Пола Хейтон - Не уходи, любимый…

— Григ…

— Нет-нет. — Он прижал палец к ее губам. — Давай лучше поговорим вот о чем — мне хочется рассказать тебе, как ты прекрасна. Исследуем этот факт и впечатление, произведенное твоей красотой на меня, — сказал он усмехнувшись.

— Перестань, — попросила она неуверенно.

— Ну, сядь же на минуточку.

Помешкав одно мгновение, Флора села на кровать, а Григ устроился рядом, однако не дотрагиваясь до нее.

— Наверное, все началось с твоих глаз, — произнес он задумчиво. — Они у тебя то ясные и глубокие, то сердитые и злые. Но иногда становятся хитрыми и даже настойчивыми. Как в тот день, когда в гостиной у тебя дома ты взглянула на меня и буквально велела взглядом: «Смелей вперед!» Я даже помню, что на тебе тогда было надето — черная блузка и длинная юбка, которая шуршала при малейшем движении. Помню, что я возненавидел эту юбку за то, что она полностью скрывала твои божественные ножки. Я до сих пор чувствую то же самое, когда ты надеваешь что-то длинное.

При этих словах Флора не смогла сдержать невольной улыбки.

Он взял ее за руку.

— Второе — это твой характер. Ты всегда выглядела этакой добродетельной недотрогой. И всегда, даже еще в бытность гувернанткой, вела себя так, словно я был полным ничтожеством, стоящим гораздо ниже тебя во всех отношениях. Меня это восхищало, — заявил он, но тут же добавил с опасным блеском в глазах, заглядывая ей в лицо: — Но иногда я говорил себе: «Посмотрим, посмотрим, Флора!» Значит, я рассказал тебе о глазах, о характере… Ах, да! — пробормотал он. — Теперь следует упомянуть о твоей фигуре. Но о ней особый разговор. — Он произнес это с таким серьезным выражением, что Флора нахмурилась. Но прежде чем она успела что-нибудь сказать, Григ продолжил уже совсем другим, гораздо более легкомысленным тоном: — Итак, ты видишь, что все это время я был как нищий на пиру. Сейчас, когда ты сидишь так близко и я чувствую дразнящий запах твоей кожи и волос, а мысль о том, как бы снять с тебя это очаровательное платье, просто сводит с ума, я теряю голову.

— Я… я и не знаю, верить тебе или нет, — сказала Флора, невольно улыбаясь.

— Верьте мне, леди, — кратко ответил он.

— Но я и не думала, что ты можешь быть таким ласковым, — настаивала она, продолжая улыбаться.

— Почему? — Он довольно кисло взглянул на нее. — Иногда у меня и впрямь создается впечатление, что ты считаешь меня первобытным дикарем, который за волосы тащит женщин в свою пещеру. Должен сказать, что постоянно читаю это в твоих глазах, дорогая, — укорил он.

— Извини, — мило улыбнулась она и добавила, повинуясь привычке к откровенности, ставшей ее второй натурой: — Но я действительно не ожидала от тебя ничего подобного.

— Надеюсь, это стало приятным сюрпризом. А если нет, я всегда могу снова вернуться к роли сильного и молчаливого героя. Но я же говорил, — сказал он абсолютно серьезно, — что ты и сама не знаешь, с чем так самозабвенно сражаешься.

— Да все я знаю. Но я ни разу не видела тебя с женщиной. С твоей подругой, я хочу сказать. — Она неловко усмехнулась. — В имение ты всегда приезжал один. И, наверное, поэтому я не знала, чего от тебя можно ожидать. В твоей жизни, конечно, было много женщин?

— Несколько, — согласился он.

— И ни на одной ты не захотел жениться?

Он замолчал, словно припоминая.

— Когда мне было двадцать два, я был безумно влюблен в роскошную блондинку и на протяжении примерно трех недель отчаянно хотел, чтобы она стала моей женой.

— А если серьезно, — сказала она тихо.

— Если серьезно, дорогая, — он привычным движением коснулся ее лба, — да, мне раз или два приходила в голову такая мысль.

— Расскажи мне об этой женщине. Какая она была и почему все-таки ты так и не женился.

— Она была… — Григ, прищурившись, взглянул прямо перед собой, — очень известной деловой женщиной. Независимой и умной. Но, несмотря на взаимные чувства, наша совместная жизнь с ней была абсолютно невозможна. К счастью, мы оба это вовремя поняли. С тех пор прошло уже почти пять лет.

— А она была младше тебя?

Григ перевел на нее взгляд.

— На два года моложе, а почему ты спросила?

— Мне интересно, была ли она достаточно взрослой или обладала еще каким-нибудь качеством, которое не позволяло тебе унижать ее.

Григ весело рассмеялся и выразительно оглядел раскиданную по комнате одежду.

Флора нервно повела плечами:

— Что с тобой? — осторожно спросил он.

— Просто я чувствую себя смешной. Словно нагоняю тоску своим нелепым подходом к делу…

— Наоборот. Твои поцелуи напоминали мне пожар в лесу. Не попробовать ли нам еще раз? Но прежде я хочу тебя кое о чем опять попросить.

— Давай проси, я уже привыкла.

— Твое платье… ты не боишься его измять?

Флора сдвинула брови.

— Что это ты беспокоишься о моем платье, а?

— Оно мне нравится. Я думаю, мы могли бы от него избавиться? Ну зачем оно тебе сейчас? Сними его, а?

Флора помедлила, но все же расстегнула пуговку, и Григ помог ей снять его.

— О господи… — пробормотал он, проводя ладонями по ее обнаженным рукам. — Как ты прекрасна. А как насчет бюстгальтера?

Флора замерла, но усилием воли отогнала сковавшую ее неловкость.

— Он очень просто снимается.

Но Григ не сделал попытки дотянуться до застежки. Вместо этого он осторожно привлек ее к себе и проговорил негромко:

— А впрочем, к чему спешить?

— Да, в самом деле, — согласилась немного удивленная Флора.

Но не прошло и пяти минут, в течение которых он нежно поглаживал ее грудь, а она, склонившись к нему, слушала стук его сердца, как Флора сама нащупала у себя на спине крючочек и расстегнула его. И когда Григ, приподняв ее подбородок, вопросительно заглянул ей в глаза, прошептала:

— Может быть, я и недотрога… была такой когда-то. Но, видимо, сейчас я совсем об этом забыла.

Он нежно поцеловал ее в губы.

— Вот и хорошо.

Флора улыбнулась:

— Трудность в том, что я совсем не знаю, что делать дальше…

— Может быть, теперь ты разрешишь действовать мне?

— О, прошу тебя, поскорей!

Флора проснулась и в первую секунду не поняла, где она находится. Но постепенно ясность мысли полностью вернулась к ней, и она протянула руку, но обнаружила, что лежит на кровати одна. Флора обхватила подушку и тут заметила луч света, падающий из приоткрытой двери ванной комнаты, и темный силуэт на пороге.

Она прищурилась, привыкая к темноте. Григ стоял, прислонясь плечом к дверному косяку, и наблюдал за ней. Вокруг талии у него было повязано полотенце. Он выключил свет в ванной и, подойдя, сел рядом на кровать.