Дина Аллен - Слезы ангела

— Ничего не понимаю.

— Это — одна из трех расчетных книжек. А он говорил мне, что ее нет в природе…

— Кто он? — перебил ее Стивен, но, прежде чем она успела раскрыть рот, он уже знал ответ. Еще один обман Генри. Что же он был за человек, если лгал своей жене?

— После смерти тети я пыталась найти эти книжки. У Генри было только две, да и то один из счетов был пуст. Он клялся, что никакой третьей книжки не существовало. И, понимаешь, хотя тетя сама говорила мне, что их три, я верила ему…

Стивен открыл книжку и перелистал несколько страниц. Когда же увидел сумму, у него чуть не отвисла челюсть. Цифра была просто ошеломляющей.

— Это же здорово — какое-то время ты сможешь вообще не думать о деньгах!

Вместо ответа Сюзан протянула ему ворох платежных квитанций.

— Генри подчистил и этот счет, — горько усмехнулась она. — Он уверял, что остальные деньги потратил на лечение тети, а сам, наверное, просто проиграл их на скачках. — Она собрала разбросанные по ковру бумажки. — Самое страшное — это осознавать, какой дурой я была, когда слепо верила ему. Пока мы не расстались, я и подумать не могла, что он спустил все деньги моей семьи.

— По доброте душевной ты готова доверять даже проходимцу, и с этим ничего не поделаешь, — пожал плечами Стивен, чувствуя, как в груди его копошится червь вины.

Она закрыла коробку и стукнула по крышке кулачками.

— Должно же это когда-нибудь кончиться! С меня довольно. Скорее бы кто-нибудь нашел проклятые облигации — хоть полиция, хоть эти громилы.

Сюзан пнула коробку ногой и, прихрамывая, стала спускаться вниз. Стивен молча поплелся за ней.

Ему было нестерпимо жаль эту дивную женщину, ее отчаяние болью отзывалось в нем самом. Оставалось только догадываться, сколько еще неприятностей его брат доставил своей бывшей жене.

Они разогрели пиццу и пообедали в молчании. Стивен ни на минуту не переставал думать об их деле, взвешивал известные им факты, строил гипотезы. Ключом к разгадке тайны казались те бухгалтерские книги, которые они нашли. Хорошо было бы разузнать также, кто стоит за громилами, уже два раза искавшими что-то в доме Сюзан. Вдруг, потянув за эту ниточку, они распутают весь клубок?

— У меня появилась идея! — Стивен в возбуждении принялся расхаживать по кухне.

Сюзан закрыла глаза и издала короткий вздох.

— Только не сейчас. Сегодня не самый лучший день.

— Сядь, пожалуйста, сюда, — он придвинул ей стул, — и слушай внимательно. Как ты думаешь, что предприняли бы твои непрошеные гости, если бы узнали, что ты уже обратила эти облигации в наличные?

Сюзан не совсем понимала, о чем идет речь. Когда же до нее дошел смысл сказанного, она вскочила со стула.

— О Господи, как все просто! — Она обняла Стива. — Я заложу дом и открою счет на крупную сумму, а потом мы повсюду растрезвоним, будто я купаюсь в деньгах.

Он взял ее за руку.

— Нет! Мы не можем рисковать твоей головой.

Сюзан отпрянула от него, ее потемневшие глаза метали искры.

— Что значит «нет»?! — гневно воскликнула она. — Это мой дом, мой бывший муж, моя голова…

— Эта голова слишком мне нравится, чтобы я позволил тебе рисковать ею.

Сюзан осеклась на полуслове, глаза ее округлились. И столько в них было чего-то непостижимо манящего, что Стивен на мгновение забыл, о чем они, собственно, с таким жаром спорили. Словно почувствовав его колебание, Сюзан продолжила натиск:

— Если нам удастся выяснить, кто был сообщником Генри, мы сможем отыскать облигации, а значит, и покончить со всеми неприятностями.

Он с усилием оторвал от нее взгляд и прошелся по кухне. Как может мужчина думать о чем-либо рядом с такой женщиной?!

— Именно это я и собираюсь сделать, но использовать тебя в качестве приманки не намерен. Они ведь без труда прознают, что ты просто заложила дом, а не продала облигации.

Сюзан опустилась на жесткий кухонный стул.

— Ты прав. Если у тебя есть другое предложение, как нам покончить со всем этим, я обеими руками буду «за», но оно должно быть разумным. Мы не можем позволить себе проиграть.

Стивен колебался. Конечно, его план был надежнее, но вместе с тем и рискованнее. После долгой паузы он глубоко вздохнул, собираясь с духом, и рассказал ей о своей идее.

— Это дьявольски опасно, но наверняка сработает, — сказал он в заключение. — Мне придется не отходить от тебя ни на шаг, пока план будет действовать.

Сюзан откинулась на спинку стула, глаза ее озорно сверкнули.

— Я готова пойти на такую жертву, — улыбнулась она.

Новую сигнализацию установили рано утром на следующий день, еще до того, как Сюзан проснулась.

— Я покажу тебе, как она работает, когда мы вернемся домой.

Он потягивал свой кофе и, пока Сюзан хлопотала у плиты, любовался тем, как чудесно бежевые слаксы обтягивают ее бедра.

— Когда она начнет действовать?

Стивен взглянул на часы.

— Где-то часа через два. Ее подключают на станции и… — Он вовремя спохватился. — Так сказал мне рабочий, когда уходил.

Сюзан медленно обернулась, лоб ее был слегка нахмурен.

— Когда ты успел все это устроить? Мы засиделись вчера допоздна.

— Мой старый друг занимается этим бизнесом. Помнишь, я рассказывал тебе, что раньше работал в охране. Я позвонил ему вчера вечером, и он был рад оказать мне услугу.

Ложь. Когда же она кончится? Но в данном случае она была по крайней мере не столь уж далека от правды. Лучшего Стивен придумать не мог.

Сюзан вытерла руки полотенцем для посуды и наскоро выпила кофе.

— Мне пора.

— Сюзан! — Он впился в нее глазами. Мысль о том, что она одна поедет на работу, беспокоила его. Он притянул ее к себе. — Будь осторожней.

Она быстро чмокнула его в щеку, слегка прикоснувшись грудями к его груди. И опять в нем закипела кровь, захотелось раствориться в ее искрящихся глазах, слиться с ее губами, ощутить нежную и мягкую кожу на ее щеке.

— Не беспокойся, со мной все будет в порядке, — сказала она.

Какое уж тут спокойствие, когда даже невинный, дружеский поцелуй этой женщины доводил его до безумия! Совсем потеряв голову, он приник губами к ее рту, и все вокруг перестало для него существовать. Она была его миром, его страстью, биением его сердца.

Их языки соприкоснулись, и Стивен почувствовал, каким податливым стало ее тело. Он провел пальцами по шее Сюзан, взъерошил ей волосы, отчаянно не желая отпускать ее, и, когда она все-таки отстранилась от него, увидел в ее глазах огонь — такой же, как полыхал в нем самом.

— Мне, правда, нужно идти, — срывающимся голосом шепнула она.