе говорят, что есть, что надевать, с кем дружить, кого ненавидеть. Вся твоя судьба расписана по минутам. Ты — работник, выполняющий поручения своего хозяина. И должна подчиняться его приказам беспрекословно. Однако ты живой человек, а не робот. Ты считаешь, что у тебя есть право на собственные мысли. Ты хочешь хоть иногда поступать по-своему. Но если ты сделаешь хоть один шаг в сторону — последует наказание. Ты потеряешь абсолютно все, что имела. А ты, без сомнения, привыкла к роскоши и к тому, что все возникающие проблемы незамедлительно решаются сами собой, без твоего участия. Ты также привыкла и к постоянной опеке, несмотря на то что она давит на тебя. Так что бы ты сделала, Роуз?

— Не знаю, — честно сказала она. — Но я всегда жалела птиц в золотой клетке.

— А если вырваться из этой клетки — где гарантии, что ты не пропадешь, не сгинешь на воле, которая кажется тебе такой притягательной?

— Нет никаких гарантий. Однако если ты не попробуешь улететь, то никогда не узнаешь, «что было бы, если…» Нравится тебе мучиться неведением — сиди в клетке дальше. Только, когда будешь умирать среди роскоши, не жалуйся, что не видел в своей жизни ничего, кроме золотых прутьев.

Энтони как-то по-особенному на нее посмотрел. Так обычно смотрят на человека, в котором вдруг замечают некий изъян (или, наоборот, достоинство), который раньше виден не был. Роуз не понимала, что означает этот взгляд, но смутно чувствовала, что отношение к ней Энтони изменилось. В худшую или в лучшую сторону? Время покажет.

В большой зал вошли несколько официантов, шумно что-то обсуждая. Энтони и Роуз вздрогнули, обменялись быстрыми улыбками и хором сказали:

— Пора.

Совсем скоро сюда начнут стекаться гости. А потом появится и сама виновница торжества. А ведь еще так много не сделано…

— Надеюсь, на улице не слишком холодно? — обеспокоенно проговорил Энтони, глядя в окно.

— Нам повезло с погодой. Наверное, лето что-то забыло в Нью-Йорке и ненадолго вернулось в город. Если вдруг резко похолодает, мне понадобится около пятнадцати минут, чтобы перенести вечеринку в этот зал. Все работники предупреждены. Столы быстренько внесут внутрь, и праздник продолжится. Однако небо ясное, так что, надеюсь, обойдемся без неожиданностей.

— В полночь настанет время фейерверка, помнишь?