Испытай меня нежностью и болью - Элли Лартер

но я прячу лицо в подушку, почти ошалевший от этой неожиданной и такой крышесносной ласки. Она зализывает нанесенные раны языком, без капли стыда или брезгливости, проводя им прямо по растущим у меня на заднице волоскам, а потом снова дует, вызывая колебания воздуха и охлаждая горячую кожу. Я сжимаю ладони в кулаки, не зная, как совладать с собой и просто не сдохнуть прямо сейчас от перехлестывающих друг друга возбуждения и нежности.

23 глава. Массаж и соблазнительное обещание

— Что ты делаешь? — шиплю я в подушку, прямо как она всего час назад. Арина на неизведанной территории, но она — отважный исследователь. Она долго и методично изучает мою задницу губами, зубами и пальцами, вылизывает со всех сторон, дует, целует, покусывает, гладит, а потом, прямо как я, растягивает в стороны ягодицы, обнажая сморщенный, сжатый сфинктер, заросший жестким волосом… Это тебе не невинная девичья попка. И вообще, давайте честно: меня давно никто не трахал в задницу. Очень давно. Много лет. И если она захочет — к этому придется готовиться.

Но Арина действует хоть и решительно, но аккуратно. Вместо того, чтобы попробовать засунуть внутрь хотя бы свой маленький девичий мизинец, она просто опускается между ягодиц лицом, высовывает язык и проводит им по сжатому колечку. То от неожиданности сжимается еще сильнее, вздрагивая и отзываясь на ласку. Арина проводит языком еще раз — прямо от мошонки и до копчика, делая пространство между ягодицами мокрым от ее теплой слюны. Я на мгновение прикрываю глаза, до того хочется просто расслабиться и поддаться, но я знаю, что продолжения сегодня не будет. Я с трудом сдерживаю блаженный стон. Напоследок Арина нажимает на колечко сфинктера подушечкой пальца. Чуть массирует, но даже не пытается пока прорваться внутрь. Вместо этого возвращается к обожженным ягодицам.

— Тебе очень больно? — спрашивает у меня, укладываясь рядом и заглядывая глаза в глаза.

— Нет, детка, — я качаю головой. — Мне было хорошо. А ты что скажешь? Статус «девственницы» официально снят. С обеих сторон, — я подмигиваю, а она фыркает:

— А эта сторона не считается? — и высовывает язык.

— Ох, черт, — соглашаюсь я. — С трех сторон! Мы славно поработали!

— Спасибо, — она неожиданно прижимается ко мне, почти как маленький ребенок, и я обнимаю ее, стараясь не думать о том, что у меня снова железный стояк.

— И тебе спасибо.

— Я не хочу быть просто куском мяса для тебя, — сообщает она. — Я хочу, чтобы мы… ну, были по-настоящему равны. Если ты имеешь права меня шлепать — то и я тебя тоже. Ты можешь трахать меня — и я тебя могу. Ты решишь использовать на мне какие-нибудь бусы, или зажимы, или… там… не знаю, электрошокер, и я тоже на тебе смогу. Договорились?

— Договорились, моя опасная соседка, — я киваю, и мы пожимаем руки.

— А теперь я, если честно, хочу в ванну и спать.

— Отличный выбор.

Ванну мы принимаем вместе, но пушистая пена скрывает обнаженные тела, а исчерпанные силы не позволяют продолжить развлечения. Я лишь тщательно смываю сперму с ее лица, прежде чем отпустить ее и позволить встать под душ. Моя маленькая, тоненькая, изящная соседка. Коллега по клубу. И с сегодняшнего дня не девственница. Совсем.

После душа я делаю для нее глинтвейн с красным вином, чтобы она могла окончательно расслабиться и настроиться на сон.

— Хочешь, сделаю тебе массаж?

— Настоящий? — Арина смотрит на меня с подозрением.

— Что за странный вопрос! — я смеюсь. — Конечно, настоящий! Я же массажист, или ты забыла?

— Я имела в виду, это будет просто массаж или… — она откровенно строит мне глазки, флиртует, и я поражаюсь, откуда у нее есть на это силы после нескольких часов секса.

— Это будет просто массаж, — я улыбаюсь, хотя сам себе не верю. — Но если ты полностью разденешься и доверишься мне, я могу тебя немного порадовать… Совсем немного. Если тебе понравится — завтра продолжим.

Арина кивает, допивает глинтвейн и раздевается, снимая с себя даже трусики, прежде чем лечь на специально подложенную простынь в моей постели. О том, что она будет спать со мной, вопрос не стоит. Как-то странно выгонять ее в гостевую спальню после всего, что между нами было.

Я разогреваю ладони и беру массажное масло. Такое, что не останется жирной пленкой на ее теле, а впитается в кожу вместе со всеми витаминами. Масло я тоже нагреваю, так что когда мои ладони касаются ее спины, она чувствует только тепло. А я чувствую мурашки на ее коже и слышу блаженный вздох. Начинаю с плечей и шеи, чтобы снять возможный спазм, появившийся, пока она висела на качелях. Массирую ее руки, до самых кистей, где она на мгновение сплетает свои пальцы с моими. Скольжу по спине, простукиваю и массирую каждый позвонок, вытягиваю поясницу, сминаю податливую задницу и бедра, глажу и массирую ноги. Добираясь до ступней, крепко зажимаю щиколотки, но Арина все равно дергается:

— Щекотно! — и пытается пнуть меня пяткой. Но я методично и решительно разминаю все важные точки, прикусываю подъем, а напоследок не удерживаюсь и облизываю каждый палец на обеих ее ногах. Откровенно и бессовестно по-очереди забираю их в рот и медленно посасываю. — Что ты делаешь? — шепчет она, краснея щеками, пряча взгляд, но все равно прикусывая от удовольствия нижнюю губу. Я знаю, сколько точек на женской ступне непосредственно связаны с пахом и влагалищем, и потому только улыбаюсь:

— Скажи мне, когда снова потечешь… А пока переворачивайся на спину.

Она послушно выполняет просьбу, подставляя моему взгляду свои груди с торчащими сосками и плоский живот. Я склоняюсь над ней, целую в губы, одновременно массируя плечи, скольжу по ребрам, специально не касаясь груди, ласково растираю живот, заставляю ее чуть раздвинуть бедра и согнуть ноги в коленях, и принимаюсь массировать, снизу вверх, сначала щиколотки, потом голени, потом бедра… Она раздвигает ноги все шире, откровенно приглашая меня, и мне даже не нужно проверять пальцами или спрашивать, чтобы понять, что она снова течет.

— Петь, — просит она жалобно, перехватывает мои руки, накрывает моими ладонями свои груди, и я наклоняюсь к ее лицу с улыбкой:

— Не сейчас. Завтра утром, детка.

— Да ты издеваешься, — хнычет она.

— Немного, — я целую ее в губы. — Завтра утром я трахну тебя одними только пальцами, и тебе понравится, обещаю. А сейчас — будем спать…

24 глава. Доброе утро и ловкие пальцы

Арина

Я стараюсь не давать происходящему никакого названия,