Кейт Лондон - Кандидат в женихи

Впрочем, Лэйси уже не девственница – об этом она заявила откровенно. Ну и что из того, что она не девственница? – размышлял Бирк. Они с ней в равном положении – только и всего. Он работал быстро, очищая старое вишневое дерево, из которого было сделано кресло. Эх, надо было обращаться с ней по-другому еще тогда, когда ей было всего семнадцать! Он отер пот со лба, а затем отложил мастерок и взялся за зубную щетку, чтобы окончательно расчистить герб Фергюсов.

Итак, он наконец-то обрел что хотел – легендарное кресло и женщину. Теперь осталось только приручить Лэйси, соблазнить ее по-настоящему и сделать своей женой навеки. Бирк самодовольно улыбнулся и с удвоенным старанием занялся креслом. Когда он хотел, то мог добиваться желаемого, а самым желанным для него была Лэйси.

Она неожиданно возникла за его спиной и теперь с удивлением смотрела на то, чем он занимается. А Бирк уже протирал пальцами спинку кресла, чтобы повнимательнее рассмотреть герб Фергюсов.

– Привет! – заявил он, поворачиваясь к Лэйси. – Ведь это кресло Уны, не так ли? Именно это кресло она продала, чтобы заплатить за земли Толчифов.

– Она сделала это лишь для того, чтобы приручить того Толчифа, который заставил ее стать его женой. Помнишь, после того как твоих родителей убили, был осенний вечер и ты держал меня у себя на коленях? – спросила Лэйси. – Тогда ты рассказал мне о том, что вы собираетесь делать, чтобы сохранить привычный образ жизни. Айе! – и она указала пальцем на герб Фергюсов. – Я догадывалась, что это именно то кресло, еще, когда увидела его в первый раз. Но я знала и то, что никогда его тебе не отдам! – Лэйси подбоченилась и с вызовом посмотрела на Бирка. – И знаешь почему? Да потому, что ты не хотел меня целовать, когда мне было семнадцать!

– Но я все же добился тебя, не так ли? – возразил он.

– Ну, это еще вопрос, кто кого добился, проказник Бирк. Ведь ты пока не сорвал главный цветок, не так ли? И – что самое смешное – ваша семейная гордость не позволяет вам бросаться в объятия других женщин. Ты мой пленник, так и веди себя соответствующим образом, я могу сделать тебя несчастным и не хочу упускать такую чудесную возможность. Ты в моих руках и должен это признать.

Бирк сумрачно посмотрел на Лэйси. Черт, ну почему она носит такие старые и потертые джинсы? Чем посылать деньги своей матери, могла бы позаботиться о себе! Он вдруг почувствовал, что начинает волноваться.

– С какой стати ты много лет поддерживала свою мать? – зло выкрикнул он.

– Да потому, что она в этом нуждалась, – ответила Лэйси, невозмутимо пожав плечами. – Ты ничего о ней не знаешь, Бирк, так что не делай поспешных выводов. Она дала мне все, что могла дать. И, кстати, ее жизнь намного хуже моей.

– Ты думаешь, это все оправдывает? – Бирку ужасно хотелось схватить Лэйси за плечи и основательно потрясти.

– А что ты в этом понимаешь? У тебя есть прекрасная семья, связанная легендами Уны. Вы все оберегаете, друг друга, а моя мать выживала, как могла.

Ну конечно, с помощью выпивки, любовников и полного пренебрежения дочерью, вспомнил Бирк, а вслух сказал:

– Только не пытайся оправдывать передо мной ее поведение!

Лэйси поспешно взбежала на второй этаж, яростно стуча каблуками. Нельзя позволять ему находиться в непосредственной близости от нее, иначе он немедленно разденет ее и бросит на кровать!

– Я вижу, ты уже основательно устроился, захламив весь дом старым барахлом! – запальчиво выкрикнула она.

– Ну, в твоем доме для всего хватит места, – примирительно заметил он.

Лэйси машинально осмотрела стены, на одну из которых Бирк уже успел повесить старый мушкет Толчифов и рожок для пороха. Кроме того, он перетащил в ее дом набор старых ножей и старые деревянные чашки. Из самой большой торчали детские ложки, украшенные резьбой, представлявшей собою эмблемы рода Толчифов. Затем Лэйси медленно перевела взгляд на Бирка, одетого в индейскую одежду из оленьей кожи, и взяла в руки одну из детских ложек.

– Элсбет рассказывала мне, что Уна сама вскормила всех своих детей.

Подняв голову, она увидела старые шотландские пледы и юбки, развешанные друг подле друга.

– Слушай, Бирк, – испуганно заявила она, – какого черта ты развесил свои вещи вперемешку с моими? Мне кажется, и те и другие стоит основательно вытрясти…

– Сделаем, – заявил Бирк, бросив в нее скомканный пакет. Романтическая ночь начиналась не слишком удачно.

– Я устала и не в том настроении, чтобы играть, – заявила Лэйси, разворачивая этот пакет. Там оказалась расшитая бисером замшевая сумка, какими пользовались американские индейцы. – Это что – подарок мне от семейства Толчиф?

– Айе! – торжественно заявил Бирк, горя желанием поскорее заключить Лэйси в объятия. – Это подарок для моей жены. Разверни его.

Лэйси осторожно раскрыла сумку и обнаружила там пять огромных кристаллов кварца.

– Зачем это?

– Затем, что Толчиф, не имея бриллиантов или иных сокровищ, дарил Уне кристалл за каждого ребенка, которого она ему рожала. Я знаю пещеру на горе Толчифов, где находятся такие кристаллы. Наверное, Уна так никогда и не узнала, что мой предок добывал их для нее с риском для жизни.

Лэйси невольно залюбовалась кристаллами, отбрасывавшими разноцветные отблески во все стороны. Вдоволь налюбовавшись, она убрала их обратно в сумку.

– Я это запомню, – пообещала она, – как запомнила раньше историю любви, изложенную в дневниках Уны… Кстати, ты ужасно похож на своего отца! Впрочем, как и все остальные твои братья и сестры. Черные волосы, серые глаза, статные фигуры, любовь к детям… Ты больше не сможешь держать меня на коленях, Бирк, как не сможешь и класть мою голову на свое плечо, рассказывая мне истории про эльфов и легенды семьи Толчиф…

– Но почему? Я тот же Бирк, каким был и прежде, дорогая!

– А тебе не кажется, что я похожа на свою мать? Говори, не стесняйся! – потребовала Лэйси. – Да, именно в этом и состоит одна из причин, почему я хочу увидеть ее снова. Я слишком хорошо себя знаю, поэтому уверена, что смогу распутать все проблемы, которые меня сейчас мучат.

– Ты забыла о том, что являешься членом семейства Толчиф? – напомнил ей Бирк.

– Нет, я помню об этом. Однако с тобой стало сложно общаться. Ты всегда был таким ручным, любил шутить, смеяться и дразнить женщин. Зато теперь, ухаживая за мной и убираясь в моем доме, ты стал более трудным для общения. Тебе следует понять, что для меня значит моя мать, иначе у нас нет будущего… – Лэйси спустилась вниз и принялась расхаживать по дому, непроизвольно сжимая руки в кулаки. Затем она резко повернулась к Бирку: – Ты так уверен в себе. Такой самодовольный, большой, как гора, готовый наброситься на любую женщину, которая пройдет рядом. Я хочу преподать тебе один урок.