Мэрил Хэнкс - Верь в свою звезду

Время пролетело незаметно, и, не успела Линда войти в гостиную, как появился Мэйтклифф с сервировочным столиком. Со своей обычной серьезностью дворецкий положил на колени девушки полотняную салфетку, а затем положил на тарелку порцию цыпленка.

Поблагодарив его, Линда заметила:

— Простите, что причиняю вам дополнительные хлопоты.

— Вовсе нет, мисс. — И, оттаяв от приветливой улыбки Линды, дворецкий добавил: — Сегодня у кухарки выходной, так что я приготовил обед сам. Надеюсь, вы будете удовлетворены.

Он задержался, пока Линда не отправила в рот первый кусочек цыпленка.

— М-м-м. Изумительно, — искренне сказала она.

— Сладкое я тоже приготовил сам, — с довольным видом сообщил Мэйтклифф.

— Не сомневаюсь, что оно тоже великолепно, — улыбнулась ему Линда и увидела, как кончики оттопыренных ушей дворецкого слегка порозовели. А он славный, подумала девушка, и вовсе не такой напыщенный, каким кажется. И, повинуясь внезапному импульсу, спросила:

— Вы давно служите в Лорриморе, Мэйтклифф?

— Всю жизнь, мисс. Мой отец был здесь дворецким до меня, а моя мать в молодости служила камеристкой леди Абигайль.

— Леди Абигайль? — Сердце Линды учащенно забилось.

— Прабабушки нынешнего хозяина замка, мисс.

И матери ее деда, если верить его рассказу.

— Как интересно, — мягко произнесла Линда. — Когда я была в библиотеке, я видела имя леди Абигайль на родовом древе. — И добавила как можно более небрежным тоном. — У нее ведь был только один ребенок, да?

— Нет, мисс, у леди Абигайль было два сына. Я был еще совсем малышом, а они уже были юношами.

— И ваша мать уже служила в замке?

— Да, мисс. Я здесь родился.

— Правда? Наверное, Лорриморы считают нас членом семьи.

— Так оно и есть, мисс. Мое имя даже записано в семейной Библии.

— В семейной Библии? Она хранится в часовне?

— Уже нет, мисс. Насколько я понимаю, теперь она хранится в семейном архиве вместе с другими историческими документами.

— Здесь, в замке?

— Совершенно верно, мисс.

Пока Линда колебалась, размышляя, стоит ли ей дальше задавать вопросы, дворецкий поклонился и величественно направился к двери.

За едой Линда раздумывала об услышанном. Стало быть, сыновей все же было двое. Если бы удалось найти имя и дату рождения второго… Ее мысли снова вернулись к Библии. Как бы узнать у Кэла, где находится архив? Он гордится историей своей семьи, и, если выказать достаточно разумного интереса, кто знает, может, ей и удастся что-то узнать. Однако действовать надо осторожно. Ее вопросы могут вызвать подозрения, а Кэл уже и так достаточно насторожен.

Ладно, сказала себе Линда, хватит думать о Кэле.

Однако мысли о нем не хотели оставлять Линду, и в течение всего обеда ее преследовали видения Кэла рядом с Дианой. Допив кофе, девушка подумала, что неплохо было бы пройтись перед сном, чтобы немного рассеять мрачное настроение. Когда дворецкий вернулся спросить, не надо ли ей еще чего-нибудь, Линда, поблагодарив его, спросила:

— Кстати, Мэйтклифф, отсюда можно попасть в сады, не переходя крепостной мост?

— Разумеется, мисс. Прошу вас, следуйте за мной.

Он провел Линду через холл и людскую, где двери выходили в крытый двор, ведущий к мостику, который Кэл назвал мостом для торгового люда.

— Кухня и огороды находятся вон там, впереди, а за ними — сады, — сообщил Мэйтклифф. — Если вы хотите посетить сады и оранжерею, то ближайший путь — через арку справа, минуя гимнастический зал.

Поблагодарив дворецкого улыбкой, Линда отправилась в указанном им направлении. Дверь в гимнастический зал была открыта, и она заметила, что он, хоть и небольшой, прекрасно оборудован. Да уж, Кэл не собирался распускаться и толстеть, сидя за столом. Занятия в гимнастическом зале, плавание, верховая езда — вот почему он такой стройный, мускулистый, без капли лишнего жира.

Снаружи в неподвижном теплом воздухе ощущалось дыхание почти тропической жары. Линда перешла мостик и вышла в обнесенный стеной сад. Хан следовал за ней по пятам.

За старинным летним домиком с увитыми плющом балконами открывался пруд, заросший кувшинками. Прелестное место, подумала Линда, здесь, наверное, хорошо сидеть и наблюдать за стрекозами и бабочками.

Ей вдруг представилось, как Кэл и Диана сидят сейчас в каком-нибудь тихом садике, неторопливо беседуя и держась за руки.

Отогнав грустные мысли, Линда напомнила себе, что решила больше не думать о Кэле.

К тому времени, когда она вернулась ко рву, солнце уже зашло, сверкнув напоследок золотом, и сумерки окутали небо синей вуалью. Линда присела на все еще теплую траву и стала рассеянно наблюдать за маленькой уточкой, устраивавшейся на ночлег в камышах. Хан со вздохом уютно прилег рядом.

Вот здесь Кэл сдул комара у нее с шеи, вспомнила Линда, и по ее телу пробежала сладкая дрожь. Уже тогда она знала, может быть подсознательно, что иметь с ним дело опасно, — уж слишком легко в него влюбиться. Слегка наклонившись вперед, Линда задумчиво смотрела на свое отражение в темной воде. Внезапно рядом появилось еще одно отражение, и она невольно вскрикнула. Резко обернувшись, Линда увидела за спиной Кэла, одетого в безупречный вечерний костюм.

— Господи, как вы меня напугали! — воскликнула она. — Зачем нужно было так подкрадываться ко мне?

— А почему вы решили, что я подкрался? — Кэла, казалось, позабавили ее слова. — С какой стати мне это делать?

— Потому что это дает вам психологическое преимущество.

— Вот как! Интересно. — Кэл взял ее за руки и помог подняться. — Но я вовсе не подкрадывался. Если бы вы не были так заняты своими мыслями, то давно бы меня услышали. Как, например, Хан.

— Откуда вы узнали, где я?

— Мэйтклифф сказал, что вы пошли в эту сторону, — отозвался Кэл и, словно удивляясь про себя, добавил: — Похоже, вы одержали очередную победу.

— Не понимаю, о чем вы.

— О Мэйтклиффе.

— Ах, вот оно что! — сообразила Линда. — Ну, мы просто поговорили за обедом, и он рассказал мне, что родился в Лорриморе. Похвастался, что его имя занесено в семейную Библию. Он очень этим гордится. — И как бы невзначай добавила: — Кстати, а мне можно как-нибудь взглянуть на эту Библию?

— Почему бы и нет? — в тон ей ответил Кэл, однако в его голосе Линде послышались нотки гордости.

— Только не думайте, что я шпионю и что-то вынюхиваю, — поспешно сказала Линда.

— Да вас никто в этом и не подозревает. — Теперь в голосе Кэла звучала легкая насмешка. — Завтра свожу вас в архив. Или вы предпочтете, чтобы это сделал Мэйтклифф? После вашего «в высшей степени удовлетворительного вечера», как он выразился, вы, похоже, превратили его в своего преданного раба.